Глава 2. Обновление.
4 мая 2017 г., 20:18
Огни ночного города спешно мелькали в окне внедорожника, где сидела погруженная в свои мысли Джинён. Сейчас её не волновало её состояние, внешность и горящие жаром вены. Нет, она не придала этому никакого значения, она всё больше и больше накручивала себя. Никак не могла поверить, что её самый близкий человек предал её, обманул, использовал, как одноразовый платочек. Она как будто с легкостью и невесомостью падает в мусорное ведро, где ей самое место, ведь она не смогла увидеть, что Тэхён всё глубже и глубже проваливался в своей собственной лжи. Как она теперь могла называть себя его лучшим другом? Нет, она настолько устала от каждодневной рутины, что не смогла помочь и вовремя оказать поддержку парню, который всегда вытаскивал её из этого бренного мира. Ким на столько привыкла, что парень всегда рядом и помогает с проблемами, что не заметила, как он сам погряз в своих. Это её вина, что он стал таким, ведь будь она истинным другом, то заметила и смогла бы предотвратить его становление «опороченным». Чувство вины гулко отзывается в её груди, её пронзает колющая боль. Сейчас ей хочется вернуться назад на несколько дней назад. Найти того потерянного скитающегося Тэхёна и со всей любовь и теплотой обнять его. Пусть на это потребовалось бы несколько часов или дней, но Джинён была готова выдержать и разделить его боль. Ей так больно от того, что не смогла спасти его, его квадратную веселую улыбку, тёплые руки, звонкий смех. Воспоминания об их счастливых временах, когда они убегали за пределы города, как летом играли с водяными пистолетами, как он купил три шарика мороженого и они упали на его любимую футболку, он так опечалился, отчего Ким охватил дикий смех, и он обиделся на меня из-за этого, глубоко в сердце оставляли глубокие царапины. Он был самым близким человеком, она была готова променять весь мир ради него, но не смогла заметить тьму в его душе, которая с каждой минутой поглощала всё хорошее в нём. Она не смогла уберечь его от чёрствого мира.
— Отныне ты принадлежишь другому миру, который не будет жалеть тебя и ты не должна испытывать жалость к нему, — изрёк Хосок.
Парень изредка поглядывал на Ким. Он понимал причину её нынешнего состояния. Конечно, ему очень хотелось пожалеть её, но он считает, что это она должна сама пройти, и этот случай поможет ей в дальнейшим. Ведь она ещё не знает насколько жесток и порочен мир, в котором ей отныне придётся существовать. Ей придётся познакомиться с нещадящими негласными правилами. Если не сейчас, то в ближайшее время ей пришлось бы забиться в себе.
— Скоро мы приедем ко мне и ты «переродишься». Мне придётся ввести тебя в сон с помощью снотворного,— из бардачка он достал довольно толстый шприц, в который, как показалось девушке, вместилось бы около двухсот миллиграммов препарата.
— Ты это…— глаза Джинён увеличились в два раза, она с опаской и небольшим страхом смотрела, как парень доставал медицинское приспособление.— Зачем ты мне это говоришь? М-может не надо?— она вжалась спиной в пассажирскую дверь и, затаив дыхание, смотрела на руку Хосока.
— Прости, но иначе никак. Знаю, что тебе страшно от такой дозы, но при меньшей дозе ты не уснешь,— Чон остановил машину у небольшой остановки и стал приближаться ко ней, на что девушка влажными глазами посмотрела на него.
Он видел её страх, безысходность. В его глазах она была словно котёнок, которому несколько дней отроду и ему пришлось столкнуться с суровостью мира. Но Хосока это не остановило. Он стремительно приближался к лицу девушки и пристально наблюдал за её реакцией. Он видел, как эмоции стремительно менялись в его глазах. Сейчас она была для него как открытая книга, она была легкой добычей для него и ему это понравилось. То, как девушка дрожала от страха, смотря на него, как её частое дыхание щекотало кожу на его лице, её затаившееся дыхание, это всё сводило его с ума. Ему так нравилось, что его могут так бояться. Он остановился в десяти сантиметрах от неё и тепло улыбнулся ей, скрывая наслаждение от её вида.
— Х-хватит тянуть, воткни уже куда-нить и закончи мои мучения,— Джинён со всех сил, что у неё были, зажмурилась и ждала протяжную боль.
