"D" — Воля сердца и мечты

      Солнце утонуло в море и город погрузился в свет фонарей и мерцание звёзд. Пиковые весёлая команда. Эти ребята умели развлекаться лучше кого бы-то ни было. Скажем так, столик пиратов притягивал косые взгляды остальных посетителей и был самой шумной частью заведения. Как и во многих других барах, в «Большом Джо» выступали музыканты. Тихое мяуканье инструментов, по идее, должно было создавать атмосферу, но скорее уж разрушало её, нежели наоборот. Правда, даже это бренчание заглушал громкий хохот и голоса шайки Портгаса. — Смотрите, смотрите, это же Пиковые пираты! — шептали гости заведения. — А эта девчонка им зачем?! Такая маленькая… — катился шёпот дальше, от стола к столу. — Ха!.. Неужели она им…! — воскликнула какая-то женщина за крайним столом. — Дура что ли?! — шикнул на неё кто-то. — Нет, конечно, для этого существуют иные места. Эта «милашка» — их старпом. Говорят страшная девчонка, лучше её не злить! — пояснил тот же мужчина.       Лайс, словно услышав их, и в середине оживлённой беседы резко встала с места. Голубоглазая пиратка в маске улыбнулась самой себе и плавной походкой подошла к музыкантам, мучающим уши посетителей, посчитав, что она не она, не выполнив очередной идеи в жизнь. — Дяденьки, вам курлыкать этот ужас ещё не надоело? — с хитрой улыбкой спросила Харрмишь, заведя руки за спину и поставив ноги вместе, строя невинный интерес. — Чего тебе нужно, шпана малолетняя? — огрызнулся скрипач. — Мне надоело жалкое скрипение ваших инструментов, из которых вы пытаетесь выжать какие-то больно высокие звуки для этого места, — в сторону ответила девица, повернувшись к музыкантам спиной. — Нэ-нэ, Кимобу! Ты ещё не слишком пьян?! — замахав руками, крикнула старпом одному из пиратов. — Чего желаете, Госпожа старпом? — поднимаясь из-за притихшего стола, спросил стройный мужчина среднего роста с длинным хвостом жёлтых волос. Он же — Кимобу Картьер — музыкант Пиковых пиратов, которого так разыскивал Эйс. Мужчина действительно жил музыкой и только ей, попутно подсаживая на данный вид зависимости и всех окружающих. — Я хочу танцевать! Кимобу, покажи этим любителям, как веселятся пираты! Хочу, чтобы в пляс пускались даже стулья! — широко улыбалась черноволосая девочка в маске, весьма эгоистично требуя исполнения собственных замыслов, пусть даже крайне сложноисполнимых. — Если вам что-то конкретное будет угодно… — начал было Картьер, прежде чем коснуться пальцами струн гитары, стащенной со спины. — Самую-самую из тех, что выдержат струны! — ответила девочка, продолжая широко улыбаться и размахивать руками из стороны в сторону. — Шу, — пихнул Силь напарника, взглядом указывая на Бойка, направлявшегося к музыканту, — они собираются от души развлечься под эту песню! — в голове матроса было праздное неверие, а карие глаза заблестели, только Тай о чём-то договорился с Кимобу. — Иди и участвуй, — бросил Нрод. — Если ты, как наша старпом, обожаешь эту мелодию, — добавил молодой пират. И ведь не поспоришь с тем, что по вечерам эта песня всегда разливалась по палубе, иногда в страннейших коверканьях или с жуткой фальшью. — Госпожа старпом, если позволите, — в лёгком поклоне попросили музыкант и счетовод, а девчушка кивнула. — Мьсё и мадам, — обратилась старпом к сидевшим сейчас в «Большом Джо», — приглашаю вас потанцевать! Ши-хи-хи! — засмеялась Лайс под первый аккорд заигравшей гитары. — Тех, кто попробует откреститься, ждёт беседа со мной и моим братом, — как бы невзначай предупредила Анаконда.       Забренчали туго натянутые струны, застучал по полу каблучок, тишину, по вполне понятным причинам обосновавшуюся в баре, разбили звонкие хлопки маленьких рук. Ещё раз взглянув на людей, черноволосая негодница громче прочего топнула ногой и плавно закружилась, прыгая с ноги на ногу, медленно проведя руками по воздуху, понемногу ускоряя ритм. Каждое следующее движение было резче и быстрее предыдущих. Словно оно звало. Голубоглазая пиратка за долгие годы научилась танцевать так хорошо, что занять толпу своей пляской для неё было пустячным делом. Легкие, бойкие движения черноволосой девицы, зажигательные звуки ожившей гитары и голос, коим обладал Тай, притягивали к себе внимание и разжигали яркое, неопределённое чувство, подстрекающее к участию. Подхватив это веселье, заиграли и другие инструменты, стали подпевать пираты и охотники за головами, выучившие эту песню, (не Саке Бинкса, но всё же), а гости «Большого Джо» сперва несмело поднимались с мест, похоже, страшась угроз старпом, сначала просто прихлопывая или пританцовывая, а после раскрепощались и пускались в пляс, уже с душой, по своему желанию.       