Сторибрук

       Пейзаж за окном не менялся примерно четверть часа, одна ель сменяла другую. Несколько въездов в лес остались позади. Ни один из них не являлся тем, в который несколько часов назад завернула машина Вероники Миллс. И вот наконец колонна, состоящая из трёх машин, свернула в лес. Дорогу сильно размыло. Вода оголила корни вековых деревьев. Ехать было затруднительно, поэтому было принято решение остановиться и дальше пойти пешком, иначе машины увязнут и спасать придётся самих «спасателей». Получив от Реджины сообщение о принятом решении, Эмма вышла из машины. Взгляд Свон зацепился за Миллс, которая уже стояла снаружи. Она была в своем привычном брючном костюме, поверх которого было надето нежно-бежевое пальто. На ногах же, были надеты высокие резиновые сапоги, заботливо выданные помощницей Шерифа с формулировкой: «Не смотри так, либо ты надеваешь сапоги, либо остаешься здесь.» Образ выглядел бы комично, если бы не причина, из-за которой Мэр так выглядит.        Фольксваген Вероники искать долго не пришлось. Он увяз не далеко от стоянки спасательной группы. К тому моменту, когда «отряд» нашёл авто, ребята уже начинали порядком замерзать, а мокрая одежда не способствовала согреванию. Брат с сестрой сидели в полной тишине под аккомпанемент дождя, барабанящего по крыше жука.       И вот, считанные минуты спустя, младшие Буты сидят в машине Шерифа, укутанные в пледы и с кружками горячего чая с лимоном и имбирем, заботливо заготовленным Реджиной ещё на станции шерифа. Машину Вероники отбуксировали на более-менее устойчивое место. Август остался с детьми, когда как другие отправились на поиски Вероники и Бетти.

***

       Вечер неумолимо подступал к кронам деревьев Сторибрукского леса. Чем глубже Реджина и Эмма пробирались в чащу леса, тем темнее становилось. Изредка где-то вдалеке доносились голоса Грема и Джона, которые звали пропавших девушек по именам: — Вероника, — в очередной раз крикнул Джон, ответом ему послужило лишь «Бетти» — кликнутое идущим недалеко от него Гремом.        Эмма, не останавливаясь, шла за Реджиной. Миллс абсолютно было плевать, что её пальто промокло, а брюки бесповоротно испорчены грязью. Плевать было и на то, что она уже давно свернула с протоптанной тропинки и теперь буквально продиралась через кусты. Она как ищейка, взявшая след. Ни сомнений, ни вопросов. Только вперед. Миллс шла напролом. И ничто не могло её остановить: ни дождь; ни грязь. — Далеко ещё? — если бы в данной ситуации Эмма полностью не доверяла брюнетке, то подумала, что ещё чуть-чуть и они сами заблудились. Этого нам ещё не хватало. — Почти на месте, — коротко ответила Миллс. Она конечно могла съязвить, что-нибудь, а-ля: "Вы что, боитесь, мисс Свон?", к чему Эмма была готова, но этого не произошло. — Через минуту будем на месте, — добавила женщина.        Как и обещала Реджина, через несколько мгновений они вышли из чащи леса на открытую полянку, посреди которой раскинулся столетний дуб. Удивительно, как Миллс вообще пробралась по потемкам сквозь лес сюда. Что до Эммы, то ей здесь бы даже понравилось, если не учитывать время и обстоятельства, из-за которых они тут оказались. На самой поляне не было ни одного признака того, что тут вообще кто-то был. Тропинки в лесу изрядно размыло и ноги увязали в грязи по щиколотку, полянка не стала исключением, хоть она и была на возвышенности. — Что там говорил Арчи? Они пошли влево, если стоять лицом к дубу, так? — оглядевшись по сторонам, спросила Свон, но Реджина ей не ответила, а лишь пошла в том же направлении, что и девушки несколько часов назад. Вот так просто без колебаний и каких-либо сомнений. Просто вновь направилась в чащу леса. — Да, Эмма, всё верно, — пробурчала себе под нос Свон, отвечая сама, и поспешила за Миллс. — Реджина, подожди! — окликнула брюнетку Свон. — Давай сверимся с картой, — доверие доверием, но и разум не стоит терять. Брюнетка остановилась и посмотрела пустыми глазами на догнавшую её Эмму. — Эй, всё хорошо. Мы найдем их, — мягко положив руку на плечо Миллс, произнесла Свон. — Это моя работа, помнишь?       Вряд ли эти слова каким-то образом помогли Реджине. Но всё же, шумно выдохнув, женщина кивнула в знак того, что готова слушать. Эмма достала карту и, передав фонари, что всё это время были у неё в руках, Реджине, начала: — Так. Вот, мы здесь, — указала блондинка на карте. — Сторожка — вот тут, — Эмма перевела указательный палец на точку, оставленную уверенной рукой старика Питерсона. — Кажется, что тут нет протоптанной тропинки, но сторожка совсем близко. Намного ближе, чем выход из леса, — воодушевленно заключила Свон. — Так, чего мы ждём? — спросила Реджина. — Пошли скорее, — уже отвернувшись от Свон вновь направляясь в чащу, приказала Миллс.

