Это ведь нормально — целоваться с лучшим другом?
11 марта 2017 г., 01:17
В четыре часа утра, я всё ещё не мог уснуть, потому что, чёрт возьми, Кай обнимал меня. Я чувствовал своим животом каждую венку на его руке, которой он время от времени придвигал меня к себе всё ближе. Я чувствовал, как мои щёки заливал румянец, пусть в темноте этого и не было заметно. Уши тоже начали гореть, лоб вспотел, и мне пришлось убирать пряди чёлки наверх.
Решив, что так дело не пойдёт, я попытался выскользнуть из рук друга, но только теперь по-настоящему осознал, какая сила таится в его руках даже когда он спит.
— Эй, Кай? Кай, выпусти, я в туалет хочу, — я придумывал причину, по которой смогу вырваться, не задев друга, но он лишь вздохнул и тихо простонал что-то невнятное, отчего я ругнулся и продолжил пытаться уйти силой. Тогда я уже было подумал, что он проснулся.
— Лу, я люблю тебя… — сначала я впал в ступор от этих слов и переспросил, что он только что сказал, но в ответ не услышал ничего, кроме тихого сопения. Я выдохнул, повернувшись лицом к Каю. Глаза были закрыты, а рука мило подпирала щёку. Если бы мне кто-то сказал, что совсем недавно этот человек избивал меня, я бы ни за что не поверил.
Внезапно та рука друга, что меня обнимала, расслабилась, чем я тут же воспользовался и вылез на свободу. В комнате было слишком жарко, особенно после того, в какое положение меня поставил Кай, сам того не осознавая. Я решил выйти на балкон, чтобы немного охладиться. На улице температура сильно понизилась. Оно и не удивительно: ноябрь на дворе. Я повернулся и обнаружил пачку сигарет, которая так и осталась лежать здесь с прошлого раза. Оглянувшись по сторонам, сам не зная, кого опасаюсь, я закурил.
Оперевшись на ограждение балкона, я пускал клубни дыма в огромные многоэтажки, которые отсюда казались такими маленькими.
— Иди сюда, сука, — мне сзади прилетел подзатыльник, от которого я, растерявшись, выронил почти докуренную сигарету. Я медленно развернулся, и в ту же секунду оказался прижат к ограждению балкона. — А я погляжу, ты уже в края охуел, Лу. Жить надоело?
Кай кричал на меня, смотрел мне в глаза, прикасался своим телом ко мне. И тогда начала пробирать дрожь. Я знал, что не смогу ответить ничего путного, но всё же скользнул взглядом по рукам друга, на которых выпирали сплетения вен, после чего снова уставился в его глаза, что от злости начинали переливаться. Я поймал себя на мысли, что хочу, чтобы он смотрел на меня всегда и не сводил взгляда.
— Кай, ты чего?.. Это ведь всего лишь сигареты, — я попытался оправдать свои действия, но, видимо, другу было не до этого.
— Просто сигареты? А тебе известно, что они могут привести к раку лёгких? — мне казалось, что он сейчас взорвется. Кай проговаривал эти слова, сжав зубы, а желваки на его лице предательски подрагивали, выдавая волнение и переживания о чём-то.
— Да, но это только на пачках так пишут. Да и такие случаи — большая редкость, — на моём лице играла нервная улыбка, пока парень не проговорил то, что заставило её вмиг исчезнуть.
— Серьёзно? Моя мать тоже так думала, а что потом? А потом за два года её просто у меня на глазах сожрал этот рак! Знаешь, как больно, когда твоя мать умирает, и ты сидишь около её больничкой койки, пока она говорит: «Сынок, проживи эту жизнь за двоих»? — он не сводил с меня взгляда, полного боли, разочарования — взгляда, наполненного слезами, что горькой пеленой застилали глаза друга, пока не скатились по щекам крупными солёными каплями.
Не отдавая отчёт своим действиям я, завороженный, протянул ладони и обхватил ими лицо Кая, большими пальцами стирая слёзы. Он вновь посмотрел на меня и закусил губу.
Я. Хочу. Поцеловать. Своего. Друга.
Я потянулся к его губам, медленно, с трепетом дожидаясь реакции, но он стоял смирно. Я нервно сглотнул и облизнул губы, когда знакомые руки притянули меня к себе и Кай поцеловал меня. И нам не кажется это странным, нет…
Это ведь нормально — целоваться с лучшим другом?
