Идеально убитые чувства

      Быть наследником главы великого клана — почётно. И хлопотно, как признался Итачи по секрету Саске.       Младший из братьев счёл эти слова глупой шуткой. Какие хлопоты, когда с тобой носятся, хвалят и учат потрясным техникам? Да это же мечта! Для Саске недостижимая и заветная, как бы, биджу побери, глупо не звучало.       Хотелось быть лучше Итачи хоть в чём-то. Хотелось стать хорошим шиноби, чтобы семья могла им гордиться. Саске так много всего хотелось, что он и не знал, за что ему взяться.

***

      — Знаешь, отец решил познакомить тебя с химе клана Хьюга… — невзначай как-то раз начал Итачи, отчего Саске понял, что ему, как бы, об этом не должны были говорить заранее.       — Ясно, я не подведу.       Знакомство с Хьюга и правда состоялось — когда, собственно, Итачи был неправ? Саске очень переживал, что отец будет недоволен. Только переживать стоило ему не об этом.       Стоило переживать о большеглазой девчонке — наследнице клана Хьюга. Девчонке, с которой Итачи, как выяснилось, отлично был знаком. С которой его нии-сан был невероятно добр и любезен.       Это было подозрительно. Учиха никогда, даже Итачи, чужаков не любили. Что же так привлекло в этой Хьюга его брата? В ней ведь не было ничего такого! Внешность милая, но и только. В плане силы Саске не мог её оценить тогда, но и это казалось Учиха не той причиной, почему его старший братец любезничал с этой зазнайкой (а Саске был уверен, что девчонка та ещё гордячка). Хорошим человеком Саске Хинату тоже мог назвать, так как совсем её не знал. Но знал Итачи. Почему?       Как же всё это подозрительно.       Позже Саске был вынужден общаться с Хьюга Хинатой в Академии, дома, на редких тренировках… Подобное «общение» отец объяснял тем, что Саске было бы полезно знать ровесников из других кланов. Связи, они везде пригодятся, ведь так?       И Саске спокойно принял этот факт. Точнее, был вынужден. Старался, как посоветовала мать, приглядеться к Хинате, которая была мягким и добрым ребёнком с мёртвыми глазами. С глазами, как у его брата. Пожалуй, именно это объединяло Хинату с Итачи, и отдаляло их от Саске. Куда уж ему, глупому ребёнку, было понять всю боль, что успели увидеть они? Ведь, в отличие от него, они были наследниками, которых с рождения готовили на посты глав кланов.       Они были обреченны с самого начала.

***

      — Нии-сан, мне не нравится Хината. Она жуткая, — как-то раз доверчиво признался Итачи Саске, закусывая губу. Эта девчонка, сколько бы он не пытался её забыть, всё вставала у него перед глазами со своей противно-приторной улыбочкой.       Мерзко. Как же мерзко и погано Саске было от мыслей об этой девчонке. Хотелось удавиться или удавить эту чёртову Хьюга, чтобы не зыркала своими нереальными глазами убийцы на него.       — Почему?       — У неё глаза, как у мертвеца. Как…       — Как у меня? — положил ладонь на макушку отото Итачи. На немного испуганный и смущённый взгляд Саске он улыбнулся слегка надломленно. — Не бойся, отото. Просто мы увидели то, что не следовало. Слишком рано. Ты когда-нибудь тоже это увидишь, но надеюсь, что ты будешь готов.       Саске сглотнул ком в горле и шмыгнул носом. Вовсе не из-за плача или чего-то ещё, он просто приболел. Потому что упал в речку, когда подрался с этим странным Узумаки, которого все старательно избегают. В лучшем случае избегают. Ведь обычно его избивают до полумёртвого состояния и оставляют мучиться в какой-нибудь подворотне… Саске вовсе непонятно, за что, но спросить он боялся. Боялся услышать что-то плохое.       Смешно, правда? Будущий шиноби, всё же.       — Да и знаешь, меня терзают смутные сомнения на счёт этой твой нелюбви к Хинате…       — Я её ненавижу, — резко заткнул своего нии-сана мальчишка, хлопая по траве кулаком.       — От ненависти до любви один шаг, — туманно сказал Итачи и, ткнув отото в лоб напоследок, исчез в шуншине.       «Чтобы я, да в эту вот? Да ни за что!» — вздрогнул Саске, приходя в праведный ужас от слов брата. Что за дикость? Влюбиться в такого человека, как Хината? Три раза ха! Он не настолько глуп!..       … ведь не настолько?..

