Видео-селфи

Наконец-то у Ника появился мобильник, в его личное пользование. Теперь он мог записывать номера тех, кто ему нравился, и закачивать приложения по своему желанию. Понятно, что он начал с телефонов родителей. Потом — отчима. Потом — друзей. Потом даже записал номера тех одноклассников, с которыми не перемолвился ни словом. Было таким счастьем с каждым днём видеть, как заполняется телефонная книга. У него был мобильник, и уж он воспользуется им по полной! Спустя несколько дней Ник пришёл в музей вместе с отцом и с радостью демонстрировал всем своё приобретение. Самыми любопытными оказались, разумеется, Сакаджавея и Акменра. Аттилу предмет интересовал, пока звонил — смс, он получил смс! — и отцу потребовалось больше получаса, чтобы того успокоить, даже пришлось просить помощи фараона, чтобы объяснить — здесь нет никакой магии. Джедидайя и Октавиус были в полном восторге от функций телефона. Римлянин не сдерживал громких возгласов удивления, когда мальчик показывал, на что способен аппарат. Когда Ник рассказывал о возможности общаться с отцом на расстоянии намного быстрее, чем обычно, Октавиус запнулся на латинском слове, которого ни Ник, ни Джед не поняли. Краска, залившая лицо Октавиуса, вызывала любопытство, но он наотрез отказался отвечать на вопросы. Ковбой вполголоса предположил, что тот только что впервые выругался, и Ник с ним согласился. Джед продолжал посмеиваться над другом, но всё изменилось, когда мальчик показал им одну из лучших функций своего телефона. Фотографии. И не просто фотографии, а мгновенные. Самое главное, Джедидайя с Октавиусом смогут заснять свои лица, не переворачивая телефон, не рискуя не попасть в кадр. Селфи. Именно это слово использовал Ник. Джедидайя и Октавиус повторили его с таким восхищением, что на миг Нику показалось, что эти двое молиться на телефон начнут. К счастью, такая мысль не пришла им в голову. По крайней мере, пока. Конечно, Ник позволил им играть с его телефоном, фотографировать то и это (и делать селфи). По утрам, в автобусе по дороге домой он обычно просматривал сделанные фото. Но как-то случилось нечто необычное. Однажды утром, уютно умостившись на сиденье, он смотрел на сделанные двумя музейными миниатюрами фотографии. Там были они сами, понемногу всех остальных, несколько животных, снова они. Джед и Октавиус обожали селфи. Ник был удивлен, обнаружив еще и видео. Он и не думал показывать им эту функцию, уверенный, что и так понятно, как она включается. Он нажал на стрелку и запустил видео. Человечки коротко улыбались в камеру, потом римлянин отошёл, в то время как его друг странно смотрел на аппарат. — Думаешь, снято? — спросил Джед. — Совершенно очевидно, это же волшебный прибор, — отрезал Октавиус и склонился к машине достать свой шлем. Лицо ковбоя мгновенно оживилось. На цыпочках он подобрался к своему другу и присел возле него на корточки. — Окти, мы сегодня не надели трусики? Римлянин вздрогнул и резко развернулся. Лицо его побагровело. Сообразив, что Джед, согнувшись, сидит рядом, он нахмурился и врезал ему шлемом. Видео остановилась вскоре после того, как ковбой схватил телефон и положил его в машину, скорее всего нажав на кнопку «стоп». Ник зажал рукой лицо. Он не знал, стоит ли ему смущаться от увиденного или разрыдаться от глупости этих двоих. Запись он, разумеется, не удалил.