Наследие.

Асгард.

Мир Богов и Богинь, скрывающийся над облаками. Мир, в котором, на первый взгляд, безраздельно правят радость и счастье. Но где-то на окраине города скрыто от чужих глаз место, где ещё сохранились страдания и муки. Большое строение из черного камня, без окон, у входа которого стоят два стражника в полном обмундировании. Золотые доспехи и наконечники копий блестят под асгардским солнцем. Коридоры хорошо охраняются. Кажется, никто не сможет выбраться отсюда без разрешения Одина или Тора. В одной из камер в полном одиночестве сидит мужчина, прислонившись спиной к холодной стене. Волосы цвета воронова крыла слегка спутались и скрывали часть худого бледного лица. Мужчина сидел расслабленно, словно уже давно смирился со своей участью заключенного, и рассматривал свои тонкие музыкальные пальцы. Наконец это занятие ему надоело и он, закрыв глаза, вздыхает. Он здесь уже больше месяца, и единственное, что его действительно раздражает - это бездействие. Солнце уже опустилось за горизонт и караул у входа в тюрьму сменился, а мужчина так и сидел без движения. Неожиданно его слух уловил тихое шуршание рядом с собой. - Что тебе нужно, Масон? - спросил он хриплым от долгого молчания голосом. - Принц, - голос говорившего был мерзким и писклявым, под стать хозяину. - Я пришел сообщить радостную весть. - Какую? - заключенный даже не открыл глаз. - Армия. Я собрал её для вас. - Масон говорил слегка заискивающе. - Зачем? - мужчина остался равнодушен. Масон был полководцем. Лучшим из тех, кого отверг Один и Асгард. Лучшим из тех, кто теперь скитался по вселенной в поиске того, как бы заработать. Длинные волосы цвета травы Мидгарда были стянуты в тугой узел. Чуть раскосые глаза цвета запёкшейся крови смотрели на повелителя с восхищением. Подгнившие зубы выглядывали из-за растянутых в улыбке губ. - Принц, там все те, кто ненавидят Одина и Тора. Там - прекрасные войны. Лучшие из изгнанников всех миров. И они готовы идти за вами. - Мне это не нужно. - мужчина снова вздохнул. Масон разочарованно опустил голову, но затем резко опустился на колени перед повелителем и прошептал: - Мы нашли её, принц. Она в Мидгарде. - Что? - в голосе сидевшего на полу впервые за время всего разговора промелькнула эмоция. - Мы нашли её. Ту, что вы приказали найти, - повторил воин. Локи открыл глаза, в которых горело зеленое пламя. Он улыбнулся и прошептал: - Моя дочь... - а музыкальные тонкие пальцы уже выводили на пыльном полу нужные руны. Неразборчивые линии слабо вспыхнули голубым светом, но тут же погасли. Трикстер нахмурился и встал: - Мне не хватает энергии... Он в раздумьях стал прохаживаться по камере. И теперь Масон узнал в этом худом высоком человеке своего повелителя. Локи резко остановился и стал теребить прядь своих волос, что-то тихо бормоча себе под нос. Затем он повернулся к своему слуге и приказал голосом, не терпящим возражений: -Достань мне листок с Древа Силы. Масон торопливо поднялся с колен и, отряхиваясь, возразил: - Но это древо погребено под льдами Ётунхейма. - Я знаю. Поэтому у тебя не будет преград на пути. Ётунхейм - моя территория. Тебе помогут. - Бог лжи и обмана поправил воротник своего одеяния. - Найди там великана по имени Овас. Проведи его ко мне как хочешь. Он мне пригодится. Глаза полководца забегали: - Но... - начал он, но его остановил подозрительно ласковый голос Локи, нависшего над ним. - Неужели ты думаешь, Масон, что у меня не хватит сил убить тебя? Асгардец почувствовал, как кончики пальцев на ногах начали коченеть. - Я всё сделаю, принц. Я принесу лист и приведу Оваса. - прошептал он. - Отлично, - Лафейсон отошел от заикающегося слуги и ухмыльнулся. - Теперь проваливай. Даю тебе сутки. Почти бесшумно Масон растворился в воздухе. Локи лег на свою кровать, и, закинув руки за голову, невидящим взглядом уставился в потолок. - Мэйди... - прошептал он. - Моя дочь...