Куртизан

      В огромном зале собралось много народу. Был бал-маскарад, и все гости были в разных костюмах. Лица людей были скрыты под разнообразными масками, и узнать кто скрывается за ними было почти невозможно, если они сами не скажут кем являются. Настолько разношёрстный народ редко можно встретить в Англии, разве что только на балах-маскарадах. Образы были самые разнообразные: от простого наряда с маской, до причудливого костюма, изображающего то ли мушкетёра, то ли разбойника. Но больше всех поразил юноша, пришедший на бал в костюме куртизанки. Или лучше сказать куртизана? На лице, как и у всех собравшихся, была пёстрая маска с длинными перьями, скрывающая почти половину лица, так можно было увидеть только кончик носа, рот и подбородок, да нижнюю часть щёк; на тонкой, почти девичьей, шее красовался чёрный чокер; на талии был надет женский корсет, в чёрно-белую полоску, он едва скрывал соски, однако всё, что было выше, можно было разглядеть без особого труда; завершали образ обтягивающие чёрные брюки с заниженной талией; между брюками и корсетом можно было увидеть косточки бёдер; на ногах были надеты туфли на платформе, врятли уважающий себя джентльмен надел бы такие, хотя любой джентльмен не стал одеваться подобным образом. Наряд юноши был слишком откровенен, и он сам это прекрасно понимал, потому как жался в сторонке, не решаясь взглянуть на других гостей. Пусть его никто не узнает, он чувствовал себя униженным.       Диппер Пайнс, так звали этого юношу, не был настоящим куртизаном. Накануне бала, он проиграл своим друзьям в пасьянс на желания. И этим желанием было прийти на бал в подобном обличии.       Бал только начался, а условия желания были таковыми, чтобы пробыть на мероприятии не менее двух часов, поэтому Дипперу ещё долго терпеть косых взглядов мужчин и хихиканья женщин, то и дело поглядывающих на него. Благо, друзья не заставили его переспать с кем-нибудь на балу, двадцатилетний Диппер тогда бы точно застрелился.       С начала бала прошло всего пол часа, а джентльмены уже пригласили леди на танец, никто, кроме Диппера, не оставался в стороне. Юноша уже даже подумал, что оставшиеся три четверти его заключения здесь пройдут также спокойно как первая четверть времени, как вдруг к нему подошёл мужчина, на вид старше Диппера лет на пять; он был одет в обычный парадный костюм, только пёстрая маска на лице создавала огромный контраст его одеянию. Ещё Диппер подметил, что джентльмен был без парика, который сейчас модно было носить, и выставлял на показ свои золотистые волосы. Диппер всегда мечтал быть блондином, но от природы ему достались тёмно-русые волосы, хотя из-за блеска, многие думали, что он шатен.       — Что такой прекрасный... — незнакомец замялся, не зная как назвать Диппера, — ...юноша делает в стороне?       Взгляд блондина, казалось, был прикован не на лицо Диппера, а на его выступающие ключицы. Кажется, Диппер понял, зачем куртизанки носят с собой веер, ведь им так хорошо прятать свои прелести от непристойных взглядов мужчин. Юноша пожалел, что не взял с собой веер, хотя друзья ему предлагали. Не найдя чем прикрыться, Диппер скрестил руки на груди, при этом не желая показывать незнакомцу что ему стыдно.       — Все леди уже заняты, милорд, — ответил Диппер, стараясь говорить без дрожи в голосе, — Поэтому мне некого пригласить на танец.       Он сам не понимал что несёт. Если бы он был в обычном своём одеянии, или на худой конец в костюме какого-нибудь разбойника, то он бы не постеснялся пригласить какую-нибудь красивую девушку на танец. Но не в таком виде. Нет. Ни за что.       — Позвольте мне пригласить вас на танец. — промолвил блондин, взяв руку Диппера в свою и поднося её к свои губам, намереваясь поцеловать.       Он же знает, что Диппер мужчина? Подобное действие выходило из ряда вон. Будь Диппер девушкой, это было бы совершенно нормально, но он таковою не являлся. Совершенно опешив от таких манипуляций с его рукой, Диппер резко вырвал свою руку у блондина и слегка отпрыгнул в сторону.       Незнакомец удивлённо посмотрел на юношу, словно это не он, а Диппер совершает что-то абсурдное. Словом, так и было. Совершенный абсурд, что джентльмен явился на бал в костюме куртизана.       — Ох, простите, — лицо блондина озарила едва заметная улыбка, — Я должен был сначала представиться. Я Билл Сайфер, и это моё настоящее имя. — с этими словами он поклонился, — А вы? Можете сказать своё вымышленное имя, если хотите, вы же не настоящая куртизанка, верно?       Диппер взглотнул. Он должен был предугадать, что за два часа к нему кто-нибудь подойдёт. Юноша уже твёрдо решил, что больше никогда в жизни не будет играть в пасьянс, ни в карты вообще.       — Д... Тайрон... Тайрон Эдисон. — промямлил Диппер. Он сложил это имя из имени, которым планировал назвать своего ребёнка, и фамилии учёного, который к сожалению ещё мало кому был известен.       — Эдисон? Это случайно не тот, который изобрёл... Аэрофон, кажется? — спросил Билл.       Аэрофон был изобретён совсем недавно, к тому же в Америке. Эдисон был мало популярен, особенно в Англии. Диппер был поклонником учёных, специализировавшихся на физике.       — Томас Эдисон изобрёл не только Аэрофон. — сказал Диппер.       — Правда? Я слышал только об этом изобретении. — хмыкнул Билл.       — Должно быть это потому, что Эдисон ещё не достаточно прославился. — предположил Диппер, который уже забыл, в каком наряде находится, — А вы увлекаетесь учёными-физиками?       — Не то чтобы увлекался, просто читаю иногда о новых изобретениях. — сказал Билл, — Знаете, сейчас великий век научных открытий! Думаю за ближайшие десять лет всё что можно откроют и изобретут, что нашим потомкам ничего не останется.       — Как!? Думаете такое может быть? — прошептал Диппер, подойдя поближе. Он никогда не задумывался о скором конце прогресса.       — А мне удалось завлечь вас в разговор, Тайрон. — усмехнулся блондин, — Думаю мы можем продолжить наш разговор в каком-нибудь уединённом месте. Я вам скажу, что я думаю по поводу научного прогресса в нашем веке.       Так всё это была уловка, чтобы остаться с Диппером наедине? Может он хочет... Да нет, они же оба мужчины, никакого полового акта между ними не будет и быть не может. Должно быть, Билл Сайфер действительно увлекается физикой и готов об этом поговорить где-то, чтобы ему не мешали.       — Хорошо. — согласился Диппер.