***
— Ну и какого ты до сих пор спишь? — до меня доносился голос друга, по видимому, пытающегося разбудить меня. Но я, услышав его сквозь потревоженный сон, накрыл голову подушкой. — Лу, вставай, я последний раз предупреждаю. Значит так, сейчас я считаю до трёх, и если ты не встаёшь, я тебя целую. Раз… Я мгновенно подорвался, желая избежать «наказания» от собственного друга, и умчался вниз, на кухню, только там осознав, что забыл рубашку на кровати, с которой и вышел Кай. — Знаешь, а ты ничего, только подкачаться немного и будет просто… — Кай, верни мне эту чёртову рубашку, — я попытался догнать парня, но тот оказался быстрее. — Верну. А что мне за это будет? — он ехидно улыбнулся своей приторной улыбкой, отчего мне в миг захотелось стереть её с его лица, поэтому я вновь попытался силой отобрать свою законную вещь. — Что будет? Живым останешься! Верни немедленно! — Ух, какой ты милый, когда злишься, — друг потрепал меня за щёки и, наклонившись, посмотрел в глаза, поднимая вверх только один уголок губ. — Поцелуй. — Чего?! — я возмутился, но в тот же миг мне преградили путь к отступлению руки друга. — Кай, отпусти, блять, это уже не смешно. Какой ещё поцелуй? Ты умом тронулся? — я тараторил всевозможные колкие фразочки, лишь бы отвязаться и скрыть смущение и покрасневшие щёки. — Ну какой поцелуй? Как этой ночью. Мне показалось, что ты был очень даже не против. Я взвесил все «за» и «против», решив согласиться, в обмен на рубашку, потому что в школу не хотелось опаздывать. Только с больничного вышел, и сразу прогулы из-за этого идиота? — Ладно, хер с тобой. Согласен, — я потянулся и быстро поцеловал того, после чего рубашка наконец-таки оказалась на мне, а руки освободили меня.***
Так, ну и где он? Вроде бы и пораньше приехали, а этого недоумка Шона так и нет. Нам нужно раздобыть видеозапись. Был вариант попросить это у Ванессы, но её телефон, подаренный мной, был успешно разбит ещё в больничной палате. А этого десятиклассника я знать не знал, поэтому, за одно надеялся с ним познакомиться. — Эй, Лу, посмотри, это он? — Кай начал хрустеть костяшками и разминать руки. — Значит так, стой здесь, я скоро буду. — Погоди, ковбой, куда разогнался? По-моему, это моё дело, так что позволь, — на входе у ворот школы мы и подловили Шона, намереваясь поговорить. — Привет, меня зовут Лукьян. Я из одиннадцатого. Слушай, ты ведь помнишь ту аварию? — Какую аварию? — Тебе напомнить?! — Кай тут же взвился и подался вперёд, ударяя кулаком о ладонь. — Нет-нет, я помню. Вы что-то от меня хотели? — парень испуганно спрятал лицо за воротник куртки. — У тебя есть одна вещь, которая очень помогла бы следствию — видеозапись с места аварии. Не мог бы ты одолжить нам её до конца суда? — я пытался быть вежливым, как мог, пока этот сопляк не начал выделываться. — Боюсь, что это невозможно, — парень гордо поднял нос и направился к школе. — Вот сука… — ругнулся Кай тому вслед. — И что нам делать? С хера ли ты такой спокойный, Лу? — Не переживай, у меня есть план «Б» — одна хорошая знакомая, которой ну очень сильно нужно заслужить моё прощение, — я достал телефон и набрал номер. — Ванесса, привет, это Лу. Если ты всё ещё хочешь помириться, то у меня есть к тебе дело. Для следствия нужны доказательства, а доказательства на том видео, понимаешь? — Я искренне не понимаю, о чём ты. Моего телефона ведь уже в помине нет, а видео было там, — даже по искаженному телефоном голосу было понятно, что она рада меня слышать. — Да, но оно есть у ещё одного паренька из нашей школы. Шон из десятого. Сможешь? После уроков мы встретились за школой с Каем и там же ждали Ванессу, которая вот-вот должна была подойти с флешкой. Я искренне надеялся на то, что у неё получилось. — Мальчики! — уже по её весёлому голосу было понятно, что-то, что она скажет, будет обнадёживать. — Держите, как и обещала. Ну как, Лу, я хорошо справилась, да? Ты прощаешь меня? — девушка подошла ко мне вплотную и посмотрела исподлобья. Я улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать её в щёку, но сразу после этого был как бы невзначай оттянут лучшим другом. Осталось только позвонить полицейским и передать им материал.