***

      Поленья мерно потрескивали в камине. Языки пламени танцевали на уже обугленных дровах. В комнате стало совсем тепло и необходимость в пледе отпала, но он всё так же был накинут на плечи девушек, что все ещё сидели в обнимку на полу у камина. Сегодняшний пикник явно пошёл не по плану. — Тш... Всё хорошо, — встрепенулась Бетти, когда услышала тихий всхлип где-то в районе правого уха. Вероника почти уверенно кивнула на высказывание подруги. Свон пыталась поймать взгляд подруги, но тщетно. Миллс отводила взгляд. — Хорошо, — кивнула самой себе Свон. Девушка не отрываясь смотрела на огонь и будто разглядев там что-то, заговорила. Голос блондинки звучал мягко и успокаивающе, а рука, блуждавшая от плеча до предплечья, вводила в некий транс. Вероника перестала всхлипывать, но напряжение не покидало брюнетку:       «Рядом с одним небольшим поселением, которое располагалось за городом, раскинулся густой тёмный лес. Там росли осины и сосны. Дубы и ясени. Кусты, плоды которых ядовитые и нет. Грибы. Земляника и малина. Черника и ежевика. А также огромное количество самых разных цветов и трав. В самом центре этого леса росло древнее дерево. Оно было настолько высоким, что орлам приходилось его облетать. А в ширину этого исполина не могли обхватить все жители близлежащего городка. Корни этого дерева пронзали почву на многие километры вдаль. Считалось, что именно это древнее растение было первым, давшим росток на бездетной земле.       Однажды жители городка отмечали праздник весны. Они пили и плясали. Столы ломились от пищи и выпивки. А музыканты без устали играли весёлые мотивы. На праздник пришли все: мужчины и женщины, старики и дети.       И вот, когда горожане уже растратили былую энергию и расселись кто куда на площади, над их головами раздался звонкий мальчишеский голос, песню которого тут же подхватили все остальные. А в это время на окраине городка, в домике старого библиотекаря плавилась свеча, забытая хозяином. Огонь которой перекинулся на пергамент. Стол. Многочисленные книги. Пока не охватил своим заревом всё жилище.       Горожане опомнились, когда пожар, как медведь-шатун, неумолимо захватил весь квартал. Песня оборвалась. Женщины, подхватив детей и стариков, ринулись как можно дальше от опасности. А все, кто мог помочь в усмирении смертельной стихии, пошли на борьбу с ней. Но было слишком поздно и никакие усилия не могли усмирить огненного зверя. Пожар, занявшийся на окраине, неумолимо приближался к главной площади. И храбрые борцы, осознав тщетность своих усилий, ринулись на помощь любимым.       Они покидали город в срочном порядке, не пострадав физически, а за их спинами разрастался пламенный хищник, алчность и гнев которого росла вместе с его размерами. В считанные секунды город полыхнул, как спичка, но всё равно, не удовлетворив свои желания, огонь подступал к лесу.       На зарево пожара прибежали звери. Волки и зайцы. Олени и медведи. Птицы и насекомые. Они вели жестокую борьбу с огненным хищником и ни один, рождённый ли летать или ползать, охотиться и убегать, не желал сдаваться, отдавая свой дом на съедение.       Но их усилия были напрасны. И пожар, начавшийся с одинокой свечи прокатился волной по всему лесу, оставляя за собой лишь дым и пепел. И даже дерево-исполин, росшее здесь испокон веков, не избежало его загребущих лап.       Огонь, насытившись, затух. Но там, где он прошёл, не осталось ничего. Лишь зола и кости. Место, которое раньше было полное красоты и жизни, стало мёртвым и печальным... Но однажды, после прошедших дождей, что смыли любое упоминание о случившимся, прямо в центре этого безжизненного поля пробился зелёный росток...» — Красиво, — только и смогла произнести Вероника. — Знаешь, эта история может показаться пугающей и неуместной, но всё же несмотря ни на что, она о надежде, понимаешь? — отпрянув от подруги, все-таки смогла поймать её взгляд Бетти. — Как бы плохо не шли дела, какой бы безвыходной не казалась ситуация, всегда остаётся маленький росток надежды на то, что всё наладится.        Не успела Бетти договорить, как дверь в домик отворилась. Девушки резко вскочили на ноги от испуга. Свон, быстро среагировав, схватила кочергу. Но бояться было нечего, это Реджина и Эмма. Они нашли девочек.       Всё было немного необычным, так будто их вырвали из другой жизни. Девушки вдруг вернулись в реальность. В воздухе так и летало облегчение со стороны матерей. Которые уже сгребли в объятия дочерей. Маленький мирок вдруг рухнул. Не важно, что о них волновались, не важно, что во время бури могло произойти что угодно, могло упасть любое близстоящее дерево. Всё это так не важно для девочек в этот момент. Они были безусловно рады, что их матери, потрепанные от блуждания по лесу под дождем, нашли их. Но также теперь это означало, что пора вернуться в реальность.       С такими смешанными чувствами молчаливые они вышли из домика.

