Шрамы.

      Соник пнул Шедоу под столом и улыбнулся самой ангельской улыбкой из всех, на которую только мог быть способен. Наклз смерил их недоверчивым взглядом, и Соник улыбнулся ещё ярче, а над его головой, казалось, засиял нибм. Эми поставила на стол перед ними пирог - они убили утро на то, чтобы втроём его приготовить и при этом не сжечь потому, что Соник случайно (читайте: специально) споткнулся рядом с Шедоу, когда нес муку, и половина неё оказалась на нем и на несчастном полу. Черно-алый, конечно, не остался в долгу и умудрился измазать сверхзвукового черничной начинкой для пирога. Готовка превратилась в бой едой, в который они втянули и Эми... А потом в рекордные сроки убрали все, спасли пирог и отмылись от последствий боя, в конце концов принимая гостей.       Руж, Эми и Крим завели беседу о своём, о женском, пока парни боролись за кусок пирога побольше: Соник тут явно проигрывал Шедоу, который проигрывал Наклзу, а кусок в итоге стянул с тарелки Тейлз. Соник и Шедоу увлеченно пинали друг друга под столом, оставляя синяки на ногах, и давились смехом. И это заметила Эми. Она знала их хорошо и её взгляды действовали хорошо. Но на этот раз она ограничилась словами:       — Сейчас кто-то пойдёт отсюда нафиг, если не прекратит.       В комнате наступила такая мёртвая тишина, что стало слышно птиц с улицы. Шедоу вопросительно посмотрел на неё - о да, он умел разыгрывать комедию, — а Соник взял чашку с чаем как истинный джентльмен и медленно отпил из неё, прикрыв глаза в наслаждение.       Впрочем, ежиха их все равно выгнала.       И это только было им на руку. Ежи, словно восьмилетние, запрыгнули на диван в гостиной (запомните этот диван, он играет в фанфике не последнюю роль) и уставились друг на друга.       В углу на полу были сложены спальные мешки и некоторые вещи ребят - сегодня у них была вечеринка с ночёвкой. И у Соника с Шедоу уже была масса идей на этот счёт. Синий пнул Шедоу снова и кивком головы указал на телевизор.       — Они захотят посмотреть фильм, чувак. Понимаешь, о чем я?       — Тот самый ужастик, который мы недавно купили? — черно-алый странно на него посмотрел. — Ты уверен, что никого не стошнит?       — Неа, если только Тейлза.       Он говорит это таким тоном, будто бы его совсем не волновало, что его лучшего друга может стошнить.       Глаза у Соника уже сияли в предвкушении, и Шедоу знал, что не сможет отказать ему в этой затеи.       Все, что сказали ребята на их затею посмотреть фильм ужасов вечером, была небольшая тирада Наклз, которую он говорил, иногда переходя на крик:       — Во-первых, с каких это пор вы - лучшие друзья! И во-вторых, как это вообще могло случиться?!       Он тяжело дышал и смотрел на ежей, снова пинающих друг друга на диване.       — Подвинься, хренов неудачник.       — Сгинь, это моё место.       — Ну конечно, ты продавил тут своей задницей ямку.       — Эта ямка может подойти и твоей заднице.       — Чувак!       — Чувак.       Шедоу подвинулся (он обычно сидит у подлокотника у его правой руки, там ему удобно и тепло и можно свернуться клубочком, и голове будет удобно) в конце концов. Он позволил Сонику свернуться у него под боком потому, что следующие два часа они все будут вздрагивать и закрывать глаза от страшных и неожиданных моментов. И они делали это. Крим часто закрывала глаза, Руж прятала голову на плече у Наклза, а он сам пару раз закусывал губу, чтобы не закричать. Под конец фильма они не выдержали - и в полный голос кричали, пока не начались финальные титры. Соник сжал ладонь Шедоу, когда они вместе вскрикнули, и не отпускал её до самого конца.       — Итак, это было захватывающе, но теперь я предлагаю посмотреть что-нибудь, чтобы забыть этот к-кошмар, — проговорил Тейлз, бледнея после каждого слова. — П-пожалуйста.       Эми никого не спросила о мнение, молча показывая несколько касет с мультфильмами на выбор, пока все не останавливаются на одной. Следующие два часа Соник и Шедоу смеются над собственными шутками, так что все становится на свои места.       Они все устали и хотят спать. Ребята принялись раскладывать свои спальные мешки, Эми принесла несколько одеял. Соник предложил ей спать на диване, но сестра улеглась вместе с подругами на полу между телевизором и диваном. Шедоу лег на диване, когда Наклз и Тейлз легли в углу на одеялах. Соник долго не приходил, но вскоре он взобрался к нему на диван и свернулся под боком, черно-алый специально предоставил ему это место.       И, чёрт возьми, да. Они лучшие друзья вот уже несколько месяцев, потому что, ну в самом деле, они были так глупы, чтобы признать друг в друге родственные души.

