***
Члены Зодчего Круга сейчас находились в Серебряной Комнате, каждому из них на часолист примерно час назад пришло сообщение со стационарного инерционида Расколотого замка. Письмо гласило, что всем получившим немедленно следует явиться в замок. Конечно, многие тут же сорвались с мест и примчали в замок, но как оказалось Фэшиар Драгоций сам получил подобное письмо и находился в огромном недоумении от происходящего. Захарра окинула присутствующих грустным взглядом карих глаз. Черная и Белая Королевы стояли недалеко от них и тихо переговаривались. Миракл вместе с Нортоном находились возле спортивных матов. Астариус что-то обсуждал с Константином. Фэш же, как потревоженный, сидел за столом находящимся по середине комнаты, и быстро писал, но через несколько секунд он сминал лист и кидал в камин. Орден Дружбы сочувственно наблюдал за ним, понимая, что парень хочет исправить сложившуюся ситуацию, но к сожалению никто из ребят не хотел ему помогать. Взгляд девушки переместился от брата к двум мужчинам. Те стояли и о чем-то рьяно спорили. В какой-то момент Нортон разозлился и скинув пиджак зашел на маты и тут же на стенах появились различные виды оружия. Миракл хмыкнув, проследовал за ним, но их обоих прервал крик: — Папа! — в Комнату вошло еще трое. Русоволосая девушка стояла с грозным видом и смотрела на светловолосого, — прекратите! — Николь, — со вздохом произнес Огнев, но уже давно выбранную времму опустил. — Дети, — фыркнула Черная Королева, но к этому времени Николь уже подбежала ко всему Ордену Дружбы и крепко заключила их в объятия. Ребята не остались в долгу и тоже обняли ее в ответ. Норт и Дейла спокойно подошли к компании. Они все еще не могли свыкнуться с мыслью, что стоящие перед ними люди не враги им. — Рады Вас видеть, что все значит это сообщение? — Норт окинув присутствующих взглядом. — Это Василиса. После трехнедельного добровольного заключения у себя в комнате, она решила вдруг неожиданно всех собрать здесь, — Маар невесело улыбнулся, пытаясь все как обычно перевести в шутку. — О чем ты? — Дейла прищурила свои серо-зеленые глаза. — Странно что вы не узнали об этом от Нортона. Василиса поругалась в Фэшем, точнее она обиделась на него крепко и вот, что вышло. — Добрый день, — появилась Василиса. Фэш тут же дернулся и уставился на девушку, казалось, что его взгляд отображал все печали этого мира, — садитесь, чем раньше начнем, тем раньше закончим, — рыжеволосая была в обычной остальской одежде и даже этот серый свитер никак не портил ее внешний вид. Старшая Огнева скрипнула от досады зубами, Норт лишь кивнул сестре, а Николь сочувствующе улыбнулась. Ясный взгляд васильковых глаз обвел всех и лишь на долю мгновения задержался на Драгоцие, а тот все еще пытался задержать этот образ у себя в памяти. Небрежный пучок рыжих волос, вязанный свитер, джинсы, и немного бледное лицо, — я думаю, что многие знают, что это такое. В крайнем случае, сейчас узнаете, — девушка вынула из кармана небольшое устройство, которое немного позже оказалось на столе. Все уже сидели тогда на своих местах и поэтому по недоуменному взгляду многих Огнева поняла о их осведомленности, — Маар, нажми на кнопочку, — парень на удивление быстро с ориентировался. Недавно наэференный диктофон тут же начал воспроизводить запись: « — Что тебе надо? — Я пришла просить о помощи… услуге, называй как хочешь» — многие тут же напряглись. Нортон гневно сжал руки, его сын с дочерью в испуге переглянулись. Кто-то из Ордена произнес: «Змеюка!» Голос Елены еще на протяжении нескольких минут, что-то говорил, но Фэш не слушал. Его голову занимали совершенно другие мысли. Парень все никак не мог осилить себя и поднять