***

      Саске терпеть не может гениев. Кроме брата, тот исключение из всех правил.       Хината — гений. Хинате, чтобы достичь небывалых высот, не надо сильно стараться, понимал Учиха, не раз наблюдая за её тренировками. Она даже сестру свою младшую, бедняжку Ханаби, не жалела, буквально вытирая ею полы. Саске с какой-то мрачностью отмечал спокойный взгляд этой чёртовой Хьюга вместе с милой улыбкой на губах, когда она кого-то била. Того же Неджи, который, являясь гением из побочной ветви клана, уступал самую малость.       «Это обидно, когда тебя не принимают в расчёт», — думал Учиха, замечая искусанные чуть ли не в кровь губы парня и его измученное выражение лица. Он едва не валился после спаррингов. А Хината всё так же мило улыбалась.       «Циничная стерва», — думал Саске.       И как же он был прав. Ведь Хината Хьюга была той ещё тварью в свои пока что десять с половиной. Саске с ужасом представлял, какой она станет в будущем.       Итачи же на его замечания и некую жутковатость Хинаты, которую не не заметить было сложно, лишь вздыхал и качал головой, ссылаясь на возраст Саске. Мол, маленький, не понимаешь. И не скоро поймёшь.       «Почему?!» — хотелось крикнуть Саске. — «Что в вас такого особенного? Объясните мне! Объясните!»       Только никто не объяснял маленькому Саске, что, являясь наследником великого и старейшего клана Конохи, на тебя сваливается куча обязанностей. Вечное «наследник должен», «наследник обязан»… Собственно, почему? Только по праву рождения? Только из-за того, что ты родился в неправильное время? Только потому, что отцы и старейшины так решили?       Саске не понимал ничего. Итачи и не рвался разъяснять всё отото, считая, что со временем и до него дойдёт. Хината улыбалась настолько слащаво и отвратительно-понимающе, что Саске едва сдерживался, чтобы не врезать ей. Его останавливала вовсе не сила Хьюга, а то, что она была девчонкой, которых мелкий Учиха не бил. По крайней мере, пока.       И зря. Стоило бы разок-другой врезать ей, она бы и перестала. Возможно.

***

      — Тоже, как та жуткая девчонка с белыми глазами, бить меня будешь? — устало спросил Наруто, сидящий у реки и лениво бросающий в воду камешки. Саске сглотнул, разглядывая многочисленные гематомы на теле Узумаки, которые были заметны на руках и ногах. Уже измученное выражение лица, мешки под глазами и лиловый синяк приводили Учиха в неописуемый ужас. Как ребёнок, выросший в полноценной семье, он себе и представить не мог, что можно было допускать такое отношение к чужому ребёнку. Какая разница, что сирота, ведь это ребёнок, его ровесник!       — Хината тебя била? За что? — спросил Саске, хотя особого удивления он не испытал. Он вполне-таки ожидал нечто подобного от этой Хьюга. Стерва, что с неё взять?       — А какая всем разница, за что меня бить? — медленно перевёл взгляд с водной глади на спокойного Саске Наруто яркие голубые глаза. Учиха даже немного удивился их яркости, так как думал, что у таких, как Узумаки, они более… тусклые и безжизненные. — Мне никогда причин не называли, кроме одной.       — Какой? — во рту у Саске резко пересохло. Он так давно хотел узнать причину скотского отношения к этому мальчишке, что чувствовал, будто после слов Наруто, жизнь его изменится.       — А ты не знаешь? Я ведь Они, — ужасно прямо и спокойно произнёс Наруто, без интереса наблюдая за реакцией собеседника. — Уж не знаю, почему все так решили, когда я не давал поводов для таких выводов, но всё же… Ты бить-то меня будешь? Очередь не задерживай, ты не один такой.       Саске опешил. Наруто молча кивнул головой в сторону, где за деревьями виднелись макушки каких-то мальчишек, что за ними пристально наблюдали и громко спорили, куда будут бить Узумаки в этот раз.       — И ты позволяешь им это?! Как ты можешь? Нужно давать им отпор! — горячо воскликнул Учиха, сжимая кулаки и крича мальчишкам, чтоб убирались. Повышенное чувство справедливости Саске явно мешало ему спокойно жить. Хотя бы сейчас. Сдался ему тот Узумаки? Жил же себе спокойно десять с лишним лет, и ничего. Чего сейчас ему вдруг понадобилось узнавать что-то про Узумаки, когда раньше он пропускал грязные слухи мимо ушей?       — Зачем? — вдруг спросил Наруто.       — Прости?..       — Зачем мне это делать? Я не чувствую боли. У меня высокий болевой порог, потому пусть делают, что хотят. Не хочу лишних проблем. А они будут, если я буду давать, так называемый, отпор, — пожав плечами, выдохнул, чуть хрипя, блондин, взвешивая на ладони маленький, гладкий камушек.       — Но ведь это… неправильно!       Наруто встал и, размахнувшись, бросил камушек так, что получилось целых тринадцать блинчиков.       — Не понимаю сути проблемы. Что неправильно? То, что я, как «слабейший», уступаю «сильным»? Разве, не все так живут? Почему я-то отличаться должен? Что я, герой будущий? Меня устраивает такая жалкая жизнь, в которой я очень рано подохну. Не столь важно, от чьей-то руки, голода или ещё чего. Важно, что я отмучаюсь.       Собственно, на этих словах Ухзумаки и распрощался с Саске, который ещё долго смотрел в след его худой и немного сгорбленной спине.