***

      Соник был так слеп. Он и подумать не мог, что Эггман заведет его в ловушку, в которой нет выбора.       Выбор был только один, и никто, кроме него, его не поддерживал.       — Я пойду туда, чтобы вы не говорили. Эта гора взорвётся на кусочки, если бомба сработает с той силой, с которой её создал Яйцеголовый. Там город рядом.       — Но, Соник...— начала кричать Эми, но брат её перебил.       — Перестань, Эми. Все будет хорошо, — он мягко коснулся руками её волос. — Ты же знаешь, я побегу туда и тут же вернусь обратно.       По тому, как окаменело лицо Тейлза, сидящего рядом с Торнадо Х, Шедоу понял, что Соник соврал, и лисёнок просто знал это. Кроме просто добежать до бомбы и вернуться обратно, её нужно было хотя бы перепрограммировать на более низкую силу разрушения. Но после этого она должна взорваться в ту же минуту, и у Соника не будет ни секунду, чтобы успеть отбежать от неё на безопасное расстояние. Шедоу скрестил руки на груди. Там завозилось волнение.       — Обещай мне, — серьёзно прошептала Эми. — Обещай, что вернешься, тупой брат.       Кто-то из ребят улыбнулся, кто-то хихикнул, однако скоро все снова угасли и остались сидеть на своих местах, осмысливая жертву ёжика. Соник соврал снова.       — Обещаю, — и поцеловал сестру в лоб перед тем, как Тейлз отдал ему нужное устройство. — Встретимся здесь через десять минут.       Сверхзвуковой посмотрел на Шедоу. Они оба внезапно захотели так много сказать друг другу, но слов не было. Соник улыбнулся черно-алому грустной улыбкой. Ёжик, который никогда не сдавался, стоял в нескольких метрах от него и улыбался так, будто бы все было хорошо. Шедоу хотелось ударить его за это, а потом обнять. Но они оба не сдвинулись с места, и, поворачиваясь к вулкану, Соник ещё раз оглянулся на друзей. Никто не сказал ни слова. Соник отвернулся, и Шедоу отчётливо увидел перед этим его страх.       Сердце у него сжалось. Его лучший друг боялся.       Когда Соник убежал, Эми села около Торнадо, Руж втянула ее в бессмысленный разговор. Крим очищала царапины Наклза и иногда вставляла своё мнение. Тейлз все так и сидел с каменным лицом, пока связь с Соником не прервалась, и ему не пришлось пытаться её восстановить. Руки лисёнка дрожали. Он паниковал.       Шедоу потерял счёт времени. Эми сдерживала слезы, которые набегали на глаза, а потом внутри горы что-то взорвалось. Земля тряслась у друзей под ногами несколько секунду, а потом все затихло.       К сожалению, Соник так и не появился.

