Лучшие Друзья. Том 1: Тьма их сердец

Часть II: Тьма их сердец

Сломанный ключ

«Я вижу его, идущего сквозь огонь, ступающего по пеплу костей. В глазах огонь, в правой руке меч, сотканный из крови, а в левой руке пламя. Демон, порожденный водоворотом огня, ярости, ненависти и предательства. Он разорвёт эту реальность на части в стремлении заглушить ту пустоту и боль, что рвёт его душу на части, но обретёт еще большую боль и тогда он ринется в иные миры. Уничтожать и осквернять…. Вот единственна цель, достойная его боли, его существования» Учиха - клан ненавистный всему миру… Их боялся весь мир, ими пугали детей, они - проклятый клан, но все эти страхи были косвенными, неявными. Но можно лишь поразиться тому, как какие-то жалкие пять лет могут заставить людей бежать в панике, лишь услышав это столь мелодичное имя… Учиха. С второстепенными опасениями было покончено, остались лишь прямые - единственный оставшийся представитель этого проклятого клана, воплотил в себе все страхи этого мира. Он жёг и убивал, сеял хаос и проклинал всё существующее и не желал останавливаться Он стоял возле монумента, возведенного посреди реки, одна его рука лежала на безупречно-гладком монументе, а другая держала маленького мальчика на руках. Его глаза были закрыты, а на лице застыла сосредоточенность. Мальчик на его руках удивленно мотал из стороны в сторону своей маленькой головкой с черными, как вороново крыло волосами и, наконец, его внимание сосредоточилось на черных волосах отца. Не удержавшись, он протянул свою ручку и схватил его за один из свисавших до плеч локонов, но тут же отпустил, когда увидел, как отец вздрогнул и повернул к нему своё строгое лицо. Годы его мало изменили: лицо его слегка обветрилось и стало грубее, и с него исчезла инфантильность и экспрессивность, волосы его росли в беспорядочном направлении и возле висков свисали до плеч, а в глазах горел Шаринган. На нём был одето белое кимоно, подпоясанное таким же белым поясом, а к нему были приторочены такие же белые, как и пояс, ножны с Кусанаги. - Итачи… - тяжело вздохнул Учиха Саске, – Сколько раз я тебе говорил так не делать? – строго сказал Учиха и, посмотрев вправо, обнаружил мать ребенка: – Амика... забери его! Возвращайтесь домой, чтобы к вечеру всё было готово! Я не хочу снова прийти домой и обнаружить, что ты забыла приготовить ужин! – так же строго сказал Саске брюнетке, небрежно передавая ей ребёнка. Молодая девушка поклонилась и, прижав к себе дитя, бегом понеслась в сторону деревни. - Я вижу, ты всё так же не умеешь обращаться с женщинами, Саске-кун, – раздался насмешливый голос за спиной у Учихи. – Неужели тебе так противно всё, что связано с ним? - Плевать я на него хотел, – ответил Учиха, не оборачиваясь к собеседнику. – Она родит мне ещё двух наследников клана. - О да, – сзади послышался легкий смешок собеседника. – Великий Учиха Саске, демон Водоворота, как всегда оправдывает свою репутацию жесткого и бессердечного садиста. - Тебе ли меня упрекать в садизме, Кабуто? – лицо Учихи исказила кривая усмешка, когда он услышал свою лестную характеристику. – Зачем ты вылечил его рану? Зачем не дал умереть? Зачем лишил его ног? Не ради ли садизма? - Зачем говоришь? Даже не знаю, может, ты и прав, Саске-кун, и это было лишь моим сиюминутным желанием, – задумчиво ответил Кабуто. - О нет, может, ты и не знаешь, но я более чем уверен в одном, – повернулся к собеседнику Учиха. – Ты - садист. Только садист спасёт жизнь своему врагу, чтобы наблюдать за тем, как он будет медленно мучиться от ран, которые не может залечить. Только садист станет носить ему еду. Только садист будет мучить свою жертву, сообщая ему каждый день новости из внешнего мира. **** Пятеро людей стояли перед входом в пещеру. Никто не решался сделать еще хоть один шаг по направлению к зияющей темноте пещеры. Каждого останавливало какое-то своё чувство. После стольких лет борьбы с превосходящим противником они, наконец-то, смогли найти ключ ко всем дверям, что стояли у них на пути. Но все по своим причинам боялись этого ключа. - Я чую ваше присутствие! – донёсся охрипший голос из глубины тёмной