Мастер

Трейр сидел в своем кабинете, положив смартфон на край стола, смотрел на карту Европы и приближал города — один за другим. От разнообразия возможностей разбегались глаза. «Будет немного досадно, если Тея наделает глупостей. Все-таки в мои планы не входило терять ни ее, ни Райста. Но я переживу — найду свое место в человеческом мире, как те Темные, которых уничтожил Первый Тиран. Хорошо бы только успеть попросить Флара показать найденный им выход в изнанку… ну и еще стоило бы дождаться, пока Райст изготовит Артефакт Неуязвимости. Тьма, а ведь по уходе из Дарк-Сити Райст мне будет полезнее, чем Тея.» Это осознание вызвало у Трейра невольную усмешку. «Прости, милая, но, кажется, в моих силах разрушить твои мечты про общество Особых. Мы четверо не движемся к единой цели — у каждого из нас цель своя. И что-то я не уверен, что Райста и Флара устроит твоя диктатура.» Пока что следовало вести себя тише воды, ниже травы, не привлекая внимания кого-либо из Неприкасаемых — кроме, разве что, Райста. И в любой момент быть готовым сбежать, скрыться. «Я смогу выжить и без Артефакта Неуязвимости — но с ним будет лучше. Пожалуй… пожалуй, если что, я оставлю Райсту возможность найти меня в человеческом мире, намекнув, что Тее о моем местоположении сообщать нежелательно.» Трейр задумчиво рассматривал фотографии современного Лондона, когда дверь его кабинета открылась. Подняв взгляд, Трейр почувствовал, что в горле застрял противный ком. Оставалось лишь порадоваться тому, как хорошо он за время жизни в Дарк-Сити научился сохранять невозмутимый вид — вот и сейчас Трейр знал, что по его лицу не прочитать изумления — да что там, шока. С доброй и понимающей улыбкой к нему неспешно направлялся Леанис. — Давно не виделись, Теан. — Ты обознался, Светлый, — небрежно бросил Трейр и вновь уткнулся в смартфон. — Вовсе нет, Теан. Хочешь знать, как я нашел тебя? Это было не так уж и сложно. В списке затемнившихся Светлых твое имя выцвело, а, пробив твое имя по базе данных Центра, я обнаружил поступление Эмет — сегодня в 11 утра. Столько Эмет не испускает ни один Темный. Внешне ты изменился, а вот твой энергетический профиль остался тем же, что в XVI веке — его-то я и представил, переступив порог. Тебя можно поздравить, Теан — ты вновь обрел Свет, хоть и не так, как следовало бы. Теан убрал смартфон в карман джинсов и насмешливо взглянул на Старейшину, хотя от досады хотелось кусать локти. «Как я мог об этом не подумать? Светлая Эмет выделилась в момент трансформации, и мне было не до того, чтобы втянуть ее. Стоило бы позволить Тее быть рядом.» — И какова же цель твоего визита, Леанис? — не убирая руку из кармана, Трейр начал вслепую набирать смс Райсту. — Взглянуть, каким стал тот, кого я помнил еще не в меру любопытным мальчиком. У тебя интересный путь, Теан — Свет, Тьма, а теперь еще и совмещение двух несовместимых крайностей. Жаль лишь тех, на чьих жизнях ты поставил точки в своем стремлении взбунтоваться против Света. Я хорошо знал твоих родителей. Ваша семья показывает грустную истину — родители могут быть любящими и понимающими, могут окружать ребенка заботой и предоставлять все необходимое для его развития, но это не гарантирует, что ребенок однажды не погубит их в своей гордыне. Трейр почувствовал, что ему стало трудно сделать очередной вдох, на горле будто бы сжалась чья-то рука. Он предпочитал ничего не знать о судьбе родителей — и втайне надеялся, что, погоревав, они забыли о нем и были счастливы в Светлограде. Неужели… Трейр ждал продолжения, не меняясь в лице. И продолжение последовало: — После того, как ты ушел и нарушил Договор, они вышли вдвоем в человеческий мир — и не вернулись. Я не думаю, что это было осознанное решение совершить самоубийство — скорее просто отчаяние и горе толкнуло их к тому, чтобы покинуть Светлоград, не задумываясь о последствиях. Они не заслужили такого конца, не так ли, Теан? Проклятый Старейшина был прав. «Хорошо, Теан, я покажу тебе изнанку, только тсс — это будет наш секрет» — прозвучал в голове голос отца. «Ладно, сынок, мы сходим в человеческий город — но пообещай мне быть осторожным и не отпускать мою руку» — так явно представилась вдруг ласковая улыбка матери. Вспомнилось, как волосы — тогда еще длинные пепельные локоны — прилипали к лицу от слез, а Райст толкал в плечо и спрашивал — «Да ладно тебе, Теан, ты же все равно не мог иначе, верно?» Не мог. — Будем считать, что я раскаиваюсь и посыпаю голову пеплом, — усмехнулся Трейр. — Что дальше, Старейшина? — Я знаю, что тебе не все равно, Теан — можешь не утруждать себя притворством. Ты же тоже любил их. Не так уж и редко мы губим тех, кого любим — причем любим искренне, всей душой. — Избавь меня от душеспасительных бесед, Леанис. Ближе к делу. «Теан умер в XVI веке. Теан умер, когда родился Трейр. Темный, у которого никогда не было семьи.» — Как скажешь. Расскажи мне, как тебе удалось соединить в себе Свет и Тьму, Теан. — Тоже так хочешь? — телефон завибрировал в руке, значит, сообщение успешно отправлено — вот-вот Райст получит его, и скоро будет можно уходить. — Я всегда знал, что тебе однажды надоест быть Старейшиной. — Тебе не идет паясничать, — покачал головой Леанис. — Расскажи, сколько сейчас таких, как ты, и как это связано с Фларом. Я все равно узнаю — так почему бы не от тебя? — голос Старейшины звучал грустно и почти дружелюбно. Трейр вдруг задался вопросом, сработала бы в изнанке обычная человеческая взрывчатка — он представил, как Светлоград взлетает на воздух, и ему понравилось — это зрелище обещало быть завораживающим. — Спроси кого-нибудь посговорчивее, — посоветовал Трейр. Старейшина взглянул укоризненно. «Насколько у тебя быстрая реакция, Леанис? Старикам вроде тебя свойственно быть медленными — с другой стороны, у тебя были долгие годы подготовиться к любым неожиданным ситуациям.» — Зачем ты так, Теан? Я надеялся на твое сотрудничество — для твоего же блага. Ну что ж… возможно, стоит созвать Неприкасаемых в полном составе, хоть я и не люблю иметь с ними дело. Если в этом мире появилась третья сила — нужно принять меры во избежание хаоса, — Старейшина вытащил из кармана телефон и задумчиво уставился на экран. «Неужели у него есть номер Теи? Что ж… Будь что будет.» — Трейр знал, что для Старейшины рывок на такой скорости выглядел как рябь перед глазами — и все же не успокоился, пока не сделал несколько шагов по брусчатке, пока не огляделся по сторонам, пока не вдохнул полной грудью прохладный воздух Амстердама. «Давай, Райст. Я жду тебя. Пора заканчивать этот цирк. Светлые, Темные, Особые… Общество нужно Тее, но не нам.»