***

      Шедоу точно не знал, когда это началось. Его мир словно рухнул, а потом он почувствовал боль - она рвала его сердце изнутри и причиняла невыносимую агонию.       Соника больше нет. Прими это.       Но что-то внутри Шедоу сопротивлялось этому. Он перестал есть и спать, он не мог перестать думать о Сонике. Все его мысли крутились вокруг его лучшего друга. Он не мог уйти просто так. Шедоу не хотел признавать это.       — У нас была разница три минуты, — Эми рыдала, вытирая лицо платком, — он родился на три минуты раньше меня. Мы двойняшки, ужасно не похожи. Но Соник всегда был рядом со мной, словно мы были тенью друг друга.       Они сидели на кухне и пытались попить чаю, но ежиха не могла отпустить брата также, как этого не мог сделать Шедоу.       — Накануне я честно отдал ему изумруд хаоса, на всякий случай. Почему он не воспользовался им?       Шедоу почти не слушал Эми. Но она ловила каждое его слово.       — Я не знаю, — прорыдала она. Пора было дать ей успокоительного.       Прошло несколько недель, а Шедоу продолжал ждать лучшего друга. Для него Соник словно уехал по делам и скоро должен был вернуться. И черно-алый знал, что этого не случиться.       — Я ему даже ничего не сказал, — пришло однажды понимание. — И не обнял. Он умер, а я ему ничего не сказал.       Он пришел с этой мыслью ночью в комнату Эми. Она не спала - листала альбомы с детскими фотографиями, когда он вошёл. Шедоу выглядел как привидение в темноте, его выдавали только яркие красные глаза. Они странно блистали, и Эми ахнула.       — Шедоу, ты плачешь?       Черно-алый несколько мгновений смотрел на неё и коснулся пальцами щёк. Ну конечно. Он действительно плакал, сам не заметив того.       — Это нормально, — Эми, встав, подошла к нему. — Все хорошо, Шедоу. Все хорошо.       Через несколько месяцев ребята снова решили собраться у них. Они все ещё выглядели слегка подавлеными, но все начало возвращаться в привычное русло. Для всех, но не для Шедоу. Он так сильно скучал по другу. Он не хотел забывать о нём.       ...но вместе с друзьями они отлично посидели. Всем было, что рассказать, и Шедоу внимательно слушал всех, ловил каждое слово и даже посмеивался над особенно смешными случаями. Боль ненадолго затихала, уходила на задний план. И всегда возвращалась.       Крим встала, чтобы сходить налить себе воды, и неожиданно для всех вскрикнула. Эми рванула на кухню так быстро, что никто не поспевал за ней, зато Шедоу, знавший дом как свои пять пальцев, оказался рядом с ней спустя секунду и осматривал кухню на наличие опасности. Крим спиной отходила назад, пока не уперлась в него и закрывала рот руками. Помещение заполнил яркий свет. Черно-алый не мог ничего рассмотреть из-за него. Но вот, спустя несколько минут, свет погас так же внезапно, как и возник. Шедоу знал - это была вспышка от изумруда хаоса. Не мог не знать. И он знал кое-что ещё: никто, кроме него не мог телепортироваться.       Никто, кроме Соника.       Это и вправду был он - опирался о стол, справляясь с тошнотой, и хмурился от яркого солнца. Кто-то догадался задернуть занавески. Шедоу не мог понять кто, потому что застыл в немом потрясении. Крим медленно пошла вперёд, однако Эми - этот ураган, а не девушка, с разбега перемахнула через стол и врезалась в брата, собираясь задушать его в объятиях. Несчастный вскрикнул и уперся спиной в тумбочку.       — Соник! Ты живой! Ты живой!       Он был жив. Это был Соник из крови и плоти, но в то же время и не Соник. Его шерсть побледнела, из-под кожи выпирали кости, порваные перчатки обнажали длинные пальцы. Соник открыл рот, пытаясь улыбнуться, — и показались немного удлинившиеся клыки, — и тут же его захлопнул. Шедоу подавился воздухом.       — Великий Хаос, что с тобой?       Соник посмотрел на него: дико, потому что на его щуплом теле только большие глаза выделялись особенно сильно. И вздохнул. У черно-алого задрожали ноги. Он был так напуган и так счастлив одновременно, что забыл как дышать.       — Крим, — у Соника был хриплый голос, — мне сломало пальцы на правой руке. Пожалуйста, посмотри, вправил ли я их правильно.       Крольчиха вдруг стала собранной, серьёзной. Она кивнула и взяла его ладонь в свою. Каждый палец девушка нежно поднимала и также же нежно сгинала. Крим с любовью погладила костяшки, прикоснулась к пальцам губами - словно лечила ранку ребёнку, но Соник сделался ребёнком для неё и тихо всхлипнул.       — Я... Я не мог вернуться... У меня не получалось. Изумруд не телепортировал меня, как бы сильно я не пробовал.       Наверно, Соник давно не был на солнце - вот, почему побледнела его шерсть. Она была тусклой и грязной. Он мало ел или вовсе не ел, вот почему стал таким худым. Его клыки казались ужасно длинным, но скорее всего они подстроились под жизнь с борьбой за выживание. Соник ещё не привык к ним, его нижняя губа была вся исцарапана и покусана.       — Все в порядке, дорогой, — Эми провела ладонью по иглам брата. — Ты смог вернуться. Все будет хорошо. Все нормально.