пещеры, заставив стоящих перед входом в пещеру шиноби вздрогнуть от неожиданности и переглянуться. Поколебавшись ещё немного, они один за другим вошли в пещеру и их поглотила темнота пещеры. Идти им пришлось недолго, примерно через полминуты они вышли в небольшую залу. Она было слабо освещена парой больших свечей, которые торчали прямо из камней. Пещера больше напоминала тюрьму без решётки: тёмная, отталкивающая, не ухоженная, а в воздухе витала вонь, будто люди сюда в течение нескольких поколений свозили отходы. Повсюду были видны корзины со съеденной, сгнившей и еще не доеденной едой, все они аккуратно были расставлены возле большого, плоского камня, на котором сидел человек, сложив ноги в позе лотоса и уперев руки в колени. Его голова, со свалявшимися и засаленными волосами, некогда бывшими цвета солнца теперь напоминала растрескавшееся под солнцепёком сено. Он был худ, даже слишком худ, в руках еще была видна прежняя сила, но её вряд ли хватит теперь, даже чтобы поднять меч, с ногами всё обстояло намного хуже. Было видно, что уже на протяжении нескольких лет человек не пользовался своими ногами, а так и сидел на камне. Этот скелет, обтянутый кожей, был одет в темные одежды, поверх которых был накинут черный плащ с огненной каймой и спиралью водоворота на спине. - Наруто? – неуверенно спросила женщина, что стояла посередине. - Да-а, я чую вас, – снова раздался этот хриплый голос, а за ним последовало шумное втягивание воздуха. – От вас так и смердит предательством. - Наруто, это ты? – послышался мягкий голос мужчины, стоявшего вторым справа. Он был одет в красные одежды, по цвету совпадающие с его волосами, за спиной у него висел большой сосуд. За пять лет он подрос и теперь был выше всех присутствующих чуть ли не на голову, с каждым годом он все больше становился похожим на своего отца, только остались тени под глазами. - Мы здесь, чтобы тебе помочь, друг, – снова сказал Гаара. - Друг… Помочь… – повторил блондин слова Гаары. – Разве друзья так поступают? Разве бросают друзей в трудную минуту? Не смей назвать себя чьим-либо другом, если лишь требуешь и никогда ничего не даешь взамен! - Оставьте его, он нам явно не поможет, и мы ему не поможем, ведь он сам не хочет себе помочь, – послышался смягчившийся со временем голос Райкаге, которого годы никак не изменили, лишь борода отросла чуть больше. - Ахаха… кхе, кхе, – расхохотался хриплым, переходящим в кашель, голосом блондин. – Помогать вам? Предателям и подлецам? Неужто ты, Райкаге, всё же не смог совладать с тем, что сам породил? - Что ты мелешь?! – резко, как в былые времена, вскипел Эй. - О, ты прекрасно знаешь, о чём я говорю, – всё тем же голосом произнёс блондин, подняв голову. Не все сразу узнали его: лицо было иссушено и бледно от того, что долго не видело солнца, кожа на лице буквально обтягивала череп. Он смотрел вперед, не сводя взгляда с одной точки, и все почти сразу поняли, что он слеп. - Я многое теперь знаю, ведь многое слышал, – говорил Наруто, не сводя взгляда с одной точки. – Ты постарался на славу. Ведь это именно ты подговорил Учиху сделать переворот в Карю, надеясь, что он станет твоей послушной марионеткой… - он сделал паузу, чтобы отдышаться, а все Каге посмотрели на Эйя с нескрываемым подозрением. – Но вот незадача… У марионетки оказались иные планы, и все деньги, вся рабочая сила и свитки с бесценной информацией пошли на реализацию совершенно иных целей, не так ли, Райкаге? О да, герой, слишком долго соображавший, куда делись его послы из Карю? Он соображал так долго, что не заметил, как потерял деревню, и ему пришлось бежать в Аме! Он сумел собрать все пять стран под своим началом, дабы дать отпор превосходящему противнику, но на самом деле всё это делается ради того, чтобы потешить своё уязвлённое самолюбие и амбиции. - Не смей клеветать на меня, сопляк! – взревел, как раненый носорог, Эй и, схватив за горло Узумаки, с удивительной легкостью поднял его в воздух, но тот даже не сопротивлялся, на его лице была лишь безумная ухмылка. - Ну же… убей меня… не тяни, – с ещё большей хриплостью в голосе сказал Наруто, глаза его по-прежнему смотрели