Часодеи 7. Забытое прошлое

      «…Жар, вездесущий и неотъемлемый. Каждую клеточку тела как будто заживо сжигали. Нестерпимое жжение распространялось по телу. От него некуда было деться, языки пламени уже подступали все ближе. Лицо девушки снова опалило, крик застрял где-то в горле, мозг отказывался давать команды…»       Васильковые глаза резко распахнулись: в них читался страх и паника. Рыжеволосая сделал быстрое движение рукой, скидывая одеяло, но тут же скривилась от боли. Мышцы спины скрутило, казалось, что ломают позвоночник. Рука пульсировала, причиняя не меньший дискомфорт, но больше всего болела левая лопатка. Казалось, что именно в это место воткнули сто маленьких игл и разом надавили. Драгоций боялась больше пошевелиться и просто ждала, когда отступит боль. Постепенно ощущения притуплялись, правая рука медленно разжималась, отпуская простынь, и девушка смогла обвести комнату взглядом. Очнулась она в их с Фэшем спальне, рядом никого не было. Теперь же предстояло узнать, что причинило такую неимоверную вспышку боли. Первое, что выхватил взгляд, оказалось загипсованное плечо, а уже потом… крыло. Картина была поистине ужасной. Ближе к середине красовался порез доходящий чуть ли не до середины. Потом… самый кончик был отломан, а перед ним, как будто чем-то раздробленная перепонка. Василиса громко сглотнула, понимая, что если крылу не отмотали время, то это могло значить лишь одно.       Комната начала заполняться сначала ели различимым, но уже потом более отчетливым воем. Нервы не выдержали, из уголков глаз полились дорожки слез, иногда вой утихал до скулежа, но через несколько мгновений снова раздавался с большей силой.       Рыжеволосая не слышала, как из-за двери в скором времени начали раздаваться шаги, а потом отчетливые фразы и речь. — Вы все там осмотрели? — Да, они не успели замести следы, и можно теперь точно сказать, что это они. Теперь хоть знаем, где Златоключ. — Тихо! — разговор смолк, но через несколько секунд, — Василиса! — Фэш бросился в спальню. Он первый влетел, чуть ли не снеся с петель дверь. Девушка билась головой об подушку, хоть это казалось на первый взгляд не болезненным, но это было не так. Рука болела и приносила страдания, также, как и лопатка, что помогало заглушить моральную боль.       Драгоций подхватил ее на руки и притянул к себе. — Василиса, все будет хорошо. — Я не смогу летать, — слезы полились с большей силой, ведь для рыжеволосой полет был чем-то большим, — не смогу… — Все будет хорошо, — в спальню зашли все остальные, — выйдите, все! — Нортон Огнев посмотрел на Повелителя не терпящим возражений взглядом, — все! — но получил более мощный отпор голубых, как лед глаза. Парень медленно покачивался, стараясь успокоить свою жену. — Не смогу, никогда… НИКОГДА! — Василиса до крови прикусила губу. — Тише, тише, все будет в порядке. Ты сможешь летать. Я тебе обещаю, — последней вышла Николь и тихо прикрыла дверь. Фэш начал тихо напевать спокойную мелодию, — тебе нужно поспать, — девушка не возражала, медленно веки сами стали закрываться. Вскоре она уснула, но не спокойным сном. Парень аккуратно, снова уложил рыжеволосую на кровать, чуть-чуть укрыл одеялом и тихо вышел в коридор. Там стояли все и ждали его. — Как она? — обычно веселые карие глаза сестры теперь были тусклыми. — Заснула, но неспокойно. Астариус, есть ли какой-нибудь еще способ вернуть ее крылу изначальное состояние? — Мы все перепробовали, но нужно еще посмотреть в библиотеке, может быть, что-то да упустили, — Огнев попытался зайти в комнату, но его остановили. — Нет, она спит, и лучше не надо. — Я хочу увидеть свою дочь! — Мистер Огнев… — Может вы уже прекратите вести себя, как маленькие дети, оберегающие свою общую игрушку?! Вам сколько лет?! Других дел что ли нет? — Черной Королеве уже надоело это постоянное соперничество между этими двумя. — Я, конечно, все понимаю, но все же Василиса сможет с этим справиться и уже поверь мне, Нортон, ты не один кто беспокоиться о ее здоровье. Будь она всем безразлична, то этот коридор пустовал бы. И к твоему великому сожалению, теперь не ты решаешь ее судьбу, теперь Фэш за ней смотрит, смирись.       Огнев испепеляюще посмотрел на свою мать, но ничего не ответил. Все же, остальные молчаливо наблюдали, как двое Огневых и один Драгоций решали свои проблемы. Неожиданно, у Фэша созрел вопрос: — Почему у нее рука в гипсе? Никто не мог отмотать время? — ответом послужило коллективное молчание. — Диана, у тебя еще есть какие-нибудь укрепляющие настойки? — фея кивнула, это удовлетворило парня, — отлично. Миракл, будьте любезны начинайте готовиться к возвращению Ляхтича. Василиса не будет этим заниматься, это сделаю я. Диана, идем, — голубоглазый развернулся на сто восемьдесят градусов и захватил вместе с собой фею, удалился.

