Пожалеешь

Наруто отряхнул подол кимоно, пытаясь привести его в относительный порядок, сразу бросая эту затею, и так понимая — его уже не спасти. Чтож, не велика потеря. Ошметки плоти и лужи крови заставляли его, при ходьбе, неприятно хлюпать сандалиями, пальцами ног и пятками, погрязая во всем этом месиве. Редкие части человеческих тел, что встречались по пути, стали поводом для бойни меж стервятниками, что так и желали поживиться падалью, довольно таки теплой и сочной. Волчье завывание и лай, слышались тут и там, наравне с дикими криками людей, которых, в прямом смысле этого слова, раздирали на части. Дикие демоны, вышедшие из бездны, жаждали свежей крови. Юноша с интересом оглядывал архитектурные излишки небольшой деревеньки подле побережья, у самого подножия горы. Довольно скудно — морщась, подумал парень, ведомый довольным урчанием своих питомцев. При мысли о них по телу разлилось приятное тепло и гордость за свои труды. В западной части преисподней не сыскать более преданных и кровожадных тварей. Он лично уничтожил всех конкурентов своих малышек. Губы тронула дерзкая усмешка, и в следующую секунду Наруто взмыл в высь, приземляясь на крыше одного из самых высоких строений. Кровавый закат, знаменующий трапезу его питомцев, окрасил небо, теряясь за линией горизонта, и отдавая бордовой грязью на спокойной поверхности воды. — М-ма... — задумчиво протянул Узумаки, вглядываясь в даль, и подставляя лицо горячему ветру, уносящему смрад гнили в море, — Маме бы понравилось. — совсем по доброму заметил он, улыбнувшись ярко и открыто, прям как человек, а после разразился громким хохотом, что подобно грому, разнесся над всей деревней. — Жаль, что эта сука давно сгнила и не может оценить стараний своего любимого сыночка. — рот искривился в злобном оскале, и, словно молния, что не успевает за звуком, он сиганул вниз, решив присоединится к забаве беспощадных церберов. Едва успев сбежать, молодая девушка с, черными как ночь, волосами сжимала в руке древний амулет, шепча проклятия. — Да не будет тебе покоя, дьявол. Покуда не сыщешь ты свою истинную половину души, что давно сгубил в преисподней. Наруто было слишком весело чтобы обратить внимание на тихие проклятия, что обещали стать пророчеством.

***

— В курсе ли ты, мой дорогой сынок, что отныне на тебе лежит проклятие? — насмешливо молвил сам дьявол, вальяжно развалившийся на, отделанном в чёрном золоте, троне. — Хм, проклятье? — светлые брови поползли в верх, выражая всю степень озабоченности парня, который, однако, сразу утратил к словам отца интерес. — Разве это не честь для любого демона, иметь за спиной тысячи языков, желающих смерти и несчастья? — резонно спросил он чуть погодя, вглядываясь в алый огонь, огромного камина, за тонкими створками которого, горело множество душ, что посмели пренебречь подарком господа, и безрассудно распорядились своей жизнью, попросту покончив с ней. Поморщившись, словно от отвращения, он повернул голову к отцу, чьи глаза были столь же прекрасны, как и ясное небо, но и столь же опасны, как сорвавшаяся с вершины горы глыба льда. Вот только если с природным явлением можно было как-то избежать встречи, то вот с ним — никак. Все, кто имел честь смотреть в эти глаза погибали в муках, самых изощренных и ужасных. Минато покачал головой, подпирая подбородок рукой, причем столько грации было в этом движении, что любая придворная дама обзавидовалась бы. — Ты прав, — как-то слишком легко согласился мужчина, правда тут же слащаво улыбаясь, — вот только твое проклятие настолько абсурдно и позорно, что мне стыдно думать о том что мой сын, смог попасться на такое. Взгляд Наруто был столь обескураженным и недоуменным, что любая бы девушка умерла от умиления, лишь взглянув на его мордашку. — Э-э-э? Мужчина фыркнул, расхохотавшись совсем по доброму, по человечьи, как позволял себе только перед сыном. Демоном, единственным во всей преисподней, который мог открыто с ним общаться, и даже дерзить, чем, несомненно, только развлекал его. — О чем это ты? — вскинулся юноша, смешно надувшись и еще больше веселя дьявола. — Какая-то земная девчонка под впечатлением от твоей прогулки с церберами, прокляла тебя на вечные скитания. — снисходительно пояснил Минато, закидывая ногу на ногу. — О. Так мне не послышалось. — отчего-то смутившись, сконфуженно улыбнулся Наруто, ковырнув щеку, как делал в детстве, когда его отругивали за излишнюю мягкость. Минато наклонил голову в бок, с интересом слушая сына, и кивком велел ему продолжать. — Ну... — вконец покраснев, парниша почесал в затылке, переводя взгляд снова на камин, и вспоминая события минувшей ночи. — Она что-то говорила про половину души, и о том что мне нужно её сыскать. Мужчина понимающе хмыкнул, поднимаясь на ноги, и в глазах его, холодных и прекрасных, промелькнули ехидные искры. — Так покуда не сыщешь ты свою истинную половину души, что давно сгубил в преисподней, не сможешь ты считаться достойным сыном дьявола. — Минато лукавил, прекрасно зная что не найди равного его, еще очень молодому и не опытному, сыну, во всем Аду. Однако надо же как-то проучить мальчишку за то что он позволил какой-то человечке так глупо проклясть себя? — Ступай и разрушь проклятье. Докажи своему отцу, что достоин его внимания. И прежде чем Наруто смог возразить или что-то уточнить, исчез с протухшим воздухом, гоняющим запах разлагающейся плоти, оставляя озабоченного сына посреди пустого зала с кучей вопросов.