Два с половиной таймлорда

1. — Ты категорически не умеешь выбирать имена, — покачал головой Мастер, осторожно покачивая парящую над полом люльку, — Ну какая она Роза*? Она Принцесса! Маленькая Принцесса, которой я подарю самую красивую галактику, как только захвачу вселенную… — Ты ее испортишь, — укоризненно заметил Доктор. — Ее нельзя испортить. Она совершенна. Девочка засопела во сне и пустила на подушку слюни. Мастер ласково погладил ее по волосам и умиленно улыбнулся. Доктор обреченно вздохнул и закрыл глаза ладонью. 2. — Ускоритель частиц?! — схватился за голову Доктор. — И что? — Ускоритель. Частиц! — Облегченная версия! — Мастер, ей пять, а это — не детский подарок! Даже я получил свой первый ускоритель только в десять лет! — всплеснул руками Доктор. — Она в два раза умнее тебя, так что все в порядке, — пожал плечами Мастер. В соседней комнате что-то грохнуло, а через минуту в комнату осторожно заглянула маленькая девочка с закопченной мордашкой и вставшими дыбом волосами. — Дядя Мастер, а он взорвался, — обиженно выпятив нижнюю губу, сообщила она. — Не расстраивайся, — тут же подскочил и подхватил ее на руки Мастер, — Завтра я привезу тебе новый. А почему он взорвался, ты не знаешь? — Конечно знаю! — поморщилась девочка, — Я поменяла полярность энергетических потоков и замкнула их на самих себя. Кто же знал, что там такие слабенькие контакты… — Зачем ты это сделала? — недовольно поинтересовался Доктор. — Хотела создать вечный двигатель, — доверительно сообщила она, обнимая Мастера за шею, — Дядя Мастер, а можно мне еще генетический модулятор и маленький такой ядерный реактор?.. — Конечно, Принцесса, — улыбнулся Мастер и самодовольно прошептал в сторону Доктора: — Вот видишь! А мы с тобой вечный двигатель только на первом курсе собирать начали! Вундеркинд! — Я пришлю тебе счет за ремонт детской, — проворчал Доктор в ответ. 3. Так уж повелось, что все ученики Академии носили одинаковые черные робы из ужасной колючей ткани. Учителя утверждали, что их цвет символизирует отрицание всех красок жизни во имя поиска истины, а неудобство укрепляет дух и тело. Обычно курсу к пятому ученики начинали смутно подозревать, что на самом деле такой фасон и материал выбирают далеко не по метафизическим причинам, а потому, что эта ткань не мнется, не рвется и не пачкается, а если что-то из перечисленного все-таки случается — что, в виду большого количества юных гениев среди студентов, происходит нередко, — такую дешевую и уродливую одежду не жалко выкидывать. Доктор поморщился, глядя на Аркайтиор, которая казалась еще более маленькой и бледной на фоне остальных учеников, поймал ее взгляд и жестом подозвал к себе. Охранники недовольно переглянулись, когда она побежала к нему — его, как нарушителя спокойствия, ждущего суда, поначалу вообще не хотели пускать на территорию. — Привет, — улыбнулась внучка, — Ты пришел посмотреть? Доктор вздохнул и окинул взглядом окрестности. Со дня его выпуска ничего особенно не изменилось: слева жилые корпуса, прямо — административные и учебные, за ними — испытательные полигоны, а по правую руку — ангар с дозревающими до готовности учебными Тардис. Парочка техников как раз вытаскивала оттуда одну, даже на первый взгляд устаревшую, машину. Та упрямо гудела и пыталась мимикрировать под шкаф, но не слишком успешно: двери мигали и периодически становились то железными, то прозрачными. — Ты уверена, что хочешь этого? — спросил он девочку, с сочувствием глядя на Тардис. Вроде бы еще рабочая и явно с характером, а эти варвары собираются пустить ее на запчасти для браслетов-телепортов и учебных проектов таймлордов-недоучек — все равно что порезать на органы живого человека!.. — Ну, это же инициация, — пожала плечами Аркайтиор, — Это ведь обязательно, так? Доктор поежился, вспомнив себя-восьмилетнего — зареванного, дрожащего, четыре часа просидевшего в стенном шкафу после близкого знакомства с объемом Вселенной. Потом посмотрел на приблизившихся и выглядевших крайне недружелюбно охранников. Потом представил себе Мастера — таким, какой он был вчера: явно не выспавшимся, уставшим, нервно выстукивающим пальцами чертов четырехтактный ритм, — и словно наяву услышал «Не пускай ее на инициацию. Посмотри, что вихрь сделал со мной, с тобой… сколько еще таких? А сколькие потом не оправляются вообще? Ты хочешь для нее такого?..». Доктор протянул руку, и Аркайтиор с готовностью вложила в нее свою маленькую ладошку. — Вообще-то я пришел поиграть, — сообщил он, и девочка радостно подпрыгнула, мигом забыв о предстоящей церемонии. — Новая игра? Какие правила? Один из охранников достал звуковой бластер и направился в их сторону. Тардис-развалюха громко взвыла двигателями, отпугнув техников, и одна ее дверца приглашающе скрипнула. Если это не было знаком судьбы, то он вообще отказывался понимать, что такое эти знаки. — Правила очень простые, — улыбнулся он, и Аркайтиор улыбнулась в ответ. — Бежим! 