Моя чашка кофе

      В жизни каждого человека происходят определённые моменты, когда время буквально останавливается, и он в тихой, спокойной обстановке размышляет о том, что происходит в его жизни. Лично у меня такое случается практически каждый день, с утра, когда дом ещё погружён в сон, а за окном начинает загораться рассвет, и я стою с чашечкой кофе и сигаретой на балконе. Упиваюсь тишиной и осознанием того, что бодрствую в нашей квартире лишь я.       Мне всего семнадцать лет, однако, в отличие от многих моих сверстников, меня мало интересуют шмотки, красавцы-актёры, всякие ток-шоу, модные исполнители, тупые романчики типа «50 оттенков серого», жизнь звёзд, тусовки и прочая дичь, связанная с современными среднестатистическими людьми в возрасте шестнадцати-восемнадцати лет. Наверное, именно поэтому я редко могу найти себе достойного собеседника, да и друзей у меня, в общем-то, маловато. Что касается класса — вообще тихий ужас. Мы как люди с разных планет — я не понимаю их, они не понимают меня, однако мы сносно сосуществуем. Я даю им списывать, а они не вторгаются в моё личное пространство. Всё по-честному.       Сегодня я встала довольно рано — без пятнадцати шесть, когда как в школу нужно было лишь к десяти, как-никак — первое сентября, «любимый» день школьников… Так что, налив себе чашку кофе, достав сигарету и зажигалку, отправилась на балкон и, открыв окно и закурив, окунулась в размышления.       В преддверии очередных школьных будней думала я, разумеется, о школе. Вообще, школа — тот этап, через который проходят все без исключения. Все в основном говорят о недостатках школы, хотя в ней есть и свои плюсы. Думаю, было бы неплохо поразмышлять как над достоинствами, так и над недостатками сего предмета. Благо времени у меня ещё много…       Начнём, пожалуй, с достоинств?..       Что ж… Школа — это наш второй дом, многие об этом говорят, и я вынуждена с ними согласиться. Довольно много времени мы проводим именно там. Что школа для учеников, если мы рассматриваем её с положительной стороны?.. Вы когда-нибудь задумывались о классе? Вас, допустим, человек тридцать, собрали в кучу и сказали, что в таком составе вы будете, по крайней мере, класса до девятого. И вот вы начинаете вариться вместе. Кто-то дружит, кто-то нет, но вы всё равно сосуществуете, и, классу к девятому, вы составляете одну большую семью. Поредевшую немного, чуть разбавившуюся новыми людьми, но семью. Не могли же девять лет вынужденного сосуществования пройти бесследно?.. Некоторых мы, скорее всего, забудем, но воспоминания, которые, так или иначе, останутся у нас, хранить мы будем бережно. Даже я, хоть и терпеть многих не могу, очень им благодарна, да и вообще, скрепя сердцем, признаю, что они мне всё-таки дороги.       Далее. Школа — то место, где наше «первый раз» случается чаще всего. Мы первый раз идём в школу, в первый раз получаем ту или иную оценку, первый раз пробуем что-либо, первый раз влюбляемся, первый раз пишем контрольную, первый раз сдаём экзамены, первый раз стыдимся своих поступков, первый раз получаем почётную грамоту на линейке и так далее. Я здесь первый раз поняла, что морально оказалась намного старше сверстников, первый раз получила двойку за инакомыслие, первый раз подралась (да-да, и такое было), выкурила первую сигарету (как ни странно, с физруком в четырнадцать — долгая история, но тоже касалась моего инакомыслия, а физрук оказался одним из тех немногих, кто меня понимает), в первый раз попробовала алкоголь (на дискотеке, на которую силком отправила мать, ибо было скучно, алкоголь, кстати, не особенно помог — стало ещё скучнее). Первой влюблённости, кстати говоря, я не испытывала. Не тот характер, да и не к кому чувства испытывать — я, как оказалось, весьма требовательна к возможному партнёру.       