Да, пираты мало кому нравятся, но разве же были силы противостоять всеобщей, внезапной праздности. Под светлую, зажигающую внутренний огонь музыку сливались все виды и формы танца. Иных люд доселе и не знал! Прыжки, хлопки, кручения и верчения — всё так перемешалось, что разобрать уже было невозможно. Но… Это было так весело! Силы словно снова и снова наполняли тела танцующих! Улыбались и смеялись даже те, у кого танцевать получалось не очень. Пиковые, из тех, кто не отправился под шумок в иного рода заведение, решили в этом не участвовать. Но и их тянула к себе музыка. И спустя несколько минут бессмысленной борьбы, пираты во всю веселились, демонстрирую все свои умения и способности. — Ну, же! Братишка Эйс, не упрямься! — улыбнулась голубоглазая девица, стаскивая веснушчатого юношу со стула, который остался за столом один, с печальной улыбкой наблюдая за происходящим. — У меня это плохо выходит, — попытался отвертеться темноволосый парень, вспоминая, как при последней попытке потанцевать он своротил вазу, что была очень дорога Макино. — Я же тебя не на балет тащу! Всего-то двигаешь ногами и хлопаешь руками! Это не так сложно, как ты себе вообразил! — показывала старпом, не желая наблюдать за кисломордым тушканчиком. Короткие движения и долгие танцы этой ночью в «Большом Джо» ещё долго обсуждали, правда, в конце концов все свалились без сил.       За долгое время, кажется, это было то редкое утро, в которое солнце не радует и наступивший день не сулит ничего хорошего. На рассвете город был на редкость сонным и словно бы замедленным. Ещё бы! Ведь вчерашнее веселье прекратилось лишь к восходу солнца. — Кимобу, спасибо тебе! — поблагодарила музыканта старпом, вышедшая на приём пищи с гнездом на голове и ночной рубашке, так-то находящейся в гардеробе брата, но, за наличием нагрудного кармашка и потрясающей нашивки в виде кристалла, забранная в единоличное пользование сестрой.       Вероятнее всего, переодевал уставшую девчонку тоже капитан, категорически возражающий, чтобы старпом дрыхла в сапогах или верхней одежде. О внешнем виде за завтраком Харрмишь решила не думать, вовсе позабыв про остановку у берега и не сильно придавая этому факту значение. А остальные были своими, уже привыкшими к таким порядкам на корабле. Завтрак проходил на палубе, кок решил, что так команда будет лучше себя чувствовать и греться на солнышке, попутно охлаждаясь прибрежным ветром. Вот и являлись заспанные Пиковые к столу, недовольно щурясь от яркого света и причитая, что до камбуза-то идти меньше. — Не за что! Я и сам вчера порядком заскучал! — засмеялся мужчина. — «Как же хорошо, что я вчера почти не пил, » — весело покачиваясь на стуле и попивая терпкий чай с молоком, наблюдая за шатающимися из стороны в сторону товарищами, при попытке добраться до спасительного места за столом, думал Картьер. — Ну, Госпожа старпом, ты даёшь, — усаживаясь подле музыканта, заявил не менее чем остальные помятый Тай, к тому же вчера ещё и осипший от пения. — Весь город заставила потанцевать! Так здорово мне давно не было! — похвалил старания девчушки Куб. — Всего-то… Мне просто подумалось, что лучше уж так, чем просто скучать ещё два дня, — запивая омлет дозволенным к употреблению кофе, произнесла Анаконда с некоторой задержкой осознавая ситуацию и сопоставляя фразы и сидящих людей. Похоже, сказывалась изматывающая вечеринка и на ней. — Иногда меня правда пугает то, на что ты способна, — заметил Портгас, у которого после вчерашних плясок болело всё тело и было паршивое настроение. — Но признай, Кэп, сестрёнка твоя зажигать умеет! — с издёвкой пихнув капитана в бок сказал плотник. — Мне просто нравилось танцевать и я научилась, в этом нет ничего странного, — фыркнула Лайс, пожёвывая хлеб с джемом. — Ага, у пиратов в баре! — отпивая молока из кувшина, сказал предводитель Пиковых, сведя брови и возмущённо взглянув в сторону младшей, на что последняя