Подчиняясь неизбежному

      Холодные пальцы медленно скользят под розовой кофтой девушки. Они плавно поглаживают живот, слегка царапая нежную кожу. Грубо и властно притягивают к себе, растягивая удовольствие.       -Правильно, - говорит юноша. - Будет лучше, если ты расслабишься.       И она подчиняется. Смиренно.       Его плавные движения отвлекают, зарождая в девичьем сердце сильное чувство. Желание, которое не дано постичь служительницам церкви, сейчас овладевает ей. Она будет испорчена. Сломлена.       Плен. Темный и холодный окутывает мысли несчастной. А её наивная душа все еще продолжает бороться, пусть и ненадолго.       -...Аято - зеленые глаза хищно переключаются на бледные губы, которые тихо произносят его имя. Ему нравится, когда она зовет его. Нравится слышать пульс, отточенный страхом и сильным возбуждением при одном лишь взгляде алых глаз.       Эта болезнь, которую его старший брат охарактеризовал как «привязанность к крови», вызывала у вампира отвращение, презрение ко всему. Он осознавал нездоровую жажду к этой девушке, но не отказывался от сладкой и мучительной горести во рту, стоило ему вонзить клыки.       Сегодня он окончательно решил убедиться в ошибочном мнении брата.       - Молчи, - глубоко вдыхает запах плоти вампир. Аято не намерен кусать. Пока. Лишь смотрит, как реагирует тело на подобные ласки. Ему представляется белое полотно, на котором еще нет, свежей краски. А он умелый художник, который наполнит и завершит картину.        Заклеймит красными метками.       Безумное воображение сумасшедшего садиста, но весьма реалистичное. Минуту погодя юноша прислоняется губами к шее девушки. Медленно очерчивает языком белоснежную шею, слегка показывая клыки.        - Ммм… Стала послушной? – по собственнически издевается над ней, играясь с её принципами. Он просто проверяет её. Пытается нащупать слабое место и уколоть сильнее, показывая её полную никчемность действий. – Раньше ты не была такой…       Вампир отстраняется от девушки, взяв со стола большое, спелое яблоко. Без колебаний надкусывает его, наблюдая за поведением Комори.       Знает. Прекрасно знает, что она не ела со вчерашнего вечера. Не зря же Юи пришла на кухню в поисках легкой пищи, чтобы хоть как-то утолить накативший голод. Но она никак не ожидала увидеть здесь вампира, мирно сидевшего около открытого окна.       - Я... - Сглатывает Комори накатившее волнение. Сильный голод по-прежнему мучает ее, истощая силы. Ей хочется исчезнуть, убежать от него. Лишь бы он не видел, как она беспомощна, когда он рядом с ней. Лишь бы он не знал, какую боль она испытывает каждый раз, когда вампир издевается над ней, доводит до слёз, наслаждаясь дивной кровью.

***

      Безумный взгляд, полный обладания прикован к ней. Той в ком заключено сердце демона, той в ком теплится душа и яркий свет жизни.       Но что-то удерживает и не дает уйти. Не дает ей позабыть.       - Я осталась прежней. Изменился - ты.       Кроваво красное, оно падает на пол, выделяя оставшийся сок. Аято со всей силы швыряет Комори на кухонный стол, с чудовищной силой давит на горло.       Сейчас она похожа на тот спелый плод, который в любой момент может потерять свою ценность стоит лишь откусить.       - Вещь посмела дерзить? - монотонно смотрит на жертву бессмертный, делая вид, что не слышал этих слов. Они порождают в нем гнев, ярость. Юноша готов убить несчастную, лишь бы та признала его своим господином. Но прежде...       Его нефритовые глаза загораются недобрым огоньком. Капля густой и горячей крови на хрупком запястье вызывает порочную страсть. Смеется. Теперь он не просто хочет убить. Он желает обладать ею.       Эгоистично подчинить тело, осквернив душу.       К черту эту привязанность! Он так захотел! И вампир, несомненно, добьется желаемого.       Еще крепче сдавливает горло. Душит. Но она терпит, не вырываясь, не издавая никаких звуков. Наконец начинает тихо задыхаться, прикасаясь к ледяным пальцам теплой ладонью.        - Что тревожит тебя? - спокойный и мягкий голос Юи на мгновенье усмиряет пыл вампира. Да, ей больно. Но она улыбается своему мучителю, сквозь слёзы, искренне.        -...Почему? - Не сразу убирает руки Аято с девичьей шеи. Не понимает. Она жалеет его?       Вампир с силой отталкивает ее от себя.        Глупая.       Даже находясь на грани смерти, умудряется думать о других.       - Нет! - хриплый стон срывается с груди, не успевая все осмыслить, как ее обратно прижимают к себе.       Прикосновение. Он прикасается к ней. Не так как раньше. Нежно. Касается губ, слегка царапая клыками. Задевает. Опаляет жарким дыханием кожу, впиваясь в алые губы. Соприкасается с языком, образуя страсть, вызывая возбуждение у обоих.        - Я хочу попробовать, - жадно вдыхает ее запах. Вампир чувствует кровь на губах Комори. Он нервно сжимает пальцы на ее плечах, сдавливая их до хруста.       Это чувство разъедает и пожирает его изнутри. Сакамаки отказывается признавать, что человеческая девчонка права. С ним действительно происходят изменения.       Не он владеет кровью, а кровь подчиняет его, маня тягучим ароматом. Но Аято подчинит её себе, не важно, сколько времени ему потребуется, он получит свое. Он и только он решает судьбу этой девушки, а значит, вампир вправе присвоить всё, что должно принадлежать ему!       - Покажи мне больше, - с упоением шепчет дьявол, углубляя поцелуй, делая ее жизнь мучительней и слаще.       Простая ли это привязанность или сильное чувство, возникшее между обоими в холодную летнюю ночь?