Она выглядела словно изюм, такой сморщенный и маленький. Хосок самодовольно ухмыльнулся, он взял девушку за запястье и притянул к себе. Игла прикоснулась к синей пульсирующей вене на предплечье, и Ким громко сглотнула. Она боялась, что доза будет слишком большой для неё, и она уже больше никогда не проснётся. Не сможет увидеть друга, а уж тем более помочь ему. Она решила для себя, что обязана сделать всё, что в её силах, чтобы вытащить Тэхёна из этого мира. Приложит все усилия, чтобы снова увидеть его квадратную улыбку и звонкий смех, что все это время эхом проносился в её ушах. Чон несильно надавливает иглой на нежную кожу маленькой руки и игла проникает в вену. Он, не спеша, выдавливает из шприца препарат и было видно, как белая жидкость появляется в вене и начинает циркулировать по голубым дорожкам, по всему телу Джинён. Боль, что осталась от её «обновления» подпиталась новой и стала ещё сильнее пульсировать по всему телу девушки. Вместе с новыми мучениями, к ней вернулись воспоминания о закате, который встречала уже «новой» и с новыми человеком. В голову Ким пробралась мысль об её ничтожности. И когда она стала такой… Слабой? Беспомощной? Куда подевалась та дерзость? Тот азарт? Куда подевалась она сама? На этих мыслях она провалилась в темноту, а по её щеке скатилась одинокая слеза, последнее, что будет чистым и невинным в её жизни.
Как только девушка закрыла глаза, Хосок осторожно усадил её на пассажирское кресло, как положено, и тронулся с места. Выезжая с остановки, он был отчасти рад, что все стёкла затонированы и никто не видел, как он вкалывал девушке с синими пульсирующими полосками на её теле какой-то препарат. Нет, им нельзя это знать. Пусть живут так, как они привыкли. Возможно когда-нибудь они всё же узнают, но сейчас они не должны знать об их существовании. Существовании «опороченных». Всю оставшуюся дорогу парень размышлял в этом ключе. Возможно, у него есть свои причины на этакое философство, ведь у каждого своя история и мысли, пока что никто ещё не мог прочесть. Не запрещено, а значит легально.
***
«Приятно» - первое, о чём подумала Джинён, когда начала приходить в себя. Первым, что она увидела был стеклянный потолок, в котором виднелось ночное небо, яркие искрящиеся звёзды и луна, что освещала это большое помещение. Вся мебель, начиная от лампы и заканчивая полом, была в чёрных тонах. Белые в полоску стены, местами виднелась кирпичная кладка, придавали контраст и свежесть комнате, если такую большую площадь помещения можно уместить в таком маленьком слове. Ни одной картины или каких-либо украшений на стенах не было, этакий холостяцкий стиль. Всё было просто и дорого. Словно с обложки какого-нибудь журнала с моделями, где фоном является эта комната. Ким уже не чувствовала боль, что мучила её с самого начала. Вены выглядели как у нормального человека. Но её смутил тот факт, что прямо из её бедра торчит шнур, который тянется прямиком к массивному компьютеру с несколькими мониторами. Она легко смогла принять сидячее положение и осторожно коснулась кабеля, после чего по всему её телу пробежалась волна мурашек. Тот факт, что из её ноги торчит не пойми какой шнур и причём он так не хлипко находится в ней, разозлил её. — Чон, мать твою, Хосок!— девушка не выдержала и крикнула так, что стены пошли ходуном, а сверху послышался смачный шлепок. Через несколько секунд из-за угла выбежал ошарашенный парень. — Что случилось? Где болит?— запыхавшись выпалил тот, беглым взглядом осматривая Ким. Было видно, что он упал с какого-то высокого места, ведь даже безразмерная футболка, что висела на нём, не смогла скрыть покрасневшую руку. Его волосы были растрёпаны, из-за чего в голове Джинён промелькнула мысль, что он спал, а она его разбудила. — Я…— девушка замялась и опустила виноватый взгляд вниз, но как только она увидела шнур, то сразу вспыхнула снова и подняла глаза полные недоумения и ярости.— Что это?— прорычала сквозь зубы она. — А, это…— Удручённо посмотрел на её бедро.— Это то, с помощью чего ты сможешь становиться сильнее. Отныне ты будешь зависима от компьютера и чтобы подключаться к нему тебе, как и обычному гаджету, нужен какой-либо проводник. — Я что теперь что-то вроде мобильника?— надменно и в тоже время обреченно ухмыльнулась Ким словам собеседника. — Почему же именно мобильник? В наше время не только мобильники могут «взаимодействовать» с компьютером,— он понимающе посмотрел на девушку.— Знаю, что выглядит, мягко говоря, не очень презентабельно,— замялся Чон.— Но придётся смириться, ибо без него я бы не смог настроить тебя так, как это надо. — Настроить?