решила не обращать внимания. — У пиратов? — не понял музыкант, равно так же, как и остальные. — Ага! Наш остров был точкой, куда заплывали многие пираты и все они, как правило, останавливались в заведении, хозяйка которого присматривала за мной, — отвечала Харрмишь, не отвлекаясь от приёма пищи. — Макино-сан часто просила помочь, а после можно было поговорить с приплывшими. А вечером они всегда напивались и плясали до упада! — громко засмеялась голубоглазая девочка. — Болтун — находка для шпиона… — буркнул темноволосый капитан. — Научиться так танцевать смотря на других?.. Голубоглазая, ты поражаешь! — протянул штурман, нервно дёргая скулой, недоумевая над тем, почему этот дурацкого воспитания ребёнок не в состоянии выучить карты, которые в разы проще того, какие трюки иной раз вытворяла с собстенным телом старпом — Это так удивительно? И я не собиралась этим заниматься. Лишь случайное стечение обстоятельств, — «И наглое желание Поллы!» — добавила про себя девочка в маске. — Нет. Что ты! Я каждый день вижу людей так танцующих, что в пляс пускается весь город! — с неприкрытым сарказмом ответил Чарт, активно жестикулируя, что всё-таки пробило Лайс на смех       Ближе к полудню стало так солнечно, что черноволосая негодница решила потихоньку проскользнуть в город на прогулку. Получилось это, прямо скажем, не с первой попытки. Сначала Динко попросил помочь с картами, в которых девочка ни сном ни духом. Попутно штурман предпринял очередную попытку вбить в голову второго лица команды хоть малейшие представления о навигации. Потом Эйс прицепился с размышлениями на тему его награды, мол она такая низкая. Видать мстил за вчерашние танцы. А под конец ещё и Таю с Орбэ с провизией пришлось помогать. Когда же Харрмишь наконец выбралась с палубы корабля, первое, что она сделала, это затерялась в переулках, что бы никто и пробовать не стал её искать.       Улочки в городе были длинными, но не очень широкими. Создавалось чувство спокойствия и домашности. Хотя многие сравнивали это с зажатым пространством и наоборот, чувствовали себя некомфортно. Ещё и эта сонная атмосфера. Каждый второй из немногих прохожих беззастенчиво зевал. Внимание голубых глаз, заскучавших от одинаковых пейзажей и людей, приковала розовая вывеска в виде большого немного растянутого в ширь сердца. — «У Луизы»?.. — с вопросительной интонацией прочитала надпись пиратка. Постояв в непонимании секунды две, Лайс решительным шагом направилась ко входу. Ну, как не трудно догадаться, девица прямо скажем разочаровалась своей находке. — Это публичный дом? — спросила Харрмишь, как-то сухо оглядывая украшенные стены и немного морщясь от присущего таким заведениям запаха, у подошедшей к ней девушки. — Да~! А что ты здесь делаешь, миленькая, маленькая девочка~? — растягивала слова девушка так, что фраза почти теряла свой смысл. — Ага!.. А скажите, это единственное место подобного характера или есть где-то ещё? — поглядывая в глубь помещения, спросила старпом, припоминая, кого вчера она не видела в «Большом Джо». — А мой вопрос ты значит пропустила~? — своим томным голоском ещё раз спросила девушка. — Нет. Есть ещё на севере и на востоке этой улицы~, — произнесла девушка и Лайс было собиралась развернуться и уйти, но служительница греха схватила её за плечо. — Постой-ка~! Кто ты, девчонка~? — взрослый взгляд явно показывал, что девушка недовольна поведением наглой гостьи. — Я кое-кого искала, но, видимо, они не здесь. Простите за беспокойство! — поклонилось четырнадцатилетнее дитё и предприняло вторую попытку удалиться. — Кого ты ищешь~? Может он всё-таки здесь~? — не унималась девушка.Что-то щёлкнуло у неё в голове и отпускать голубоглазую пиратку она явно не собиралась. — И к кому это ты там так прицепилась? — раздался более строгий и взрослый голос.       