Волк против Льва

      — Я жду Вас здесь уже вечность, - лениво произнёс Джофф, когда нога Робба пересекла площадку. Кронпринц не поскупился на зрителей. В их числе были, пожалуй, все, кто только мог подняться после пира хотя бы к обеду.       — Надеюсь, что Вы нашли чем себя занять, - сказал в ответ мальчик, с должной вежливостью, но без должного акцента дружелюбия. Он не умел врать тем, кто откровенно ему не нравился. Даже если это сам кронпринц, перед которым однажды ему придётся склониться, как склонился его отец перед венценосным родителем Джоффри.       — Не особенно. На этой площадке я не нашёл достойных противников. Я лелею надежду, что Вы меня не разочаруете... Пёс! - подозвал к себе Баратеон, заставляя всех обратить внимание на доспехи в руках своего охранника. Они были такими же золотыми, как грива его волос. На гладком железе не было ни царапины. Наверное, оттого, что хозяин доспехов ни разу не дрался в них.       — В битве на палках нет нужды в доспехах, - подметил сир Родрик, держа в руках рукоятки деревянных оружий.       — Вы принимаете нас за каких-нибудь юнцов? - достаточно учтиво для резкости, спросил принц, презрительно посмотрев на затупленные концы деревяшек.       — Я будущий король, а мой противник - наследник Хранителя Севера. Мы будем биться по-настоящему.       — Это невозможно. Таковы правила, - мягко подтвердил подмастерье, стоявший по левую руку от мастера по оружию.       — Тогда мы придумаем новые, - строго ответил Баратеон.       — Настоящая сталь слишком опасна. Я разрешаю вам взять турнирные мечи с затупленными краями, - не поддавшись на уговоры, сообщил сир Родрик.       – Неужели здесь учат женщин? - поинтересовался человек со шрамами, выходя из-за спины своего принца.       – Я воспитываю рыцарей, – подчеркнул сир Родрик. – Они получат сталь, когда будут готовы к ней… Когда достигнут нужного возраста.       – Как жаль, - с деланным сожалением протянул Джофф. – Тогда встретимся, когда подрастешь, Старк. Если к тому моменту мы оба не пойдём сединами и не начнём ходить под себя, - прыснул он. Люди Ланнистеров расхохотались, вторя ему. Гордость его противника была задета. Робб почувствовал как чья-то крепкая рука легла на его плечо, сдерживая от поспешных действий. Наверное, кто-то из людей отца.       — Дайте нам сталь, сир Родрик, - повысив тон, чтобы и последний насмехающийся его услышал, попросил он, не собираясь терпеть унижения от кронпринца. Но когда седовласый рыцарь вручил своему ученику нужное оружие и передал ещё одно противнику, тот сдержанно отказался.       — Я возьму свой меч, - произнёс Джоффри уверенно.       — Подарите Старку шанс, - сквозь зубы проговорил его изувеченный Пёс, наблюдающий за окружающими с неподвижным лицом. Принц всё же молчаливо согласился с ним, взяв поданный меч в свои руки.       Правила было решено спешно изменить, и, если раньше наследники двух великих домов могли драться сколько пожелают, на этот раз время их встречи ограничили пуском первой крови. Под запрет попали все ранения в живот, голову, шею и пах. Остальное – руки и ноги было разрешено бить без фанатизма, тщательно рассчитывая свои силы, чтобы не навредить противнику всерьёз.       Получив свой меч, Робб слушал наставления, раздумывая, что станется за то, чтобы их нарушить. Джоффри, казалось, они не интересовали вовсе. Его взгляд бродил по собравшимся людям, словно ища кого-то, и улыбка расцвела на его губах, как только он нашёл её.       — Леди Санса. Окажете ли Вы честь повязать ленту на мою руку?       — Да, мой принц, - зардевшись, молвила девушка. Она вышла из толпы всего на шаг и, вытянув серую ленту из своих волос, без сожалений обернула её вокруг запястья Оленёнка, завязав в аккуратный бант.       — Я желаю Вам победы, милорд, - улыбнувшись, прибавила она, ещё более покраснев, когда принц раскланялся ей в благодарностях. После этого бой было решено начать немедля. Выйдя друг против друга, противники занесли мечи, вставая в боевые стойки в ожидании действий.       Оружейному мастерству Робба обучали с 5 лет. Сир Родрик безошибочно определил способности парня выкладываться в своих битвах. Для этого юноше не было необходимо испытывать к сопернику отрицательных чувств. Заведомо побеждённый им больше не расценивался как достойный противник, а Старк был неутомим в своём желании одержать верх. Это отнюдь не значило, что череда боёв всегда заканчивалась его безоговорочным успехом, но в случае с кронпринцем Робб не сомневался, что победит.       Мальчик, выступивший против него, был высок и хорошо сложен. Каждый мог заметить, что королевские прислужники научили Львёнка правильно держать меч и делать выпады при нападении. Но отражение ударов не было сильной стороной его подготовки. Он был на несколько лет младше Молодого Волка и по силе не мог сравниться с мальчишкой с Севера.       Удар. Отражение. Снова удар. В глубине души Старк торжествовал от того, что свёл противостояние двух домов к тому, что второму приходилось лишь успевать отбиваться. А, впрочем, понимал, что такая победа не стоит больших затраченных усилий. Будущий король всего лишь мальчишка, фехтующий не лучше Брана. Выйди против Робба другой рекрут, хотя бы его ровесник, схватка оказалась бы куда интереснее для наблюдателей, которых, пожалуй, и без того собралось немало. Все желали узнать, каков сын короля в деле. У них был шанс оценить и его ярость, и его чуть перекосившуюся часть одеяния.       Когда Робб наконец ранил мальчика, раскроив его руку чуть выше запястья, Джофф заляпал венценосного оленя на правой части своей туники алой кровью и отступил на шаг. Сир Родрик приказал сложить оружие. Сдерживаясь от победоносной улыбки, его воспитанник сделал это не задумываясь. Принц же медлил. Зелёные глаза метали молнии, не хуже тех, которые попадают в деревья в грозу. И вскоре те нашли выход. Резко замахнувшись своим мечом, Баратеон напал на безоружного Робба, с намерением поранить его руку. Джори, стоявший рядом с своим лордом, остановил его, резво извлекая из своих ножен оружие, но его усилия не уберегли юного наследника Винтерфелла от пореза. Осознав, что произошло, Робб не стал пасовать. Ярость взыграла в нём, требуя немедленного отмщения, и кинувшись на кронпринца, он успел взять его за грудки разномастной туники, прежде чем трое мужчин оттащили его прочь.       — Я сказал сложить оружие! - яростно прокричал сир Родрик, глядя на мальчишку Баратеонов. Джоффри и не пытался оправдываться. Его верхняя губа дрожала перед тем, как он наконец совладал с собой и привёл раздосадованное лицо в порядок.       — Надо как-нибудь повторить, лорд Робб, - произнёс он гордо, отдавая меч верному Псу. Кто-то из гвардейцев прошептал мальчишке о необходимости посетить мейстера. Тот прижимал к себе окровавленную руку, мысленно посылая противника, наградившего ранами, в далёкое Седьмое Пекло. Робб ему не ответил. Намеренно не глядя на порезанную руку, он избавился от мужчин, сдерживающих его, и направился к Великому Замку, по-прежнему, высоко держа голову.