Мэтт

Мэтт н е н а в и д и т Гарри. Он ненавидит его до скрипа эмали на зубах, сжатых кулаков и черных точек под зажмуренными веками. Мэтт пытается жить, как прежде, но вездесущий Шум не дает и продыху. Мэтт хочет вернуть прежнюю жизнь. Где не было слежения за плавными движениями коллеги по съемкам. Где не было боли в области груди, когда он видит Гарри и Шелби. Чтобы он был все также влюблен в Эстер и даже не думал о том, какова на вкус кожа Гарри Шума-младшего. Мэтту хочется ударить Гарри в его прекрасное лицо, когда азиат улыбается ему ярко и солнечно, а потом тянет за запястье в попытке растормошить. Мэтт стискивает зубы сильнее и смотрит на Шума, который в это время о чем-то говорит с Альберто. Все в актере: движения, мимика, теплые интонации в голосе и стреляние глазками из-под ресниц заставляют Даддарио сходить с ума. Мэттью н е н а в и д и т Гарри всей своей влюбленной душой и в то же время мечтает касаться мужчины так же, как Шелби. Это происходит совершенно случайно, на съемках очередной серии второго сезона Мэтт просто бьет Гарри в лицо, когда улыбающийся мужчина касается его. Всё застывает, словно в кленовом сиропе, а Даддарио ошарашено смотрит на то, как Гарри прикладывает ладонь к разбитой губе и смотрит обиженно, как котенок, которого пнули ни за что. Все вокруг молчат, и Мэтт чувствует десятки глаз на себе, потому что никто не ожидал от него такого. О н и с а м н е о ж и д а л. Просто, словно тормоза сорвало от очередного прикосновения, потому что хотелось притянуть Гарри к себе запустить пальцы в волосы и впиться дрожащими губами в губы мужчины. И вырвалась злость, которую он держал на замке внутри себя. — Я не хотел…. Прости. Мэттью практически сбегает после этих слов произнесенных дрожащим голосом. Он закрывает двери трейлера так быстро, будто за ним сами черти Преисподней гнались. Все внутри дрожит от напряжения, испуга — от кучи эмоций, которые смешались внутри, составляя взрывной коктейль. Мэттью очень надеется, что его не уволят, а еще что Гарри простит и не станет отдаляться от него. Мэтт не сможет выдержать того, что Гарри будет еще более далекой не сбывающейся мечтой. Мэтту удается успокоить дрожащие руки и внутренности спустя полчаса, еще спустя час он наконец-то встает с пола и идет под душ. Он надеется, что холодная вода поможет быстрее прийти в себя, а так что он придумает план, как объяснить удар Гарри. Шум приходит сам, стучит в дверь, а когда Мэтт ее открывает, отодвигает его плечом и входит внутрь. Даддарио задерживает дыхание и смотрит с испугом в ореховых глазах. Дрожь снова возвращается в тело, и он шумно сглатывает, сжимая кулаки сильнее. Гарри ничего не спрашивает, он садится на диван и, улыбаясь, предлагает почитать новый сценарий. Мэттью, кажется, что у него кислород перекрыт, потому что перед глазами темнеет, а внутри все жжет от боли. Он не понимает, что испытывает: страх разговора или разочарование от того, что Гарри не хочет развивать эту тему. Они репетируют долго, проговаривая все реплики по нескольку раз, а потом Шум берет его за руку и смотрит своими теплыми коньячного цвета глазами в его небесные. Он поглаживает большим пальцем лицевую сторону его ладони и продолжает молчать. Мэттью не понимает, что происходит, но точно знает, что в сценарии нет такого. — Мне очень жаль. Шум смотрит с затаенной усталостью в морщинках вокруг глаз, с пристальной горечью в радужке и касается нежно-нежно, словно стоит сжать ладонь Даддарио сильнее и тот развалится. Мэтт все еще не понимает, что происходит, но молчит, наслаждаясь теплом мужчины и его запахом, кардамона и корицы. — Мне очень жаль, что я не могу ответить тебе взаимностью. Гарри Шум знает куда целиться, но Мэтт все же вздрагивает от боли прошившей каждый нерв и смотрит с поддельным непониманием. Гарри улыбается ласково, словно дантист маленькому мальчику, который боится сверлить зубы. Мэтту кажется, что он и есть маленький мальчик, раз думал, что никому ничего не заметно. Он молчит, отводит взгляд в сторону и молчит, чтобы не сказать какую-то глупость, о которой пожалеет спустя пару минут. Гарри уходит спустя пару минут молчания болезненного со стороны Мэтта и сожалеющего со стороны Шума. Мэтт находит в себе силы закрыть дверь трейлера, а потом упасть на диван, утыкаясь лицом в подушку. Он чувствует себя старым и ненужным, как часы, которые давно сломаны, и их пора выбросить на свалку. Мэттью н е н а в и д и т Гарри всей своей разбитой душой. Он ненавидит его до сжатых зубов, до головокружения и тахикардии, но ненавидит. Гарри чувствует себя в и н о в, а т ы м, и Мэтт точно подтвердит его вину во всей своей перевернутой жизни. Мэтт н е н а в и д и т Гарри и еще сильнее л ю б и т. От этого не избавиться за пару часов или дней. Мэтт не хочет больше любить и ненавидеть, он хочет в прошлую идеальную жизнь.