***

      Эми ввела брата в ванную. Ребята отказались уходить сегодня и готовили свои спальные мешки в гостиной. Крим проверила целостность костей синего ёжика и сообщила, что он цел и опасности для жизни нет. Но Шедоу не был уверен, что не его друг не пострадал морально.       Он пересекся с Соником в коридоре. Эми готовила друзьям перекусить, и только потому оставила брата. Так бы она от него ни на шаг не отошла бы. Соник выглядел уставшим. Но он нашёл в себе силы на небольшую улыбку, увидев Шедоу.       Гнев царапнул сердце черно-алого. Он опустил голова, спрятав глаза, и сжал кулаки.       — Ты - идиот. Ты заставил меня поволноваться, критин.       — Я тоже рад тебя видеть, Шедоу.       Тихий смех Соника или его присутствие вообще заставило Шедоу сделать шаг вперёд и заключить синего в кольцо рук, или черно-алый решился на это сам - было не важно. Соник был немного ниже него. А теперь ещё и уже. Он просто утонул в руках Шедоу, обнимая его за спину. Парни чувствовали горячие слёзы друг друга и не говорили ни слова, пока:       — Чувак, ты что, плачешь?       — Заткнись, просто в глаз что-то попало.       — Мне тоже что-то в глаз попало, чувак.

***

      Соник постепенно приходил в себя. На ногах у Шедоу снова было полно отметин от пинков, они устраивали бои на диване за лучшее место каждый вечер, чтобы потом как всегда усесться рядом друг с другом так близко и так неописуемо далеко друг от друга. Худой и, казалось, маленький Соник облакачивался на него каждый раз, как его шея и спина уставали, и Шедоу не мог ничего поделать со своим замирающим сердцем. Он хотел, чтобы Соник больше никогда никуда не пропадал и всегда был с ним рядом, здесь, в этом доме.       Эми и Крим заставляли Соника есть больше, чем два или три раза в день, пока он не набрал потерянные килограммы. Его шерсть со временем приобрела бывший, но все ещё немного тусклый, оттенок, но вот клыки не уменьшались. Сверхзвуковой волне привык к ним, и они не мешали ему разговаривать или улыбаться.       К лету Соник снова начал уходить на утренние и вечерние пробежки. И было что-то правильное в том, что теперь его провожали двое ежей. Соник целовал Эми в лоб и, секунду подумав каждый раз, вставал на носочки, чтобы проделать тоже самое с Шедоу( а черно-алый каждый раз слегка наклонялся, чтобы лучший друг мог это сделать).       К лету все встали на свои законные места. Кроме одного. Мысли Шедоу так и не вернулись к прежнему руслу.