куда-то сквозь пространство, но Эйю казалось, что он видит его насквозь. Он сдавил своей рукой горло блондина, так как больше не мог смотреть в эти глаза, в следующий момент его руку сдавил другой шиноби, это оказался Каге Тумана. Райкаге скосил в его сторону взгляд, фыркнув, выпустил из смертельной хватки Наруто, который упал бы на землю, так как не чувствовал ног, если бы его с одной стороны не подхватил Мизукаге, а с другой Хокаге, которая стала водить рукой, окутанной зелёной чакрой. За прошедшие пять лет Цунаде никак не изменилась. - Возможно, вы, меня не помните, но я Ао… - начал было Мизукаге, но Наруто его прервал. - Ао, охранник Теруми Мэй, не сумевший исполнить свой долг, дал умереть своей госпоже, сам получив лишь легкое ранение в голову, – грубо сказал блондин, заставив Ао отшатнуться, вспомнив ту ночь. Хокаге продолжала осматривать тело Наруто, и с каждой секундой выражение на её лице менялось с хмурого на всё более и более удивлённое. Диагноз был почти несовместим с жизнью: крайнее истощение организма, почти уничтоженная система циркуляции чакры, раздроблен пятнадцатый спинной позвонок, и ушиб затылочной части головы, приведший к слепоте. - Тебе срочно нужна медицинская помощь, Наруто, – строго сказала Цунаде и положила руку на его тощее плечо. - Не прикасайся ко мне! – неожиданно вскричал Узумаки, заставив Цунаде отшатнуться так же, как и Ао ранее. – Вы все предатели, лицемеры и эгоисты, от вас смердит страхом, и вы считаете, что если вы поможете тому, кого предали, то он с радостью кинется в ваши объятия? Не бывать этому. Просто… дайте мне уже… умереть, – шёпотом закончил Наруто и снова, закрыв глаза, опустил голову. Каге переглянулись и один за другим вышли из пещеры, лишь Цучикаге задержался. Это был мужчина средних лет, крепкого телосложения, с чёрными волосами и не менее чёрной , аккуратно подстриженной бородой. Всё это великолепие украшал большой, наподобие картошки, нос. Он был одет в красные одежды с коричневым жилетом, а на голове у него была красная бандана с протектором. - Завтра я пришлю к тебе людей, и они перенесут тебя в более подобающее место, где о тебе позаботятся, – тихо сказал он и, не дождавшись от блондина ответа, развернулся и ушёл. Снаружи уже разгорелся спор. - Чёртов сопляк, возомнил себя кем-то сверхъестественным, король навозной кучи, вот кто он! – словно змея шипел Эй. - Заткнись, Райкаге, ты здесь явно не ангел, а его я могу понять, – послышался голос Цучикаге из темноты, а затем появился и он сам, - ему столько пришлось пережить, что я даже удивляюсь, что он себя ещё хоть как-то сдерживал в разговоре с нами. - Тебя там не унижали, Кицучи! – рявкнул на Цучикаге Эй. - Хочешь сказать, что это была неправда?! – в ответ повысил голос Кицучи. – Ты всё это время строил планы за нашими спинами! Игрался с нами а, спрашивается зачем? Чтобы потом поступить с нами так же, как его друзья поступили с ним, предашь нас? – угрожающе нахмурившись и тыча в сторону пещеры, спрашивал Цучикаге. - Ива тоже повинна во многих грехах! – продолжал спорить Райкаге. – Напомни-ка мне, не ты ли возглавлял нападение на обсерваторию, чтобы не дать Карю узнать дату вторжения. - Я выполнял тогда приказ своего Каге, а приказ есть приказ! - Хватит лаяться! – неожиданно вмешалась Цунаде, топнув так, что земля заходила ходуном. - Раз никто из нас не может довериться Райкаге, то предлагаю назначить нового главнокомандующего, – тихо предложил Гаара, и все, кроме Райкаге, закивали в знак одобрения. - Пф! И кто же сможет повести за собой армию? Может, ты, Цунаде? Да кто будет слушаться женщину? – раздражённо фыркнул Эй. – Или может ты Ао? Так у тебя никакого опыта нет! Или ты, Кицучи? - Нет, – ответил Кицучи. – Я знаю, что к моей деревне нет доверия, и со временем я это исправлю. Я предлагаю выдвинуть на пост главнокомандующего Кадзекаге. - Его? – рассмеялся Райкаге, стараясь из последних сил удержать влияние – Да у него боевого опыта меньше чем у Ао! - К вашему сведению, Райкаге, – неожиданно поддержал Кицучи Ао, - Гаара-сан успешно удерживал свою деревню до тех пор, пока не подоспели объединенные силы, и