Обычная жизнь Пожирателя смерти

      Несколько дней прошли в полнейшем спокойствии. Никто никого не донимал и не обижал.       Семья Певерелл — Слизерин тоже жила как прежде.       В гостиной Слизеринов сидела Софи и ее мама. — Мам? — спросила девушка. — Слушаю, — Африн посмотрела на дочь. — Расскажешь мне, как вы по бумагам поняли, что я — Певерелл? — в голосе Софи скользило плохо скрытое любопытство. — Да, — кивнула женщина, — Короче говоря, после того, как Молнилия и Жанель узнали, что ты не знаешь свои корни, начались поиски.       Софи смотрела на маму, внимательно слушая. — Жанель наткнулась на родовые бумаги, — продолжала блондинка, — Где сказано, что ты — бастард рода Певерелл. — Оу… — Ты знаешь, что такое бастард? — Внебрачный ребенок, — Софи задумалась. — Да, Синглер постаралась скрыть, — Африн нахмурилась, — Они даже подменили информацию в некоторых досье. Правда, сами они думают, что сожгли. — Слов нет! — рыжеволосая тоже нахмурилась, так ей надоели эти Синглеры. — Молнилия забрала все родовые бумаги у Риты и у Жанель. С этого началась твоя история.       Софи сидела ошеломленная услышанным.       В гостиную вошла Молнилия и села в кресло. — Она рылась во всех бумагах, пока не нашла имена твоих родителей и то, что они, незадолго до смерти, стали Пруэттами… — Как представлю, что Синглеры их убили… — тихо сказала девушка. — Мам, может продолжишь потом? Софи грустить начинает, — сказала Молнилия. — Я…я…я…сейчас вернусь, — Софи встала, — Извините, пожалуйста.       Она очень быстро вышла из гостиной и пошла на улицу. Ей надо было переварить полученную информацию.       Вернулась она через полтора часа. — Мы уже искать собрались, — обеспокоенно сказала Африн, как только дочь зашла в гостиную. — Я…выходила проветриваться, — виновато сказала рыжеволосая, садясь в кресло. — На полтора часа? — М-м-м… да, — кивнула девушка и ушла в себя. — Как у тебя со стихийной? — спросила женщина.       Софи вышла из раздумий и посмотрела по сторонам. — Уже лучше, — пожала плечами девушка, — Только, вода малость не слушает. — С водой повремени. — Хорошо, — кивнула Софи, — Что-то я полосу препятствий вспомнила… — Что за полосу? — в голосе Африн слышались нотки заинтересованности. — Ну, когда я и Адиль учились в академии, — начала Софи, — Тогда директором был Малфой… этот павлин. Авада, а потом и Молни устраивали нам полосы препятствий. То палочку заберут и в самую гущу событий, то с палочкой и к вампирам. И прочее в этом духе. Помню даже, как мы с Адилем довели Аваду, и тогда появилась Молни. Мы тогда накосячили и она нас допрашивала. — Она допрашивала?! — воскликнула Африн, — как? Каким заклинанием?! «Энкес»? «Аскес»? «Магнун»? «Каомо кретес»? Ты сильно пострадала?!       Женщина сыпала вопросами, а Софи была в ступоре. — Или «Кунимикус стей»? — продолжала сыпать вопросами блондинка, — Хотя, нет, тебя бы тогда не было... «Снэч»? «Фаунпор»? — Да нет, — поспешила ответить Софи, — окклюменция и сыворотка правды. Страшно было, когда она шипела. Но вот допы… — И это все?! — женщина была в шоке, — в жизни не поверю, что она ограничилась этим… — Мама! — встряла Молнилия, — Ничего из арсенала Слизеринов я не использовала. Не хотела их шугать!       Африн холодно рассмеялась. — Ты и «шугать»??? Да ты просто обожаешь это. — Я молчу, как мы с Адилем паниковали перед тем, как идти к Молни. — Да половина Пожирателей боятся возле тебя даже дышать! — Африн все никак не могла поверить, — Все! — Мам! Ты сейчас сама чем занимаешься? — спросила Софи. — Ничем. — А, по-моему, ты меня в панику вводишь, — голос Софи дрожал. — Признаю, — Молни хищно улыбнулась, — Я обожаю, когда меня боятся. Это для меня как нектар. — Это правда, — сказала Африн, — но мы твоя семья и не навредим тебе. — Кстати, мам, — бодро сказала Молни, — ты никогда «ничем» не занимаешься. — А я думаю, что одного тихого голоса Молни будет достаточно, — буркнула Софи, глядя на сестру и маму, — Кстати, почему Пожиратели боятся возле тебя дышать?       Софи была испугана донельзя, но старалась этого не показывать. — Да так…— Молнилия заметила, что сестра напугана и повернулась к маме, — мама! Сколько раз говорить, не пугай Софи. — Молни! Паника — это еще не страх! — Софи храбрилась, как могла. — Прости, Софи, — тихо сказала Африн. — Мама сеет страх. Вводит в панику предполагаемого врага, особенного того, кто боится страха, — рассеяно сказала рыжеволосая. — Мам! Надо поговорить! — Молни решительно встала и пошла к двери.       