— Джинён непонимающе наклонила голову набок, смотря прямо в глаза Хосоку. — Ты теперь что-то вроде программы. С помощью компьютера я как бы подключаюсь к твоей базе данных и способен добавлять и наоборот удалять ненужные вещи. Ну, например, добавлять тебе какие-либо способности,— легко улыбнулся тот. — В смысле способности? Навыки как в игре?— удивлённо выпалила собеседница. — Ну да, что-то вроде того,— не ожидая такого сравнения, Чон почесал свой затылок, улыбаясь кривой улыбкой.— Сейчас у тебя есть лишь способность хамелеона, т.е. ты можешь становится невидимой. Но это только пока ты на первом уровне, с каждым уровнем тебе будут открываться новые способности,— он выпрямился и его улыбка приняла дурацкий вид.— А, и уровни поднимаются тоже с помощью компьютера. — Я-ясно,— переваривая полученную информацию, протянула та.— Т.е. я теперь как будто заточена в ммо рпг игре… — Ну, не прям уж в такой игрушке, этот мир куда интереснее, чем какие-то пиксели. Одни бои чего стоят. Кстати, уровень будет подниматься в зависимости от времени использования способностей. — Ну и правила,— возмутилась Джинён и спустила ноги с кровати, на которой сидела всё это время. — Отныне ты принадлежишь компании, которая будет предоставлять тебе задания либо поручения, за которые будут платить в случае удачного выполнения. Что-то вроде найма. Так же, возможно, ты слышала,что «опороченные» имеют тамагочи, только этот не нуждается в ухаживании, он – механизирован. Есть три вида режима: интеллектуальный, агрессивный и «слуга», последний больше приближен к обычному поведению собаки. Тебе компания предоставила мальчика далматинца, его кличка Кальвиан,— он подошёл к белой с чёрными пятнышками комке металла. Хосок прикоснулся к одному из пятнышек и оно стало мерцать синим цветом, после чего, словно гирлянда на новогодней ёлке, все остальные точки загорелись, освещая помещение. Он был не столько синим, сколько лазурно-голубым, что резал глаза, не давая толком осознать происходящее. После минутного сияния, свет постепенно стал утрачивать свою силу и постепенно сходил на нет. Джинён ещё несколько минут осматривала комнату сквозь глаза-щёлочки. Сейчас она напоминала маленького сонного крота, который заблудился. Когда глаза той уже спокойно могли воспринимать этот мир, то они увидели непонятное и вместе с тем пугающее существо. Да, девушка понимала, что это существо и есть её собака, которая станет самым близким с этого момента, но всё же Кальвиан в этот момент выглядел как киборг из каких-то старомодных фильмов ужаса. Он неподвижно стоял, и ни Ким, ни Чон не торопились что-либо делать. Хосока такое появления явно застало врасплох, ибо никогда за всю его жизнь он не видел что-то подобное. Возможно, это такая отличительная черта у тамагочи голубых кровей. Ему никогда не представлялась возможность наблюдать за «включением» собак такого высокого класса. А ведь правда, далматинец – это дорогой питомец и довольно таки редкий, даже самые могущественные компании с трудом получают тамагочи такого класса. Рассматривая каждый миллиметр собаки, парень поймал себя на чувстве зависти. Он завидовал, что такой как Джинён досталось всё то, о чём мечтал он. Ему стало противно от таких мыслей, он спрятал их в дальний уголок своей души и сделал вид, что уже видел такое и не раз, будто это обыденный процесс. Всё же нельзя показывать своё недовольство перед такими как она. Иметь в приятелях такую как она ему явно нравилось. Чон видел, что в будущем девушка станет кем-то большим, чем просто «опороченная». Одно лишь то, что она стала «опороченной» придавало ей статуса, а такие подарки делали её кем-то особенным. Парень понимал, что быть знакомым с Ким было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Простая компания, предоставляя такие предметы, не могла без каких-либо причин оставить её ему. А вдруг он бы убежал с таким добром? Есть лишь два объяснения таким поступкам: либо за ней ведётся пристальная слежка, либо люди из компании слишком глупые. На правду больше походит первый вариант. — Кхм,— решив оборвать нить молчания, что уже довольно долго тянулась, парень прокашлялся, привлекая к себе внимание.— Изволь любить и жаловать. Рассмотрев вдоль и поперёк её нового «друга» Хосок выдал ей банковскую карточку, где сосредоточилась вся её начальная сумма, а это примерно двадцать миллионов вон, ключи от квартиры и бумажки, которые считались документами, где той было двадцать один – совершеннолетняя. На что та лишь хмыкнула, прочитав ID карту. «Прибавили мне ещё три гида, значит?». От осознании, что всё серьезно и она не спит, ей стало страшно. Да она была готова щипать себя столько раз, чтобы проснуться в прошлом, где она и её мама с отцом проводили вместе время и не видали ни печали ни горя. Ей страшно смотреть в будущее. Всё новое и необъятное пугало её. Она просто хотела закутаться в рогалик в собственном одеяле в своей комнате. Ей страшно от незнания о том, что будет происходить дальше.***