ему, возможно, не пришлось бы покинуть деревню, чтобы укрыться в Амегакуре, если бы вы уважаемый Райкаге не убедили его в этом, так что я полностью поддерживаю его кандидатуру. - Что ж пусть будет по вашему, но мы ещё поглядим, когда вы приползёте ко мне на коленях, просить принять прежний пост! – грозно кинул Райкаге и, развернувшись на месте, скрылся в ветвях ближайшего дерева. - Благодарю всех за поддержку. Я клянусь, что не разочарую вас, – поклонился Гаара. – Я считаю, что нужно позаботиться о Наруто, даже если он того и не хочет. - Об этом можешь не волноваться. Я его уже предупредил, что завтра пришлю к нему людей, которые доставят его безопасное место, – сказал Кицучи, повернув голову к Гааре, тот благодарно кивнул и все скрылись в ветвях. **** - Кто здесь? – послышался хриплый голос Наруто из кромешной темноты. Свечи уже догорели и он смог ненадолго провалиться в спасительное беспамятство, но был выдернут из него, почувствовав знакомый запах. – Это снова ты, стервятник? Ты снова пришёл меня мучить? - Нет, мальчик-Наруто, я здесь, чтобы помочь тебе, – послышался повзрослевший, но до боли знакомый голос, - чтобы помочь тебе отомстить. **** «- Да… Наверное ты прав, – сказал брюнет, отрывая взгляд от своих рук. - Ты ведь останешься со мной до самого конца? – как-то по детски спросил Наруто и повернулся к брюнету спиной – Мы ведь друзья. - Да Наруто, – ответил он, положив руку ему на левое плечо. - Мы, – на солнце блеснула сталь, – лучшие друзья! – взревел Учиха, по самую рукоять, всадив меч в спину друга. - Са…Са-ске? – прохрипел Узумаки, непонимающе глядя на лезвие меча, выходившего из его груди. Учиха выдернул катану из спины Наруто и тот, сделав пару шагов вперёд, чуть покачнулся, но удержался и покачиваясь развернулся, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Саске с разворота бьёт его ногой. Удар пришёлся по лицу и блондин, закружившись в воздухе, рухнул на землю, больше не в состоянии пошевелиться». Учиха вздрогнул и открыл глаза. Этот сон снился ему последнее время слишком часто. Он выпрямился в кресле, в кабинете, который когда-то занимал Наруто стоял мрак. Саске окинул взглядом помещение, с тех пор как Наруто покинул это помещение, он почти ничего тут не менял. Всё те же стулья вдоль левой стены, тот же стол, справа, во всю длину стены, стоял книжный шкаф с разнообразной литературой от художественной до экономики и правоведения. Единственное, что добавил Учиха, это плотные шторы, которые даже днём образовывали в кабинете полумрак и ещё он повесил над дверью Юяку. Да, тот самый меч, который был у Наруто и в котором ещё до сих пор был запечатан Курама. Катана была запечатана в стеклянный, прямоугольный сосуд, на котором для верности поставили несколько сдерживающих печатей, и теперь она всегда была у Учихи перед глазами. «Да, с того дня уже много воды утекло», - подумал Учиха и вновь погрузился в воспоминания. Тот день стал словно точкой отсчёта или будет вернее сказать временной вехой, так как буквально с того момента наступила новая эра мира шиноби. В тот день в Карю пролилось много крови всех несогласных и мужчин и женщин вытаскивали из домов и постелей на улицы и заставляли признать Саске новым Карюкаге, всех несогласных убивали прямо там, а особо ретивых и тех, кто давал отпор убивали с особой жестокостью на глазах у всех. Да, он стал править террором и ужасом, одним из первых его указов это был указ о наращивании военного потенциала. Он приглашал нукенинов со всего мира сражаться за него, за плату и амнистию и многие откликнулись. Учиха смог сколотить армию в десять тысяч шиноби он стал отправлять карательные экспедиции во все окрестные города и сёла, сгоняя ремесленников и их семьи в деревню, которые должны были там работать за гроши и пищу, снаряжая всё новые карательные экспедиции. В скором времени Карю разросся до города, стены и барьер не стали убирать, и по приказу Учихи и совету Кабуто была возведена ещё одна стена вокруг города, который по своим размерам в несколько раз стал превышать саму деревню. Основа Карю, та деревня, которой её запомнили многие, стала именоваться цитаделью и