Африн пошла за дочерью. Софи проводила их недоуменным взглядом и ушла в себя. Тем временем Молнилия и Африн разговаривали на весьма повышенных тонах в коридоре. — Мама! Что ты творишь???? — Молни шипела, как рассерженная змея. — Молнилия… Я не сдержалась… — Я не хочу, чтобы она меня… нас, — поправилась Молнилия, — шугалась, как огня. — Ей следует знать! — теперь была очередь Африн злиться. — Да, — кивнула Молни, — Но не сейчас. Сколько мне требовалось, чтобы доказать ей, что я не причиню вреда.       Женщина пыталась было возразить, но дочь перебила. — Хотя то, что я и ты при ней делаем, это верхушка айсберга! Песчинка в океане. — Я не хочу, чтобы из-за нашей не открытости, она вела себя с нами также, как с Синглерами, — голос Африн был холодным, но в нем проскальзывало что-то неуловимое. — О чем ты говоришь? — тут же вскинулась Молнилия, — Мы не врем ей ничего. Мы просто скрываем то, что убиваем по сотни людей на дню, что пытаем всё вокруг. Что являемся по-настоящему Тёмной принцессой и Леди, не знающей жалости ко всем, кроме семьи и то, что за ошибки ожидает наказание! — Она всё равно узнает! — напористо сказала женщина. — Да, но не сейчас! Ей и так трудно. Даже я удерживала себя от того, чтобы не кинуть в нее Круциатус из-за того, что она снова чуть не попалась мракоборцам! И исчезла, заставив нас всех волноваться! — То есть, она даже не знает, что вопреки нашей любви мы даже тебя наказываем? — на лице блондинки читался шок. — После того, как она стала Певерелл, я такие жестокие сцены жизни не говорю. Африн промолчала. — Мам, — продолжила Молни.— У нас договор. В чем бы не провинилась Софи, её не наказывать. Она и так настрадалась, возле неё мы должны быть обычной мамой и сестрой. — А Авада и Жанель? — казалось, Африн не верит сказанному. — Они знают договор, — еще убедительнее сказала Молни, — Мам, прошу тебя, постарайся, как и я, забыть, что ты Тёмная Леди. А я о том, что я Тёмная принцесса. — Да, ты права, — уступила Африн, — Мы не должны её запугать. Должны подготовить.       Они зашли обратно в гостиную.       Из-за угла вышел Адиль, который слышал весь разговор. Он стоял посреди коридора, не зная куда податься. Только он собирался пойти в гостиную, как дверь снова открылась и в коридор вышли две блондинки. Они опять спорили.       Адиль тут же спрятался за угол. — Она должна знать! — в голосе Африн слышалась ярость. — Не сейчас! — по голосу Молни было слышно, что она злится не хуже матери, — Это может окончательно ее добить.       Африн нахмурилась. — Объясни, что ты творишь?! — продолжила Молни. — Узнаю ее мнение.— женщина пожала плечами.       Дверь в гостиную отворилась и оттуда вышла Софи. Блондинки тут же замолчали. — Софи… — начала было Молни. — Я сейчас приду… — тихо сказала рыжеволосая и пошла по коридору. — Видишь! — прошипела Молнилия, как только Софи скрылась из виду, — она еще не привыкла! Дай ей время!       Африн промолчала и зашла в гостиную, за ней следом зашла Молни.       Адиль, тем временем, вышел из-за угла и побежал в комнату Софи. — Софи! — Адиль ввалился в комнату девушки, — Ты не поверишь, что я сейчас услышал!       Софи сидела на кровати. — Что? — Это просто! — Адиль пересказал ей услышанный разговор, — Они боятся отпугнуть тебя.       Софи не знала, что сказать. В голове сотнями роились мысли. — А ты откуда узнал? — дрожащим голосом спросила Софи брата. — Случайно услышал в коридоре, — сказал Адиль, — шел в гостиную, а тут они… ну и, подслушал… — Ладно… — вздохнула девушка, вставая с кровати, — Пойдем в гостиную.       Она пошла к двери, а Адиль за ней.       В гостиной сидели Молнилия, Африн и Жанель. — Ерханчик, — пропела Жанель, как только Адиль и Софи зашли, — Приветик. — Кузина… — тихо сказала рыжеволосая. — Да, Софи? — тут же откликнулась Жанель.       Софи с минуту смотрела то на кузину, то на Адиля. — Да нет-нет, уже ничего. Ты только не срывайся, — наконец сказала она, — А я пока пойду успокоительного выпью. — Что случилось, что ты пьешь успокоительное? — тут же спросила Африн. — Я…я…я… мне кошмар приснился… вот я нервничаю… — тихо сказала Софи. — Расскажешь? — женщина в упор смотрела на рыжеволосую, — Ерхан! Иди в подвал, проверь василисков!       Адиль вышел, а Софи была в некотором неверии от услышанного. — А ты будешь слушать? — девушка не могла в это поверить.       За те годы, что она жила у Синглеров, ее никто никогда не слушал, говоря, что это ее проблемы, а тут. — Конечно! — блондинка встала.       Софи оторопело смотрела на маму. Она все не могла поверить, что ее действительно кто-то слушает. — Хорошо, — наконец Софи встала и вышла с матерью из гостиной.