~~~

      Василиса спала. Теперь уже ей не снились кошмары. Все подсознание захватила спасительная тьма, сейчас не чувствовалось боли, отчаяния и безысходности. Просто пустота. И она наслаждалась этим, отбросив на время все тревоги и сомнения. «Василиса», — пустоту пронзил давно знакомый и родной голос. На губах появилась мимолетная улыбка. «Василиса», — голос Фэша развеял пустоту, а вместе с этим вернулась боль и осознание. — Василиса, — яркий дневной свет слепил глаза, девушка начала щуриться, пытаясь адаптироваться. — Держи, это поможет, — «Диана!» — мелькнула ослепительная, как молния, мысль. Фея держала в своих руках один из маленьких флакончиков. Драгоций сразу сообразила — из запасов Белой Королевы. Рыжеволосая потянулась за ним, и к своему удивлению не почувствовала боли в руке. Хотя непонимание тут же прошло и сменилось очередной вспышкой боли в крыле.       Спасительной жидкости хватило на три глотка, но сразу же по телу прокатилась волна тепла. Боль отступила, казалось, что все произошедшее было лишь плохим сном, но один взгляд за спину разрушил все иллюзии. — Спасибо, — голос прозвучал тихо и безжизненно, взгляд васильковых глаз потускнели и цвет радужки даже казалось изменился: стал более серым. — Василис, Родион Хардиус ищет способ вернуть твое крыло в нормальное состояние… — Он не сможет ничего найти, потому что все способы уже давно известны. Это безнадежно, проще уже сделать, то что хотела когда-то Мортинова — оторвать мне крылья, — Фэш сразу нахмурился и грозно посмотрел на супругу. — Василиса… — Диан, все нормально, обо мне не беспокойся. Иди, тебя, наверное, Ник уже заждался, — рыжеволосая все продолжала смотреть в одну точку на стене, не обращая внимание на злого, но молчавшего Фэша, грустную, и в то же время испуганную таким поведением подруги, Диану.       Фея поспешила ретироваться из комнаты пока не началась буря. Воздух во всем замке сгустился, а в некоторых местах даже начало пахнуть озоном. Все, кто еще оставались в строении, поспешили уйти через переходы.       Голубоглазый парень, не выдержав тишины, чуть ли буквально не рванул на себя девушку и посмотрел ей в глаза. Ледяной и безжизненный взгляды встретились. Крепкая хватка парня не давала уйти от намечавшегося разговора, но в тоже время не приходилось держаться самой. Василиса, не выдержав такого напора отвела взгляд в первые после ее официальной Коронации. Парень, не найдя ничего более лучшего наклонился к ее лицу, обдав кожу горячим дыханием. Это не вызвало никакой ответной реакции. Фэш решился на последний метод: его горячие губы накрыли мягкие и податливые — Василисины. Драгоций властно сминал их и в тоже время уже мягко и бережно придерживал девушку за одно плечо. Большой палец правой руки мягко гладил щеку, а все его нутро так и ждало от рыжеволосой ответа.       И вот как будто проснувшись, Василиса сначала несмело, а потом уже напористо ответила на жаркий поцелуй.