I Can Go All Night

Кастиэля особо не удивило, что после встречи с Дином спал он дерьмово. Сложно хоть как-то отдохнуть, когда твои мысли носятся, как бешеная газонокосилка. Черт побери. Он на самом деле сказал Дину, что оставил душ включенным? Одно это заставило его вертеться на простынях целый час, снова и снова проигрывая в голове этот нелепый разговор, вспоминая удивленную улыбку Дина, в ответ на его странное оправдание. Ну, это собственно и мучило его больше всего. Дин увидел его идиотом класса А. А если нет, то мужчина просто слеп. Кастиэль был таким нелепым. А потом… он перепрыгнул все остальное. Сбежал, пробормотав какое-то идиотское оправдание. И почти наперекор всему этому… Дин… поцеловал его. Это проходило через его голову, как горячий нож, оставляя его возбужденным и еще более глупым. Ну зачем он это сделал? Кастиэль был никем для Дина. Не по-настоящему. Он даже не был издателем. Он был вруном. Мошенником. Незнакомцем для Дина. Но этот поцелуй был таким милым и нежным. Добрым. Кас совсем не заслужил такого. Совершенно. Почему Дин это сделал? Измученный, он наконец перестал пытаться понять все это где-то в час ночи. После еще нескольких неспокойных часов сна, он скатился с кровати, чувствуя похмелье, несмотря на то, что даже не допил вчера свой единственный стакан. Сегодня еще только четверг. А значит еще четыре дня перед его — Бальтазара — автографами. Осталось еще четыре дня притворства. Еще четыре дня с Дином. К своему ужасу — и восторгу — он обнаружил сообщение от Дина, приглашавшего его в магазин для подготовки к понедельнику. Никаких комментариев про его спешный побег. Или про поцелуй. Просто легкое, хоть и дружеское, замечание. Кастиэль захныкал себе под нос, желая отказаться. Он не мог снова встретиться с Дином. Ну вот как? Он был таким нелепым. Но… Дин действительно поцеловал его. Не случайно наткнулся. Или споткнулся. И точно был в здравом уме. Самый настоящий поцелуй. Может, это было не больше, чем чмок в щеку, но намного интимнее, чем ожидал Кастиэль. К тому же сам Дин? Будто вышел из личного мокрого сна Кастиэля. Был одет в еще более облегающий наряд, чем в прошлый день, рукава закатаны до локтей, воротник расстегнут. Негодяй. Кас правда не хотел анализировать их встречу, в итоге, он скорее всего разочаруется, но, только если он не хочет назвать себя слепым, или глупым, было ясно, что Дин заинтересован в нем. Он даже отметил, что предпочитает Кастиэля Бальтазару. Ну, предпочитает Габриэля. Ладно, это глупо — такое помнить. И снова то же облако, что появилось, когда он проснулся, зависло вокруг его головы. Кастиэль вздохнул, глядя на свой небритый подбородок и растрепанные волосы в отражении зеркала в ванной. Как он, черт возьми, умудрился настолько все испортить? Если бы он только представился собой, как нормальный человек. Просто сказал, кто он. Вместо того чтобы врать, и снова врать, а потом опять врать. И теперь Дин заинтересован в нем. В мошеннике. Он не мог так продолжать. Не на этой стадии. Либо он что-нибудь забудет, либо просто проговорится в чем-то, что раскроет, кто он на самом деле. Но… Кастиэлю очень этого не хотелось. Ему нравился Дин. По-настоящему. И он совершенно не хотел обидеть мужчину. А если он расскажет правду, то так и будет. А значит, из этой ситуации нет красивого выхода. Может быть, если он явится выглядя жалким, уставшим и убитым, Дин потеряет свой интерес к нему? Ну, интерес к Габриэлю. Которым он и был. Вроде того. Чем дольше все это продолжалось, тем сложнее становилось. Кас застонал, проводя ладонями по лицу. Черт возьми. Он получил то, что хотел, но Дин думает, что он кто-то другой. И если он осмелится объяснить