*NC*

      А ведь намерения блондина и правда были не просто поболтать. Как только они вошли в комнату, Билл быстро закрыл дверь на ключ. А Диппер понял, что его привели не в кабинет, а в спальню. По спине юноши пробежали мурашки.       — Я... Я не куртизанка... — промямлил он.       — Так тем же интереснее~ — Билл прижал юношу спиной к стене. Он наклонился к самому уху Диппера, их щёки соприкасались, рука Билла была наглым образом расположена на груди Диппера. — Ты девственник?       На висках Пайнса выступили капельки пота, он мелко задрожал и вжался в стену, будто намереваясь слиться с ней.       — Значит девственник~ — прошептал Билл. Его рука скользнула с груди Диппера, прошлась по крючкам корсета, к брюкам.       Диппер вздрогнул, когда один палец Билла скользнул в брюки. Юноша упёрся своими руками в грудь блондину, намереваясь оттолкнуть его от себя, но тот был сильнее. А от действий Диппера, Билл только сильнее прижался к "куртизану".       — О-отпусти! — выдохнул Диппер, когда его руки оказались зажаты между ним и Биллом.       — Ну уж нет, я с таким трудом тебя сюда заманил, а ты хочешь, чтобы я тебя просто отпустил? — прошептал Билл.       Сайфер упёрся коленом в стену, между ног Диппера. Ростом он был выше Пайнса, не смотря на платформу, благодаря этому он смог приподнять жертву над полом, надавив на промежности. Чтобы снизить боль между ног, Диппер привстал на цыпочки, но даже так он был ниже Билла, а боль не убралась до конца. Билл наклонился к шее Пайнса и лизнув кожу слегка прикусил. Диппер резко почувствовал, как цветок боли раскрывается в месте укуса. В уголках глаз выступили маленькие капельки слезинок, но это от неожиданности, маленького укуса было недостаточно, чтобы довести парня до слёз. А Билл, поняв это, прикусил сильнее, прокусив до крови. Диппер зажмурился, не давая слезам пролиться.       — Мне больно, хватит! — взмолился он, снова попытавшись вырваться.       Билл собрал бусинки крови на язык, и неожиданно для Диппера, поцеловал его, передавая ему вкус крови.       — Мнф! — только и смог произнести Диппер, когда язык Сайфера проник ему в рот.       Крови было совсем чуть-чуть, хотя Дипперу казалось, что весь его рот наполнен густой жидкостью. Из-за того, что Пайнс не успел вдохнуть воздуха перед поцелуем и из-за металлического вкуса собственной крови, в глазах Диппера потемнело, перед ними замелькали цветные круги. Юноша уже думал, что потеряет сознание, но Билл не дал ему отключиться, прервав поцелуй. Диппер тяжело задышал, пытаясь восстановить дыхание. Он слабо напряг руки, только чтобы показать своё сопротивление, хотя уже знал, что оно бесполезно.       — У тебя ещё будет время тяжело дышать сегодня. — сказал Билл, приподняв лицо Диппера за подбородок.       — Почему? — прошептал Диппер, не до конца восстановив дыхание.       — Что почему? — не понял Билл, снимая с Диппера маску и обнажая его ещё юношеское лицо.       — Почему ты не затащил сюда какую-нибудь девушку, почему меня? — Диппер отвёл взгляд, когда остался без маски.       — Потому что девушки мне уже надоели, знаешь сколько их я уже поимел? — хмыкнул Билл. Его руки скользнули по талии Диппера.       — Я не хочу знать этого. — просто сказал Диппер.       Проворные руки Сайфера растегнули сразу несколько крючков на корсете. Диппер вздрогнул, когда Билл откинул корсет в сторону, обнажив торс юноши. В глазах Билла что-то сверкнуло, и он попытался дотронуться до сосков Пайнса. Диппер резко дёрнулся. От неожиданности Билл упустил его, поэтому Диппер отскочил в сторону, но из-за платформы свалился на пол.       — Я думал, ты перестал сопротивляться. — сказал Билл, идя на встречу, лежавшему на полу, Дипперу.       — Не подходи ко мне! — взвизгнул Пайнс и резко вскинул ногу.       Билл поймал его ногу за щиколотку, прежде, чем та угодила ему по лицу. Оставались считанные сантиметры.       — Ты хотел меня ударить!? — рыкнул блондин, крепко сжав руку, в которой находилась нога Диппера.       — Отпусти! Больно! — простонал Диппер.       — Если не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. — рыкнул Билл, пододвигая Диппера к себе.       