***

      Когда сквозь ветви деревьев прорвались лучи фонарей, все, кто находился на точке сбора, поняли, что Реджина, Эмма и их дочери наконец здесь. Как только свет достиг глаз Арчи, он, не задумываясь, вылетел из машины, громко хлопнув дверью. Он настолько заранее выбежал из машины, что успел запыхаться, прежде чем заключить девушек в крепкие объятия. Вероника виновато посмотрела на парня, когда тот отстранился от них, немного расслабляя свои объятия. — Всё хорошо, сестренка, — прошептал парень. На что брюнетка вновь прижалась к парню, радостно принимая его поддержку. И вот уже они втроем догоняют уже порядком оторвавшихся от них Эмму с Реджиной. Арчи шел между девушек, водрузив свои руки им на плечи, все так же прижимая их к себе.       Шерил тоже вышла из машины, но особо не спешила бежать обниматься с девушками. Рыжая присела на капот патрульной машины и, скрестив руки на груди, ждала пока её брат с подругами сами подойдут к машинам. Джон внимательно следил за каждым движением девушки, реакция которой так отличалась от реакции брата. В данный момент Шерил была обычной Шерил какой она была всегда. Что очень отличалось от той Бут, какой она была, как только спасательная группа нашла их.

***

      Когда все расселись по машинам, можно было окончательно спокойно выдохнуть и отправиться в путь. Реджина села за руль Жука Вероники, рядом с ней сидела помощница Шерифа, а на заднем сидении расположились их дочери. Реджина предложила подвести семейство Свон до дома, сказав, что, это будет меньшим, что она могла сделать в качестве благодарности Эмме и извинений Бетти.       Реджина взглянула в зеркало заднего вида и улыбнулась увиденному. Девушки на заднем сидении за время пути уснули. Голова Вероники покоилась на плече Бетти, а руки их были всё так же скреплены в замок. Эмма смотрела на Реджину, а когда та обратила на нее внимание, удивленно вскинула бровь. Как бы спрашивая: «все ли в порядке?» Миллс лишь мягко улыбнулась Эмме и перевела взгляд на дорогу.        Маленький голубой Фольксваген Жук рассекал своим ярким светом фар темноту опустившейся на Сторибрук ночи. Машинка мчала на пути домой.

***

       Эвакуатор становился у дома Бутов. Август завтра позаботится о возвращении машины хозяину. Дети, всё так же укутанные в пледы, первыми переступили порог в дом, Август парковал машину и поэтому отстал от них. Не успел Арчи достать ключ от двери, как дверь отворилась перед братом с сестрой и их встретил радостный голос: — Привет, котятки, — выйдя из сумрака дома, поздоровалась Зелена.