ситуацию, то потеряет то малое, что имеет. Кас сел на крышку унитаза, локти на коленях, подбородок на ладонях, и снова начал обдумывать свою идею о том, чтобы рассказать правду. Он мог просто сказать Дину, что он так перепугался, что выпалил первое, что пришло на ум. Они оба были взрослыми людьми, Дин должен понять его. Может быть. Наверное. Кастиэль поморщился. Наверное, нет. Если Дин и не разозлится, то будет смеяться до упаду над Кастиэлем. Насмехаться над ним, может быть. Точно прогонит его. Подавленный, он закончил умываться и поплелся обратно в спальню, чтобы натянуть свои старые джинсы и потрепанную футболку, влезая в толстовку с прошлой ночи. Нет смысла пытаться произвести впечатление на парня. Теперь он просто должен пройти через все это неудачное приключение, а потом вернуться к своей одинокой, холостяцкой жизни. Он сможет забыть об этих ярких, зеленых глазах. Привлекательных улыбках. Мускулах. Чертовски горячих татуировках. Кас закатил глаза, бредя к машине. О, да. Конечно. Забудет он. Зная себя, он начнет бродить за Дином по пятам, еще больше усугубляя свою жалкую жизнь. Он не сможет больше вернуться к фантомной жизни Джеймса Бартлета. Не теперь, когда он знает о существовании Дина. Он поехал в магазин Дина, пытаясь исправить свое мрачное настроение, но не особо преуспел. К тому времени, когда он припарковался, он был уверен, что выглядит больным. Глубоко вздохнув, Кастиэль толкнул дверь магазина и вздрогнул от громкого, веселого звона колокольчика над ней. Даже дверь над ним издевается. — Привет, незнакомец, — улыбнулся ему Дин из-за прилавка, яркий и веселый. Сволочь. Мужчина был одет в узкую черную футболку, которая снова оставляла на виду его потрясающую черную тату на правой руке. Засранец. В этот момент Кастиэль мог поклясться, что Дин специально это делает. Он тихо закрыл за собой дверь. — Доброе утро, Дин, — пробормотал он. — Кажется, ты не очень хорошо спал, Гэйб, — Дин поднял стопку книг и вышел из-за прилавка, узкие джинсы отлично обхватывали его зад. — Я? Я спал, как котенок, — он подмигнул Кастиэлю прежде, чем, насвистывая, направиться к дальней стене. — Точно специально, — подумал Кастиэль. Он засунул руки в задние карманы джинсов и пожал плечами, несмотря на то, что Дин был к нему спиной. Кастиэль кашлянул и тихо сказал: — Я… думал кое о чем. — О? — Дин повернулся к нему с книгой в руках. Подняв руку, он потянул за толстовку Кастиэля, говоря: — Шнурок перекрутился, — поправляя его. Странно, Дин не смотрел ему в глаза, и румянец на его щеках был ярче чем, когда Кас вошел. Нервничая из-за их близости, Кастиэль сглотнул. Просто сделай это. Скажи кто ты. Просто сделай это! Он поднял взгляд, находя эти яркие, яркие зеленые глаза и… сдулся, будто шарик. — Насчет автографов! — выдавил он. Дин вскинул брови и фыркнул. — Ну, для этого я и позвал тебя сегодня утром, — он поставил книгу на полку и снова улыбнулся. — Хорошо, что у тебя такая безупречная память, м, Гэйб? О, как же он сейчас ненавидит это имя. Поняв, что он, похоже, потерял свой последний шанс разобраться со всей этой путаницей, Кас шагнул глубже в магазин, разглядывая его внимательнее, чем в первый день. Стеллажи были у всех доступных стен, наполненные блестящими корешками книг. Так тепло и уютно, что Кастиэль не мог не улыбнуться. Он бы хотел найти это место до того, как начался весь этот хаос. В дальнем углу в передней части зала стоял небольшой столик с двумя простыми креслами. Замечательное место, чтобы провести пару часов, отключившись от мира, несомненно. Он снова повернулся к Дину, и почти прикусил язык, чтобы сдержать всхлип. Да, теперь задница на полном обзоре, когда Дин