Сайфер вытащил из кармана пиджака верёвку, в длинну примерно метра два, а в диаметре около сантиметра. Грубо развернув Пайнса на живот и скрутив его руки за спиной, Билл быстро связал их, да так крепко, что приток крови к кистям заметно уменьшился, а пальцы онемели.       — Ну что, нравится грубое обращение? — злобно прошептал Билл на ухо Дипперу, а потом прикусил его за мочку.       — Больно! Не надо, пожалуйста! — Диппер попытался пошевелиться, но сидящий на нём Билл не давал этого сделать.       — Вот как мы запели. — хмыкнул Билл, — Но уже поздно.       Сайфер встал и резко дёрнул Пайнса за волосы. Перед глазами заплясали звёздочки. Диппер с трудом поднялся на колени.       — Знаешь, я сначала хотел просто вставить тебе и отпустить восвояси, но сейчас у меня более серьёзные планы на тебя, Эдисон. — последнее слово Билл как-то сплюнул, будто говорил о том, как в южных странах едят насекомых.       Диппер снизу вверх посмотрел на Сайфера, с такого ракурса он казался ещё выше, подобно могучей скале, возвышался над Пайнсом. Билл одной рукой держал Диппера за волосы, второй растёгивал пуговицы на брюках. Показался возбуждённый член Сайфера. Диппер дёрнулся, желая отстраниться от вставшего к его лицу органа, но Билл крепко держал его за волосы, из-за чего Диппер просто почувствовал боль на макушке, но не отдалился от Билла ни на сантиметр.       — Открой ротик~ — сказал Билл, придвинув голову Пайнса к своему паху и положив на его лицо свой орган.       Диппер только сильнее сжал челюсти и зажмурил глаза. Он чувствовал на своей щеке, как пульсирует член Сайфера. Потом Пайнс почувствовал, что Билл отстранился. Диппер открыл глаза, и тут же с размаху на него обрушилась пощёчина. От боли и неожиданности Диппер открыл рот. Тут же Билл резко вставил свой член ему в рот и грубо толкнулся, казалось бы, разрывая горло.       — Гхргх... — донеслось изо рта Диппера, из глаза которого потекли тоненькие струйки слёз.       Не давая Пайнсу отстраниться, Билл начал двигаться, больно вколачиваясь ему в горло. Щека Диппера горела от недавнего удара, а член в горле, казалось, уже продырявил где-то трахею.       Диппер уже думал, что это будет продолжаться вечность, но Билл вдруг остановился, а потом Пайнс почувствовал, как член в его горле выпустил своё семя. Билл вытащил член, а Диппер, проглотив сперму, закашлялся.       Сайфер поднял Пайнса и бросил его на кровать, а сам устроился между его ног. Блондин одним рывком оставил Диппера без брюк и туфель. Билл резко вставил в анус Диппера сразу два пальца. Пайнс вскрикнул, а Сайфер начал разрабатывать его проход, двигая внутри пальцами, сводя и разводя их, подобно ножницам. Посчитав, что Диппер достаточно растянут, Билл приставил головку к отверстию, подождав секунду, он резко вставил его до основания. Слёзы хлынули из глаз Диппера сами собой, а из горла донеслось какое-то волчье завывание. Билл трахал попку Диппера, так же, как несколько минут назад трахал его рот.       — Пр...гх...ах...ти! — пытался говорить Диппер, но из-за сильных толчков ничего не получалось, — По...аа...нх...мн...та!       — Что-что? — с издёвкой спросил Билл, не сбавляя заданного им ритма.       — Умо...гх...ляю! — проговорил Диппер, — Оста...а...новись!       — Что сделать? Я не понимаю тебя. — сказал Билл, улыбаясь.       — Оста...на...новись! Остановись! — прокричал Диппер, — Прекрати! А! Боль...но!       Но Билл не выполнил просьбу Диппера, лишь немного замедлил темп и, ухватив член Пайнса, начал надрачивать ему.       Диппера наполнили противоречивые чувства. С одной стороны ему было чертовски больно, с другой чертовски приятно. Лишь одно объединяло их – чертовски. Это Билл был чёртом, который вызвал эти ощущения.       Вскоре оба кончили, Диппер себе на живот, а Билл внутри Диппера. Пайнс тут же отключился, а Билл, развязал Дипперу руки, накинул на него одеяло, оделся и вышел из комнаты.       Ночь Диппер провёл здесь, а на утро, оделся и ушёл домой. После этого происшествия, он сделал для себя много умозаключений.