4. — Когда я говорил «не пускай ее на инициацию», я не имел в виду «похить ее, угони Тардис, окажи сопротивление властям и попади в список самых разыскиваемых таймлордов, сместив меня с первой строчки»! — прошипел Мастер, в пятый раз нервно обходя комнату по кругу. — Потише, дорогой, и, если тебе не трудно, переставь рубильник на следующую отметку. Спасибо. Насчет списка можешь обратиться к Совету — уверен, составленную по всем правилам жалобу они рассмотрят в положенные сроки и обсудят на ближайшем заседании. Все остальное было неизбежно. — Можно было решить все законными способами! Через родителей, например! — Ты правда думал, что ее родители прислушаются к моему совету? — Один из ее родителей — твой сын! — Тебе ли не знать, какие теплые у нас с ним отношения, а уж с учетом последних событий, подмочивших мою и без того не безупречную репутацию… Теперь соседний переключатель. Да, так. Отлично. Доктор вылез из-под консоли, отряхнул брюки и обвел рубку гордым взглядом. — Красавица, правда? — Рухлядь, — убежденно ответил Мастер и в доказательство пнул одну из оттопыривающихся панелей пола, — Развалится на первом же повороте. — Ты преувеличиваешь. Конечно, нужен небольшой косметический ремонт, но потом она еще побегает!.. Кстати. Не покажешь, как она заводится? Мастер смерил его презрительным взглядом. — Ты права-то получил? — Да! — С какого раза? — Мастер приподнял бровь. — Экзаменатор придирался! — возмутился в ответ Доктор. — Учитывая твой предыдущий вопрос, я ставлю правдивость твоих слов под сомнение. — Там была Тардис другой модели!.. …Завернутая в пиджак Мастера Аркайтиор* мирно посапывала на диванчике в соседней комнате. 5. В дверь постучали. Сначала Мастер не поверил своим ушам. Нет, конечно, и раньше случалось так, что к нему стучались случайные прохожие, но обычно это случалось, если Тардис решала прикинуться фургончиком с мороженым или телефонной будкой в центре оживленного города. А вот кто мог постучать в кусок скалы, стоящий посреди большого горного массива на абсолютно пустой и непригодной для жизни планете, Мастер понять не мог. В дверь постучали еще раз, настойчивей. Мастер щелкнул выключателем и вывел на экран картинку с внешних сенсоров. Снаружи были мрак, холод, дождь, Доктор и нечто, похожее на небольшую серую туристическую палатку странной конической формы. Палатка пошевелилась, и под ней на секунду мелькнули розовые кружева. Мастер возмущенно охнул и немедленно распахнул дверь. — Маленькая моя! Ты промокла? Ты замерзла? Это чудовище решило тебя прикончить медленным изощренным способом? — причитал он, стягивая с девочки уродливый и явно слишком большой ей плащ-дождевик. — Она отказалась засыпать, — беспомощно развел руками Доктор, — Просто отказалась, и все. Я пытался успокоить ее несколько часов, потом решил обратиться к тебе за помощью. Тебя нелегко найти, знаешь ли! — обвиняюще закончил он. — Ну не знаю, может быть, это потому что я прячусь? — язвительно ответил Мастер, прижимая к себе малышку, — Пойдем, Принцесса, я дам тебе теплого молока… — Хочу сок! — капризно заявила та. -…А потом сок и шоколадное печенье, — покладисто ответил Мастер, унося ее вглубь Тардис. Доктор немного потоптался на месте, не выдержал и подошел ближе к консоли, изучая ее устройство и сравнивая со своей. Мастер вернулся через десять минут, и на лице его была такая умиротворенно-счастливая улыбка, что Доктор невольно пожалел об отсутствии у него голокамеры. С другой стороны, дабы уничтожить такой компромат, Мастер, не задумываясь, взорвал бы сверхновую… — Как она? — поинтересовался Доктор, поспешно отходя в сторону. — Спит, — коротко ответил Мастер, немедленно начиная полную перепроверку системы. — Но как?! Гипноз? Снотворное? Табуретом по затылку? — Доктор, не делай из меня монстра! — укоризненно ответил Мастер, — Просто стакан теплого молока и немного музыки. — Прости, что? — Венерианские колыбельные, — улыбнулся Мастер, — Отличная штука, действуют безотказно. Советую тебе выучить парочку. — Я, кажется, помню одну, — неуверенно начал Доктор, — Как там… най-на-нэ-на-нэ-на-нэ… Что? Он недовольно посмотрел на скривившегося и замахавшего на него руками Мастера. — Ничего. Но в твоем случае милосерднее будет все-таки табуретом по затылку. Доктор оскорбленно засопел и отвернулся. — Чудно! Вот там стой, молчи и не мешайся! — обрадовался Мастер, возвращаясь к работе, от которой его оторвали нежданные визитеры. Доктор все еще стоял спиной, но Мастер почувствовал, что тот вскинул бровь, и закатил глаза: — Я бы без колебаний выставил на улицу тебя, но Принцесса… будешь моим… хм, гостем, пока она не проснется. — Гостям предлагают чай! — фыркнул Доктор. — Только если ты обещаешь больше не петь. — Не в этой регенерации, — согласился Доктор, и Мастер, усмехнувшись, снова пошел на кухню. * On her home planet of Gallifrey, the future «Susan Foreman» was born with another name, later revealed to be Arkytior, which meant «rose» in High Gallifreyan ©