***

      Когда Эггман опять вытворял в городе неведомую хрень, нутро Шедоу завопило, забилось в животе, крича, умоляя черно-алого не дать Сонику пойти. Но Шедоу ничего не говорил и молча следовал за друзьями туда, где бадники угрожали мирным жителям.       Соник как всегда был в центре событий и помогал мобианцем добраться до укрытия. Шедоу включил гриндерсы и принялся помогать ему. Он сам не заметил, как случайно поддразнил друга и эвакуация превратилась в игру. Они подкалывали друг друга и смеялись, пока игра не превратилась в полный... В общем, пока не появился робот побольше. Эггман опять смылся раньше, чем узнал, чем все закончится, и Наклз пошёл преследовать его. Руж ранило в руку. Крим подзвала её к себе в своё укрытие за уже разбитым роботом и принялась перевязывать её. Соника и Шедоу успокоило то, что она нашла себе безопасное место и продолжили сражение. Эми взяла на себя бадников поменьше, а парни вместе с Тейлзом разгромили большого.       Дело было сделано, и Соник пнул обломок робота ногой, вот тогда он вдруг услышал тихий пищащий звук. Самый большой робот вдруг взорвался. Хитрый яйцеголовый! Вот почему он смотался так быстро!       Бадники взрывались один за другим, но не это напугало Соника. Далеко не это. Он повернулся, его зрачки расширились, и нашёл взглядом глаза Шедоу. Шедоу понял.       Крим.       — Крим! Беги оттуда!       Шедоу был намного ближе к ней, чем Соник. Черно-алый побежал туда, а Крим бросилась ему навстречу, но оба понимали, что робот взорвётся раньше, чем они успеют отойти оттуда. Шедоу подхватил Крим за талию, вынуждая запрыгнуть на себя и обхватить за шею руками, и повернулся назад, начиная бежать. В ту же секунду робот взорвался. В нем было больше стекла, как казалось Сонику, чем железа. Осколок вошёл Шедоу в спину. Потом в плечо. Два вонзились под лопатку. Ещё один вонзился в низ спины. Зрачки у Шедоу расширились от боли, один из осколков попал в руку Крим, которой она держалась за его шею, и потом ёж упал на колени, слушая её крик полный боли. Он тоже чувствовал боль: она была дикой. Спина горела, под ними собиралась лужа крови. Плитьице Крим стало окрашиваться в красный цвет.       — Шедоу! — услышал он громкий крик Соника, прежде чем все погрузилось во тьму.

***

      Соник сидел в зале ожидания и не находил семье места. Так много крови... Он тряхнул головой. Нет, все будет хорошо, и не из таких передряги выбирались. Он думал о том, как Шедоу улыбнется ему, когда придёт в себя, а потом они с Эми заберут его домой и будут смотреть комедию вечером. И Соник снова устроится под боком у Шедоу.       Это переставало быть нормальным, то, что Сонику хотелось касаться черно-алого постоянно, зато ему все ещё удавалось держать это в узде. Все было хорошо, пока Соник отгонял это наваждение от себя.       Соник ненавидел ждать. Он не мог успокоить себя, ему было страшно потерять Шедоу так просто. Эми присела на соседний стул, и брат положил голову ей на плечо. Она погладила его по иглам и вздохнула:       — Я так переживаю.       Он выдохнул:       — Я тоже.       В конце концов пришёл врач и сказал, что опасности для жизни нет, но Шедоу придётся остаться в больнице на несколько недель.       — Можно нам войти в его палату? — Эми поднялась на ноги. Она уже отвела Крим с зашитой рукой домой и была полностью свободна.       Врач покачал головой.       — Сейчас вашему другу нужен покой.       Сердце Соника упало. Это значит, что он не увидит Шедоу сегодня.       Эми, видимо, заметила это, потому что продолжила:       — Впустите хотя бы моего брата. Шедоу будет легче, если он увидет кого-нибудь знакомого, когда проснётся.       Врач вскоре сдался, и вот Соник уже сидел рядом с кроватью Шедоу и рассматривал лучшего друга. Он представлял, как черно-алый откроет глаза, пару раз моргнет и посмотрит на него. А что дальше? Шедоу должен улыбнуться? Что-то сказать?       Соник не знал.       Он не помнил, когда заснул, а когда проснулся, увидел, что два алых глаза рассматривают его. Шедоу был очень бледен и лежал на животе. У него на спине было много швов, но они были скрыты под простыней. Глаза были полу открыты.       — Привет, — прошептал Соник.       Шедоу улыбнулся уголками губ.       — Привет.