по совместительству новым оплотом клана Учиха. На территории которого, проживали лишь самые доверенные люди Саске, те, что добровольно согласились на него работать. Так же там располагались казармы его элитных войск и тех, кого Саске отдал Кабуто для его экспериментов. Многие стали бояться одного лишь упоминания его имени, и вскоре Карю совершил дерзкий ход, напав на войска Дайме страны огня прямо во дворце Дайме. Картина пляшущего черного пламени и диких криков, сгоравших внутри людей, до сих пор стояла перед его глазами. Тогда он лично повел карательную армию на дворец Дайме. Войска Конохи прибыли слишком поздно, не было уже ни огня, ни солдат одни лишь угли, руины и трупы. С того дня его стали не просто бояться, перед ним стали дрожать, а завидев на горизонте людей со знамёнами Карю, целые селения бежали, оставляя позади всё, что было нажито непосильным трудом. И вот настал день, когда он, наконец, предстал перед стенами, столь ненавистной ему деревни. Коноха была олицетворением всего того, что он ненавидел. Он ненавидел всё за этими высокими стенами: дома, дворы, улицы, переулки, тропинки, полигоны, людей, животных, насекомых, всё! Он помнит, как лишь повернулся к своей многотысячной армии и безразличным голосом бросил своим командирам: «Сравнять её с землёй». Тогда он убил многих людей своими руками, многих он не знал, но он точно помнил, как зарезал нескольких «друзей» своими руками, он помнил, как потом оттирал их кровь со своей формы и шёл дальше. Он убил много людей в тот день, но всё же слишком многим он дал уйти. Потом последовал год передышки, в течение которого он осваивал новые территории, собирал новых союзников, многие из его новых подчинённых оказались шиноби Аме, бежавшие от совместной атаки трёх деревень, которые совершили набег на ничего не подозревавших шиноби в попытке избавиться от потенциальных союзников Учихи. Но этим лишь спровоцировали ещё три тысячи шиноби присоединиться к его армии. Следующим в его списке оказался Кири в уничтожении этой деревни Учиха непосредственно не участвовал, оставив эту кровавую операцию Кабуто и его призванным, с помощью Эдо Тэнсей, марионеткам (п.а. у меня Кабуто будет не в состоянии призвать из мёртвых Каге и Мадару, а то ему слишком жирно будет), а сам отправился в Суну, решив оставить Райкаге с напрасными надеждами на то, что он ещё верен их устному договору. Но именно тогда он просчитался. Суна оказалась куда лучше подготовленной к его нападению, в тот день Гаара заставил их умыться их собственной кровью. Волна за волной шли шиноби Карю в атаку, но всё оказывалось напрасным, сама пустыня помогала Суне выстоять, поднимая мощные песчаные бури. Гаара… этот выродок, одумавшийся маньяк, отражал каждую попытку Саске сокрушить его армию, его песок метался по всему полю битвы, оставляя за собой кровавые шлейфы. Он чётко помнил, как несколько раз пытался сжечь войска противника с помощью Аматерасу, но каждый раз песок вставал на их защиту, а потом Кадзекаге сбрасывал горящий песок на солдат Учихи, и те вспыхивали словно солома. Но Гаара был не вечен и, в конце концов, его стала одолевать усталость, и войска Саске ринулись на укрепления Суны с новой силой. Когда победа , казалось, была уже близка, он получил страшный удар. Объединенные армии Кумо, Кири, Конохи и Ивы подоспели на помощь Суне, и Учихе пришлось сражаться на два фронта и тогда, впервые, его войска дрогнули, их зажимали в кольцо и, если бы не подоспевший, в конце концов, Кабуто, они, может, и не смогли бы вырваться из той смертельной петли. Тогда ему пришлось отступить к Карю, поскольку его без остановки гнали войска противника. Но у стен Карю история повернулась вспять, и он смог прогнать войска противника от стен своего города. Тогда он потерял девять тысяч человек, ровно половину своей армии и ещё два года зализывал раны в Карю. Тем самым он дал противнику достаточно времени, чтобы возвести мощные стены и иные укрепления вокруг Амегакуре. Он сам видел те стены, высотою в пару десятков метров, укрепленные многочисленными техниками, так, что пробить их стало невозможно и единственным вариантом оставалось