***

      — Зачем ты это с Наруто сделала? Он же вовсе никакой не «Они», сама знаешь, — процедил сквозь зубы Саске, с презрением смотря на немного выдохшуюся после тренировки с Ханаби, которая едва ли не ползком ушла с полигона, Хинату, что вновь фальшиво и натянуто улыбалась.       — Он сам был не против. Он никогда не против, чтоб ты знал. Тем более, что у него отличная регенерация. Ему не жалко себя, не жалко помогать нам, своим друзьям.       — О-о-о, правда, что ли? Хм, интересно, а Итачи-нии знает о том, что ты такая? — задумчиво протянул Саске, внимательно изучая кунай, что вертел от скуки в руках.       — Какая «такая»? — наклонила голову набок Хината. Саске начинал её раздражать. Да и не хотелось, что Итачи узнал эту её сторону. Сторону гадкую до безобразия.       — Ммм? Ну, я думал, что сволочь двуличная. Тварь там лицемерная, а ещё…       — Рада, что ты, малыш Саске, знаешь такие слова в своём-то возрасте, но это грубо, ты знаешь? За такое обычно извиняются, — перебила вошедшего во вкус парня Хьюга.       — Да-а-а? Ах, точно, ты ведь права! — хлопнул себя по лбу, Учиха. — Но сначала ты перед Узумаки извинишься, ясно? — немного грубо и холодно спросил он у немного удивлённой Хинаты.       — Зачем? Ему ведь всё равно будет, извинюсь я или нет. Он же привык.       — И ты думаешь, что это нормально? — поражённо выдохнул Саске, сжимая рукоятку оружия в руке до побеления костяшек. Собственно, на что он понадеялся, придя сюда? Что Хьюга ему головкой покорно кивнёт и побежит просить прощения у этого придурка Узумаки, которому до фени, что его каждодневно избивают все, кому не лень?       — Конечно же, нет. Я просто хочу достучаться до Они-куна, вот и всё, — развела руками Хината. Учиха чуть не выронил кунай. Достучаться до… Они-куна? — Ты не ослышался, всё так и есть. Я хочу помочь Они-куну поверить в себя.       — Избивая? Не лучший способ, ты знаешь? Он тебя возненавидит. Возненавидит за твою чёртову гордыню и методы. А как узнает, что ты наследница клана Хьюга, то…       — Он станет вести себя так же, как ты? — прикрыв ладонью улыбку, спросила Хината. Саске нахмурился, не понимая, к чему ведёт эта чёртова Хьюга. — Ммм, ну, ты слышал выражение «от ненависти до любви один шаг»? Кажется, это наш случай, малыш Саске. Жаль только, что у нас нет будущего, как у пары… Я же наследница своего клана, как ни крути. Обязанности и всё такое… — рассмеялась Хината, исчезая в шуншине столь стремительно, что Учиха даже среагировать на её слова должным образом не успел.       «Наш случай?» — кривится про себя Саске. — «И слава Ками, что между нами ничего нет и не будет! Стал бы я такую терпеть… Наследницу, ха!»