In 18-19-20

      Чонгук медленно целует чужие обнажённые ключицы, с каждым мгновением становясь всё ближе к бледной шее и оставляя на ней красноватый след. Он пошло улыбается, смотря на беззаботное и спящее лицо напротив, его руки скользят под одеяло и… — Чонгук-а, отстань, — вяло тянет Сокджин, убирая с себя чужие наглые ручонки, которые едва не залезли ему под трусы. — Не мешай мне, я сплю… — Ну-у, хён, — жалобно просит Гук и, не теряя времени впустую, устраивается на бёдрах старшего. — Давай поиграем? — Тебе не надо в универ? — ленивым голосом спрашивает шатен, желая поскорее избавиться от Чона. Парень мечтает снова попасть в столь сладкий сон и поэтому пытается сбросить с себя Гука, мешающего ему это сделать. Но тот лишь сильнее давит всем телом на Кима и крепче сжимает в ладонях чужие запястья. — Эй, а ну, слезь с меня! — Сначала поиграем, — нависая над недовольным Сокджином, томно проговаривает брюнет и несильно кусает ухо старшего. — К тому же сегодня воскресенье, мне и тебе никуда не надо. Так что…       Чонгук, хитро ухмыляясь, накрывает пухлые губы напротив своими и начинает посасывать нижнюю, местами кусая и слегка оттягивая её вниз.       А Джин не отвечает: лежит, как амёба, и даже глаза не закрывает. Ему безумно хочется спать, ибо вчера его начальник-тиран заставил до ночи писать ебучий отчёт, а в 4:30 позвонил и битый час ругал за какую-то фигню, которую Ким вовсе не делал… А тут ещё Чонгук со своим «давай поиграем», будто вчерашнего «давай в том кабинете, туда точно никто не зайдёт, отвечаю» ему не хватило. — Ты меня не хочешь? — немного отстранившись, спрашивает Чон, на лице которого вот-вот исчезнет былая игривость. — Хён, что с тобой? — Просто я очень устал, извини, — кратко кидает Сокджин и полностью зарывается в полосато-чёрном одеяле. Он не хочет ссориться, из-за чего и прячется, наивно думая, что Гук отстанет от него и через несколько минут всё же уйдет. Но нифига подобного, Чонгук не привык так быстро отступать. — Значит, устал, говоришь? — произносит младший и окидывает шатена лисьим взглядом. — Хорошо, тогда я сделаю всё сам.       Парень насильно стягивает с Кима штаны и боксеры, а затем, наклонившись вниз, обхватывает губами чужой беззащитный член и облизывает его, проходясь юрким язычком вдоль всего ствола.       Джин тут же вздрагивает, чувствует нарастающее возбуждение внутри живота, но всё-таки решает не поддаваться на провокации Чона и хочет скорее прекратить происходящее. Но вместо того, чтобы схватить Гука за футболку, старший случайно бьёт его по макушке, да так неудачно, что брюнет невольно заглатывает весь пенис и едва им не давится. — А-а-ах..! Ч-чонгук-а, п-прости, — с трудом выговаривает Сокджин, нехотя сделав себе приятно. Тем временем Чон, мысленно усмехнувшись над чужой оплошностью, начинает наращивать темп. Джин же не выдерживает и громко стонет. Усталость и плохое настроение парня вмиг исчезают, не оставив от себя и следа.       Шатен запускает свои тонкие длинные пальцы в угольно-чёрные волосы младшего и сам насаживает чужой шаловливый ротик на уже стоящий колом член.       Во взгляде Чонгука сплошной туман, его улыбка пошлее некуда, а руки зачем-то тянутся к карману шорт. Парень достаёт тюбик лубриканта и не жалея выдавливает смазку на свою ладонь, после чего намазывает её на возбуждённый половой орган Кима, руками делая движения вниз-вверх и видя нужную, даже слишком, реакцию. — Я всегда получаю то, что хочу, — смотря на потерпевшего полное поражение Сокджина, изрекает Гук и медленно насаживается. Он начинает двигаться и сладко постанывать, чем ещё сильнее возбуждает старшего. Из-за чего тот вдруг решает перехватить инициативу и через секунду оказывается уже над Чоном, а затем резко входит в чужой узкий анус. Действия старшего застают брюнета врасплох. Парень мгновенно округляет глаза и цепляется короткими ногтями за широкие мускулистые плечи напротив. Очередной мощный толчок, и из его уст вырывается рваный стон и громкое «Сокджин, ты грёбаный лжец!»       Но Ким этого не слышит, а лишь сильнее долбится в Чонгука, заставляя того выгибаться, словно настоящий гимнаст, и любуясь его чертовски красивым атлетичным телом. — Ты ведь тоже соврал, — загадочно улыбаясь, шепчет на ухо любимого Джин и продолжает. — Сегодня четверг, а не воскресенье...