взгляд. Он боялся снова увидеть этот холод… осознанно понимал, что может не простить… боялся снова сделать больно… Но все же он смог поднять глаза и тут же встретился с таким пленяющим взглядом васильковых глаз. Крики, обсуждения, и переговоры присутствующих сразу отошли на задний план, Драгоций не мог оторваться так же как и она. Они продолжали смотреть друг на друга. «Прости», — мысленно сказал он, не рассчитывая на ответ, которого так и не последовало. Казалось, что сейчас существуют только они одни, но неожиданно их прервали: — Молодые люди, прошу прощения, но Василиса, не забудь про завтрашний день, — Миракл прищурившись посмотрел на обоих и скрылся за дверью Комнаты. И как будто очнувшись, девушка молниеносно оглядевшись по сторонам, бросилась за зодчим, но ее остановил возглас Фэша: — Василиса, стой! — и девушка замерла у самого выхода, — нам нужно поговорить. — Я… мы… поговорим позже, — быстро произнесла она и скрылась за дверью, парень было кинулся за ней, но рыжеволосая уже исчезла. «Поговорим позже» — эти слова, как птица теперь бились в голове парня.***
Сумерки. Коридоры замка стали темнее, теперь от любого маленького лучика света образовывались странные тени, но это его не смущало. Вот уже который раз за эти несколько недель он проделывает этот путь? Гость уже и сам не помнил, но вот перед ним предстала все такая же закрытая дверь в Зеленую Комнату. Он аккуратно нажимает на ручку с призраком слабой надежды, что вот, сегодня эта тонкая, но такая крепкая преграда откроется и какого же было его удивление, когда она открылась. Легкая улыбка появилась на губах, но первая победа не значит выигрыш в войне. Парень осторожно проходит внутрь комнаты и закрывает за собой дверь. Она сидела на подоконнике и смотрела в окно, казалось, что она не услышала или сделала вид. «Позже поговорим», — эти два слова снова застучали об виски. Сердце тоже начало отбивать бешеный ритм и казалось, что вот, еще чуть-чуть и пробьет грудную клетку. Один робкий и осторожный шаг, девушка все продолжала любоваться пейзажами осени. Еще один, уже не такой робкий. С каждым разом он все ближе подходил и все ближе становился к своей цели. И вот все… расстояние между ними сократилось до минимума. Он осторожно прикасается к ее плечу, она дернулась как от разряда. Ее васильковые глаза полные грусти, печали и на самой глубине счастьем уставились в его голубые, страдающие и виноватые. Тишина… они не прерывают ее, понимая друг друга без слов. Осторожное касание подушечкой большого пальца ее щеки. Она тоже осмелев протягивает ладонь и трогает его небритое лицо. Щетина немного колит руки, но это даже приятно, ладонь полностью ложится на щеку. Парень осторожно наклоняется к ней, в его мозгу одно единственное желание — поцелуй. Его губы замирают буквально в миллиметрах от ее. Горячее дыхание опаляет обоих, но каждый медлит, боится потерять, упустить этот момент. Она не выдерживает и касается первая, его плечи сразу расслабились и он углубляет поцелуй. Девушка забыв обо всем на свете выпускает кружку из второй руки дабы зарыться в его волосы, но горячая жидкость обжигает обоих. Сквозь поцелуй раздается обоюдное шипение. Тишину замка ничего не нарушает. Кажется, что он заброшен, стоит такой же каким его нашли, ни в каком окне не горит свет, но если перенестись в одну из башен можно услышать вздохи, тихое шуршание материи, потом же это все прерывается на несколько секунд, но все эти звуки можно было вписать в тишину, потому что по-другому нельзя. Они не знали, смогли ли добиться прощения или простить, сейчас это было не важно, да и к тому же где-то там глубоко внутри понимали, что все в прошлом, а жить нужно настоящим.