взять их штурмом, но на это ему не хватало военного потенциала. С тех пор и наступило затишье, он не может окончательно уничтожить своих врагов, а они не могут уничтожить его, обе крепости непреступны, а мир оказался поделён на две части. Вот уже год с лишним, как он ищет то, что поможет ему покорить его врагов, но что же может это быть? Зецу исчез, словно сквозь землю провалился, а других вариантов он больше не видел. Учиха вновь открыл глаза. В кабинете уже царил кромешный мрак, лишь меч над дверью светился мягким красным светом. «Снова Кьюби пытается выбраться…» - подумал Саске, глядя на безуспешные попытки биджу выбраться из своей новой тюрьмы. Тут его осенило, ведь он ещё может попытаться отыскать запечатанных в Гедо Мазо биджу, и тогда у него появится та сила, которая поможет ему расправиться с ненавистным альянсом, как они стали себя называть. - Кабуто, – тихо позвал он и из угла, находившегося возле двери, послышалось лёгкое шипение, которое стихло через мгновение, а через ещё несколько минут послышался лёгкий стук в дверь. - Твой маленький посыльный сказал, что ты звал меня Саске-кун, – раздался мелодичный голос нукенина от двери. - Когда ты собираешься навестить нашего друга? – тихо спросил Учиха, сверля Кабуто Вечным Мангекё Шаринганом. - Если желаешь, присоединиться, то я, пожалуй, договорюсь о переносе нашей встречи на сегодня – усмехнувшись, ответил Кабуто. – Приходи через час ко вторым воротам. **** - Ты держишь его здесь? – с некоторым презрением в голосе поинтересовался Саске, проверяя, легко ли выходит Кусанаги из ножен. - Да, мне показалось, что руины Конохи подходят для этого как нельзя лучше – всё с той же жуткой улыбкой на лице, сказал Кабуто. - И ты, разумеется, не забыл ему об этом сообщить, - саркастически бросил ему Саске. - Конечно, - ещё шире улыбаясь, ответил Кабуто. - Вы двое проверьте путь, – после недолго молчания, приказал Саске своим подчиненным, на что Кабуто лишь покачал головой. - Я сомневаюсь, что в его нынешнем состоянии он сможет оказать сопротивление хотя бы мухе, так что это лишняя предосторожность. - Предосторожность никогда не бывает лишней – лишь ответил Саске и, услышав крик «чисто» из глубины пещеры вошёл внутрь. Внутри было всё так же, как и тогда, когда Наруто навещали пять Каге. Так же тихо, темно и стоял такой же смрад. Стоило Саске войти внутрь, как блондин, сидевший на камне, с трудом поднял голову и, невидящим взором, уставился на Учиху. - Са-а-аске, – растянул его имя Наруто, будто обращался к родному человеку и был поистине рад его видеть, его лицо исказила безумная улыбка. – Как же я рад, что ты пришёл. - Наруто, – с нескрываемым отвращением сказал Саске и, ничего не опасаясь, подошёл к блондину. – Скажи мне всё, что ты знаешь о биджу и где они могут находиться. - И что же я получу взамен? – всё с той же улыбкой спросил Узумаки, и с совершенным безразличием ощутил, как к его горлу приставили что-то холодное и острое. - То, о чём мечтаешь уже давно, – прошипел Учиха, наклонившись к самому уху блондина, - смерть. - Заманчивое предложение, – ответил блондин, таким же шёпотом, - но нет, перебьюсь. Учиха убрал меч от горла Наруто и, ухмыльнувшись, наотмашь ударил его по лицу, от чего тот просто исчез в дымке, а перед глазами Учихи загорелась небольшая бумажка, испещрённая различными символами. **** - Ну что же, будем надеяться, что Саске понравился наш небольшой подарочек, как думаешь мальчик-Наруто? – спросил шиноби в чёрном плаще, поправляя легкого, как пёрышко, блондина у себя на спине. - Саске? – вяло спросил он. Его голова лежала на плече шиноби, а на лице застыло полное безразличие ко всему окружающему. - О да, многое бы я отдал, чтобы увидеть его лицо в этот момент. - Где мы? - А ты не узнаешь? – вопросом на вопрос ответил шиноби и сделал еще пару шагов, которые гулким эхом разнеслись по коридору, и Наруто услышал, как разом загорелась несколько факелов, а в нос ударил знакомый запах. - Это же… - поражённо начал он, оторвав голову от плеча шиноби, и посмотрел вперёд, будто пытаясь, что-то разглядеть. - Да и, кажется, я нашёл тут то, что сможет тебе помочь.