Не стоит забывать и о том, что в школу мы идём учиться. Друзья, первые разы, социализация — всё это сводилось бы к нулю, если бы не главная цель школы — обучение. Мы никогда не узнаём где-либо ещё столько же, сколько мы узнаём в школе. Да, часто мы возмущаемся, топаем ногами и сотрясаем воздух, мол, зачем нам эти логарифмы/синусы/косинусы/силы/элементы, если нам это нигде не пригодится? Вот только не думаем о том, что кругозор гораздо лучше точки зрения, хотя бы потому, что кругозор — фигура, состоящая из множества точек. Более того, развитие памяти, а ещё, как ни странно, хитрости и предприимчивости. Всё-таки не все послушно учат те или иные предметы. Так как я собираюсь на политологию, на биологию, химию, физику я порядком подзабила, однако часто мне помогают шпаргалки и прочие хитрости. От моих шпор в шоке все одноклассники. Верхом была шпора по биологии шрифтом Брайля. Правда, это была вынужденная мера, потому что биологичка начала что-то подозревать. Врешь, не проймёшь, называется… Также школа помогает нам привыкнуть к миру, научиться ориентироваться, выходить из различных ситуаций, строить те или иные модели поведения. Это тот этап нашей жизни, где мы ещё можем совершать ошибки без фатальных последствий.       Для учителей же школа рассматривается по-разному. Для кого-то это возможность иметь детей при условии бесплодия или другой непреодолимой силы, мешающей иметь детей. Для кого-то — просто возможность побыть собой. Чем дальше мы заходим, тем больше слышим от учителей историй из жизни, модель поведения учителя сама по себе такая, какую он вряд ли бы позволил себе где-нибудь ещё. Но есть и те, для кого школа — возможность заняться компенсаторным насилием, мстя за то, что было с ними в их школьные годы. Такие учителя — самое гадкое, что есть в системе образования (не считая, конечно, Минобр), потому что они порождают множество таких же нереализованных людей. А есть учителя, для которых учительство само по себе — радость, и рассказывают они на уроке так, что, хочешь ты того или нет, но в голове у тебя откладывается практически всё, что было на уроке. Такие учителя могут заразить своей любовью к предмету, что чаще всего и делают весьма охотно и активно…       А теперь, пожалуй, та самая ложка дёгтя… Во-первых, наша школьная программа в последнее время, мягко говоря, становится всё хуже и хуже. Учебники переписываются, задачи становятся всё тупее (чего стоил курящий Змей Горыныч в задаче по математике и Фродо Сумкин в обществознании), факты тасуются, а о шаблонности экзаменов я вообще молчу.       Кстати об экзаменах. Самая весёлая тема, потому что касается всех наиболее остро. Минусы могу перечислять долго, но скажу коротко об этом жутком звере «ЕГЭ». Во-первых, это пиздец, товарищи. Стресс, убийство, идиотизм и всё такое. Нас натаскивают на ЕГЭ, а Минобр создаёт кучу дополнительных не менее идиотских штук (типа Всероссийских проверочных работ по пяти предметам в преддверии экзаменов), дабы нас на него не натаскивали. Миленько, не правда ли?.. Во-вторых, ЕГЭ проверяет шаблонное мышление. Это тот самый случай, где шаг влево-шаг вправо подразумевают собой расстрел. Инакомыслие не предусмотрено, а некоторые вопросы у знающих людей вызывают нервный тик, потому что в вопросах с одним вариантом ответа могут попадаться несколько реально правильных. Короче, смотрим «во-первых» и ударяемся в депрессию.       Ну, и самая моя «любимая» проблема — стигматизация. В школе на нас навешивают ярлыки. Поначалу мы просто ученики, но по мере взросления мы обрастаем всё большим количеством этих самых ярлыков. Не перестаю думать, что многие дети — маленькие ублюдки… В первом классе вы притираетесь друг к другу, но уже к его концу вы примерно знаете, кто есть кто. В классе образуются лидер, элита, обособленные группы и, конечно же, аутсайдеры. Последние обычно подвергаются гноблению и унижению со стороны «элиты». Поначалу это какие-то детские шалости, но, чем старше дети, тем изощрённей издевательства. К классу девятому все группы формируются наиболее чётко. Чаще всего здесь всё происходит как с индийскими кастами: если ты лузер, в элиту тебе не попасть никогда, в общем, социальной, я бы даже сказала, стигматизационной мобильности здесь нет. Да и зачем она, если всех всё устраивает?.. Ну, а те, кого не устраивает, подобно мне остаются где-то вне этой системы, изредка включаясь в неё, чтобы совсем не уйти от мира…