наклонился к коробке у прилавка. — Я… я… надеюсь не отниму у тебя слишком много времени, — прохрипел он. Когда Дин встал, Кас прищурился, теперь уверенный, что мужчина действительно покраснел. Он болен? О, стойте. Его плохое настроение вернулось лавиной. Очевидно, что Дин сожалеет о том быстром поцелуе в баре. Конечно, он сожалеет. Он знает, что сделал, и теперь просто ждет, когда эту тему поднимет Кастиэль. Мужчина был профессионалом. Зачем ему гнаться за чем-то таким нелепым, как… Кастиэль? Не обращая внимания на смятение Кастиэля, Дин вытер руки о джинсы. — Эй, хочешь кофе? — спросил Дин и, не дожидаясь ответа, направился к задней части магазина. Там, на маленькой кухне, он указал на небольшую кофеварку на единственном столе и почти смущенно улыбнулся. — Ничего особенного, но у меня есть свой грех. — Нет, быть ходячим сексом твой грех, — Кас мысленно дал себе подзатыльник, пока Дин протягивал ему кружку. Радуясь, что есть, на что отвлечься от своих пошлых мыслей, он сделал глоток и не смог сдержать низкий стон. — О, мой… божественно, — он поднял кружку, чтобы сделать еще один глоток, и заметил, что Дин смотрит на него, чуть приоткрыв рот. Кас озадаченно наклонил голову на бок. — Дин? — Хм? Да! — он поднял свою кружку, избегая глаз Кастиэля, и отпил немного. — Итак. Джеймсу… нужно что-нибудь особенное? Типа… еда? Напитки? — … нет? Дин улыбнулся. — Ты утверждаешь или спрашиваешь? Кастиэль слабо улыбнулся. — Прошу прощения. Джеймс… своеобразный, но уверяю тебя, проблем не доставит. Ему не нужно ничего особенного. — А тебе? — Мне? — Кастиэль моргнул. — Я… чт? Еще один смешок. — Тебе нужно что-нибудь… особенное? Погодите. Это… похоже на флирт. Стоп машина. Разве Дин не жалел о случившемся? Ведь должен. И к тому же, он вел себя немного странно с прихода Кастиэля. И все же, зачем ему снова начинать всю эту неразбериху? Кастиэль озадаченно покачал головой. — Нет, спасибо. Я буду просто украшением в комнате. — Не поспоришь, — мурлыкнул Дин, подмигивая из-за чашки с кофе. Кастиэль навечно ошалеет, если Дин продолжит так делать. — Хм, — он отпил из кружки, глядя на Винчестера. Который никак не отреагировал, а просто развернулся на каблуках и вышел из маленькой комнаты отдыха. Кастиэль поколебался мгновение прежде, чем пойти следом. Он обнаружил Дина в дальней части магазина, возящимся со стендом Джеймса Бартлета. Кастиэль замер, едва ли на расстоянии руки от Дина и прокомментировал: — Может немного больше презентации его книг? Дин вскрикнул и отшатнулся, широко распахнув глаза. — Господи. Тебе нужен колокольчик, К… Гэйб, — он кашлянул, отводя взгляд. — Ладно. Эм, это… хорошая идея. Я могу, хм, установить целый стеллаж у кассы, но оставить по несколько каждой для Джеймса, — его потемневшие глаза скользнули к Кастиэлю. — Ты… не против? — Мне… стоит позвать Джеймса? — без особого энтузиазма спросил Кас. Он все еще помнил, как Дин сказал, что он нравится ему. Правда он в роли Габриэля. Предполагаемый мужик-начальник. Не сумасшедший писатель. Как печально. И сбивает с толку. Касу очень не нравилось помнить эту часть. Дин резко взмахнул рукой. — Нет! Эм, нет. Ему не обязательно в этом участвовать. — Он гость, Дин, — отметил Кастиэль. Хотя он не знал, почему хочет, чтобы Бальтазар был вовлечен во все это еще больше, чем уже есть сейчас. Может быть, все это и было глупой, жуткой ложью, но Кастиэль наслаждался временем, проведенным с Дином. И это время не будет долгим, поэтому он хотел взять все, что мог. В этом смысле, Кастиэль официально становился худшим врагом самому себе. Как ни странно, Дин надулся. — Да ладно, Гэйб, с тобой намного веселей. Покраснев, Кастиэль пробормотал «спасибо». — Но, Дин, я совсем не особенный. Джеймс тот, с кем ты должен проводить это время, — и это признание его убивало. Подумать только, если бы у него хватило смелости быть здесь как Джеймс Бартлет, он мог бы проводить это время с Дином, жарко обсуждая эту чертову выставку его же книг. Вместо этого он проводит время обманывая и пытаясь заставить своего вредного кузена быть приятным человеком. Забавно, что это работает. И под забавно, он подразумевает ужасно. Какое-то время Дин молча смотрел на него с нечитаемым выражением на лице. В итоге он нахмурился и покачал головой. — Черт, ты все усложняешь, — пробормотал он. Прежде чем Кастиэль успел переспросить, Дин продолжил. — Я уже говорил тебе, мне не нравится Джеймс. Мне нравишься ты, — он шагнул вперед, сокращая расстояние между ними. — Я хочу работать с тобой. Вздрогнув, Кастиэль выпалил: — Ты поцеловал меня вчера. Дин замер, моргнув, а потом медленно улыбнулся и кивнул. — Да, поцеловал. Он… не отрицает этого. Переступив с ноги на ногу, Кастиэль сжал кружку. — О-оу. Ладно, — так, и что теперь? Он ожидал, что Дин будет все отрицать, но мужчина наоборот казался довольным. Это неправильно. Все это очень и очень неправильно. — Ты… ты не расстроен? — осмелился спросить он и всхлипнул, когда Дин забрал кружку из его рук. Больше ему не на что было отвлечься, и он неловко сцепил руки вместе, глядя в пол. — Почему я должен быть расстроен, получая то, что хочу? — пробормотал Дин, шагая еще ближе. Кастиэль сглотнул, кровь шумела в ушах. И все же, это прозвучало знакомо. Очень знакомо. Вдруг в голове прояснилось, и он нахмурился. — Ты только что процитировал мне мою же книгу? Дин ухмыльнулся. — Ты имел в виду книгу Джеймса? Кастиэль покраснел. — Я… я имел в виду… моей компании… книгу моей компании. Я читал их. Все. Часто, — о, ты идиот, — подумал он, – хреновый бы из тебя вышел шпион. Эти смешки скоро убьют его. Темный бархат в его ушах. Как и теплая рука на его бедре. — Все их прочитал, м? — Дин сделал последний шаг, слишком близко к Кастиэлю. И все же, Кас хотел, чтобы мужчина был еще ближе, к его большому огорчению. — Есть любимая? — спросил Дин. Слабо кивнув, Кастиэль облизнул губы. — А… да. А-а у тебя? — О, да. Они все горячи, но моя любимая? — Дин мягко вздохнул. — Всегда Крылья Ангела. Я люблю Тайлера. У Кастиэля перехватило дыхание. Крылья Ангела, какой бы сырой ни была эта книга, она всегда будет любимой книгой Каса. И Тайлер — это он: застенчивый, закрытый и растерянный. Отчаянно желающий любви. И Дин… красивый, сексуальный Дин любит его больше всех? — П-правда? — спросил он. Улыбка Дина смягчилась, стала нежнее. — Да. Я… годы скрывал свою бисексуальность. Я сочувствовал Тайлеру. Я знаю какого это врать о том, кто ты есть. Бояться, — он встретил взгляд Кастиэля. — Ему никогда не нужно было прятаться. Или притворяться кем-то другим. Тайлер… потрясающий как Тайлер. Любой парень был бы на седьмом небе от счастья, заполучив его. Кастиэль опустил взгляд на середину груди Дина, стараясь не обращать внимания на мышцы под тонкой, темной тканью. — Он долго был один, Дин. Сложно думать, что проблема не в тебе, когда такое случается. Ладонь Дина нежно скользнула по его щеке. — Парни, которые игнорировали его, были придурками. Тайлер никогда не должен был быть один, — он подался вперед, прикрывая глаза. — Больше всего на свете я хотел спасти его от этого одиночества. Я хотел быть Джейсоном. О, Джейсон. Парень мечты Кастиэля. Милый и нежный. Страстный любовник. Преданный. Умный и талантливый. — Д-джейсон бы позавидовал тебе, — сглотнул Кастиэль, теряя самообладание. — Правда? — хрипло сказал Дин за секунду до того, как поцеловать его.