Уже ближе к середине дня Чон подвёз Джинён и Кальвиана к её квартире, та с волнением ехала в лифте, предвкушая каким будет её дом. Ведь кто знает на сколько она там останется и хотелось бы, чтобы помещение её устраивало. Повернув ключ в дверной скважине, её ненадолго ослепил яркий, но такой тёплый свет. Помещение было до неприличия большим для такой маленькой девушки как Ким. Две просторные комнаты, кухня для большой семьи и уборная, для пользования которой предназначен точно не один человек. Квартира явно была большой, из-за чего девушка изредка слышала эхо, комментируя каждое её спотыкание. Мебели было слишком мало, лишь «самое нужное»: белый стол, несколько чёрных стульев, белый диванчик, холодильник, душевая и туалет. Минимализм. Джинён стало невыносимо от такого огромного количества свободного места, она привыкла, что места катастрофически не хватает и приходится складывать в кучи вещи. Первым делом она решила сходить в ближайший магазин техники и купить себе средства связи с окружающим миром, а именно: смартфон, ноутбук и модем. Она была удивлена, что удостоверение личности и правда достоверно. Хотя, чего ещё ожидать от нынешних «компаний». В их руках вертелись миллиарды вон и жизни подчинённых. Каждая мысль об этом отдавалась мурашками по всему телу. Идя домой, девушка не смогла обойти стороной супермаркет. Пусть теперь она не нуждалась в пище, но всё же большую часть её хорошего настроения составляло сладкое, а в минуты наблюдения за восходом или закатом солнца отличную компанию составляла чашка сладкого кофе. Разделять время препровождения с бодрящим напитком её научил Тэхён. Он сам любил частенько зависать на всю ночь на какой-нибудь крыше и попивать крепкий кофе. Пусть сейчас его нет рядом, но Ким всё так же продолжит его пить, убеждая саму себя, что он рядом и всегда был с ней. Полазив на бесконечных просторах интернета, Джинён заказала всё нужное, чтобы продержаться до первой «зарплаты». Мебель должна была придти под вечер, что устраивало её. Ведь она решила принять ванну, которая, по словам Хосока, полностью изменит её внешность. Он говорил, что изменится цвет волос, лицо, его форма и содержимое, фигура, рост, вес, вся она станет другой. Девушка не могла поверить, что из-за какой-то воды, она поменяет всю свою внешность. Тогда уже никто из прошлого не узнает её. Она получит шанс на новое светлое будущее, без неприятелей, друзей и… Семьи. Она откроет дверь в совершенно новый мир, отличный от её. Ким помнит, как мама часто пропадала на многочисленных работах, пытаясь хоть как-то выплатить долги за аренду квартиры, некогда бывшей их, как валилась с ног, приходя после трудного дня. В глазах матери он видела себя в качестве обузы, ненужной, лишней… Она не хотела видеть этого вновь, хочется, чтобы её мама была счастлива и любима так, как не была с ней. Девушке больно, от того, что не может дать ей то, что она заслуживает, ведь в её глазах она уже спустилась ниже некуда. Включив воду в душевой, Джинён нерешительно подставила пальцы правой руки под струю тёплой воды. С самого детства она была смуглой, низкой и с небольшим превышением в весе для её нормы. У неё было множество комплексов по поводу своей внешности, она боялась быть другой, отличной от остальных. Ведь слишком диковинных красивых девушек одаряют презрительным взглядом, полным зависти, а тех, кого природа обделила красотой, люди просто избегают. Она, пусть и не была настолько страшной, но была всегда одна, вдали от остальных, обделённая вниманием, поникла и замкнулась в себе, и лишь Тэхён мог хоть как-то поддержать её и помочь развеять одиночество. Область, попавшая под напором воды стала бледной, очень близкой к белому. Ким сначала ужасно испугалась, пытаясь оттереть это, вдруг получится. Но нет, кожа приобрела цвет первого снега. Тяжело выдохнув, под струю воды попала небольшая прядь волос девушки, из чёрного цвета она перешла в ярко розовый. — Да вы шутите,— дрожащими губами прошептала та. Если она полностью попадёт под падающую вводу, то пути назад уже не будет. Девушка понимала это каждой частичкой своего тела. Она умрёт для всех тех, кто знал её такую. Никто не узнает её, проходя мимо на улице. Джинён переполняло желание нового светлого будущего, где все те невзгоды, что она прошла, останутся позади. Она устала от этой жизни. Это тот единственный случай, где она не боится перемен, а наоборот идёт к ним навстречу. Сделав глубокий вдох, Ким сделала большой шаг в сторону душа и оказалась в самом эпицентра «дождя». Она чувствовала в себе изменения, чувствовала, как она менялась. «С этого момента той Джинён, которую знали все: её семья, друзья и прочие- больше нет. Есть только «опороченная» Джинён, отличная от всех вас».