***

      Ой, что-то я совсем загрузилась… Вот ведь правда, чем старше, тем умнее мысли. В прошлом году я точно так не думала. Направление примерно то же, но мысли более плоские, что ли…       Посмотрев на часы, с удивлением отметила, что уже восемь. Да-а-а, что-то я слишком долго в этот раз размышляла… Ну и ладно, сейчас быстренько в душ схожу, да приготовлюсь идти в школу. Дабы не огорчать маму, в этот день я обычно наряжаюсь, хотя для меня он не является чем-то особенным. Слишком уж я их с папой люблю…

***

      Как бы ни хотелось оставаться в своём родном городе, ради отца переехать ему пришлось. Всё-таки одного сына отец оставить ну никак не мог, ибо Макс — тот ещё разгильдяй. Правда, отец никогда не задумывался, что посредством гулянок и всяких тусовок его сын избавляется от лишних, ненужных мыслей… Семнадцатилетний юноша, такой взрослый в своих рассуждениях, он был вынужден мимикрировать под обстановку лишь бы избежать гонения. Быть аутсайдером ему не нравилось.       Что ж… Новая школа — новые люди — новая жизнь, с этим уже и не поспоришь. Остаётся лишь найти здесь своё место (желательно среди элиты) и обустроиться максимально комфортно. А вот и новые однокласснички…        -Одиннадцатый А!!! Сюда!!! — горланила какая-то девчонка, невольно помогая ему сориентироваться.       Когда Макс подошёл к месту сбора класса на линейке, практически все взгляды обратились к нему. Взгляд женской половины оценивающе прошёлся по крепкому телу, шее, задержался на тонковатых, но чувственных губах, искривлённых в улыбке, по резким скулам, прямому носу и задержался на глубоких глазах цвета ясного неба. Ну, а потом уж мельком были отмечены хищный разлёт бровей, да волосы цвета спелой пшеницы, находящиеся в художественном беспорядке. «Зацепил,» — отметил про себя блондинчик, лениво оглядывая людей. И уже в свою очередь зацепился взглядом за девушку, даже не удостоившую его вниманием, стоящую в пол-оборота к классу и смотрящую куда-то в сторону.       На ногах у неё были балетки, что позволяло парню понять, насколько она невысокая — ему по плечо, наверное, будет, красивые ноги были облачены в колготки, позволяя оценить всю их красоту, упругие ягодицы облегала юбка длиной чуть выше колена, белая блузка с глубоким декольте позволяла оценить молочно-белую грудь, испещрённую десятком родинок, которые только делали её красивее, а жилетка очерчивала талию, завершая образ таинственной красавицы. Она не была ни толстой, ни худой, именно тот тип, который очень нравился парню, и к которому принадлежала, насколько он понял, только она в этом классе. Все остальные походили на иссушённые скелеты, по крайней мере, для него… Её лицо… ему показалось, что он не видел ничего прекраснее этих медовых глаз, обрамлённых густыми ресницами, которые щурились от удовольствия, этих чуть пухлых губ, расплывающихся в улыбке и поющих бесшумно ту мелодию, что она слушала, этого чуть вздёрнутого маленького аккуратного носика… И всё это обрамляли ярко-рыжие волосы… Она и сама была как огонёк.       Макс почувствовал себя мотыльком. Ему очень хотелось обжечься ей…       -О, хай, ты новенький? — к нему подошёл какой-то парень, улыбаясь. — Меня Миша зовут, но все называют Саем.       -Макс, — приветливо улыбнулся, пожимая предложенную руку. — Да, я новенький. Как тут у вас, интересно?       -Да не особо. Как в любой другой школе, только парят чуть больше, — пожал плечами Сай, усмехаясь. — Ой и вызвал ты переполох в нашем серпентарии…       Макс вопросительно выгнул бровь.       -Наши змейки на тебя глаз положили, — как ни в чём ни бывало хохотнул парень. — Дамы в нашем коллективе своеобразные. Либо змейки, как большинство, которые, кстати, тебя взглядом уже в открытую пожирают, либо олдскульные, как Тоня, — он мотнул головой в сторону девушки одетой, как школьницы восьмидесятых, — либо такие, как наша Софа, фрики, — здесь он показал рукой на ту самую девушку, что понравилась Максу.       -Она фрик? — недоверчиво переспросил он у Миши-Сая.       -Ага. Внешность обманчива, дружище, — на этих словах он похлопал новенького по плечу. — К нашей Софе лучше лишний раз не подходить — она слишком взрослая и умная для нашего гадючника, однако отличница и списать даёт весьма охотно. Ну и иногда, когда она в хорошем настроении, с ней можно хорошо пообщаться на интересные темы. Правда, хорошее настроение для нас, смертных, с ней случается редко.       -Даже так, — хмыкнул парень, качая головой, а в голове отчётливо раздалось: «Она обязательно будет моей!»       -Ладно, пошли, я тебя с ребятами познакомлю!..

***

      -Привет, — раздалось откуда-то сбоку.       -А-а-а… Новенький… — протянула я, выдыхая клуб дыма в сторону. — И тебе привет. Думаю, тебе уже обо мне рассказали, твоё имя я знаю — не глухая, так что смысла общаться дальше я не вижу.       Несколько ошеломлённый моим ответом, парень стоял, не зная, что ему делать. А я просто докуривала сигарету, мурлыкая себе под нос «Лесника» из репертуара Короля и Шута.       -Ты контуженный? — невинно поинтересовалась, туша сигарету о гараж.       -А? Что?.. — отмер парень.       -Ещё и глуховат, — возвела очи к небу. — Ты контуженый? — спросила чуть громче.       -У меня всё в порядке со слухом, просто ты!.. — возмутился парень и замолк.       -Я?.. — подбодрила этого… Макса, вроде.       -Невыносима!..       -Я в курсе, не удивил, — фыркнула, отправляясь домой. — Бывай, контуженный! — махнула рукой ему на прощание, зная, что он обернулся, однако сама я не оборачивалась.       Забавно. Ребятки снова шутят, подсылая ко мне новенького… Когда ж им это надоест, а? Второй год подряд как-то не солидно. Хотя этот как-то натуральнее был, что ли… Будто и вправду познакомиться хотел. Надо же, какой актёр!.. Был бы такой в прошлом году — точно бы купилась, и одноклассники бы проиграли спор. А сейчас… знаем, научены. Тем более, что мне и в одиночестве комфортно.

***

      Макс провожал её взглядом и, когда она скрылась из виду, неожиданно даже для самого себя, расхохотался.       Что ж…       Охота началась