Из глубины дома вышла высокая стройная женщина выглядящая не старше двадцати лет. Хотя её истинный возраст и выдавали серьёзные тёмные глаза, было сложно поверить, что этой женщине на целый десяток лет больше. Уж больно хорошо сохранилась. — Хозяйка, вы уже проснулись~?! — встрепенулась вдруг девушка, отпустив руку старпом. — Я думала вы проспите ещё часа два~!.. — засуетилась она, когда темноглазая пожала плечами и ответила: — Я отлично выспалась и решила встать пораньше, — приближаясь к старпом, женщина окинула её оценивающим взглядом. — Девочка, что ты тут забыла? — выдавливая приветливость, спросила женщина. — Свою команду. Они кажется всё-таки здесь, раз вы так хорошо выспались! — недвусмысленно высказалась черноволосая негодница, широко улыбнувшись. — Это очень грубо! — раздалось из одной комнаты, находившейся ближе всего ко входу. — Хоть бы постыдилась заходить внутрь! — буркнул другой мужчина, подходящий ко входу. — Мы же сказали, что вернёмся на корабль до обеда… — собирая отпущенные жидкие волосы в хвост, сказал Гон-ро — один из любителей высоты и попутно третий, последний матрос на корабле Пиковых пиратов. — Ну, я-то сюда не нарочно забрела, а раз подвернулся случай, решила и вас забрать! И уговор был до обеда никак не следующего дня, — С широкой улыбкой произнесла девчушка в маске.       В общем собралось мужчин пять и эта дружная компания направилась к выходу. Две… всё-таки подобный эпитет не совсем сочетался с внешним видом особ, кхм, девушки, наблюдавшие эту картину откровенно говоря недоумевали. — Простите, а собственно говоря, что вас объединяет~? — вырвался у девушки с густым и тягучим голосом вопрос. — Ну, они все одинаково обожают… — прежде, чем с языка старпом слетело запретное её возрасту слово, Гон-ро зажал рот Лайс рукой. — Мы одна команда под командованием этой девчонки и её брата, — нашёл слова матрос, чтобы удовлетворить недовольство Харрмишь. — Вообще-то сочетание «женское тело» мне кажется не запрещено, — высказалась черноволосая девица, откинув руку матроса. — Пошляки! — усмехнулась темноглазая женщина, закрывая нижнюю часть лица рукавом одежды. — И не говорите… — по-взрослому согласилась с ней старпом. — Ладно, вас нашла и хорошо! Кстати, Эйс что-то собирался вам рассказать, думаю, он очень разозлиться если… — не успела старпом закончить мысль, как команды и след простыл. — Ох, убежали~! — заметила девушка и посмотрела на улыбающуюся Харрмишь. — Так ты пиратка~? — присаживаясь на корточки и оттягивая щёку старпом, спросила та. — И это что-то изменит? — спросила с интересом Лайс, вызвав у темноглазой женщины усмешку. — Ровным счётом ничего. Знаешь, у нас сейчас будет тихо, может выпьешь с нами чай? Я как раз заварила недавно, — предложила хозяйка заведения и недолго раздумывая, пиратка приняла приглашение.       Одна из комнаток борделя была специально оборудована, чтобы посидеть в тишине и отдохнуть его работницам. Видно, тяжкая всё же профессия… Нежный морской ветер лизал полупрозрачные шторы, а пар горячего чая белой змейкой поднимался над чашкой. Плетёная конфетница, использованная не совсем по назначению, уже лишилась половины хранящихся в ней нежных мягких булочных изделий. — Ох и верно, мы же до сих пор не представились, — вспомнила женщина, когда черноволосая девочка запнулась на обращении к ней. — Извини~. Мы отвыкли от того, что когда знакомишься, нужно представляться~! — вновь протянула вторая девушка. Девочка кивнула головой. — Меня Лайс зовут, — протягивая руки девушкам, бодро сказала старпом. — Ох, эм, меня Сима~… — неуверенно произнесла девушка своим тягучим голосом, растерянно пожимая руку Харрмишь. — Я Луиза, — представилась темноглазая женщина. — Заведение потому и названно вашим именем? — спросила пиратка в маске, снова надкусив печенья и запив его остатками чая. — Верно, — кратко согласилась Луиза, отпивая из чашки слегка остывший напиток. — А, Лайс, скажи, а почему~… — Сима запнулась, не зная, что интересует её больше.       Теперь старпом уже не казалась ей наивной глупышкой. От чего-то Сима начинала чувствовать себя лучше, когда смотрела на бойкую маленькую девочку, особенно её яркие и лучезарные небесные глаза. Не то что потухший серый взгляд распутницы. И сравнишь же, как лазурную чистоту и тухлую слякоть. — Что что? Спрашивай! — заинтересованная началом вопроса, переспросила старпом, широко улыбаясь. — Я много чего могу рассказать! — засмеялась негодгица.       Луизу тоже заинтересовала старпом. Женщина уже поняла, что Лайс из Пиковых пиратов, и что это она заставила вчера повеселиться весть город. Но, одно — дела человека, а другое — сам человек. Луизе показалось, что этой девчушке, мягко скажем, всё равно, кто перед ней. В ней, пока ещё, как в ребёнке, сохранилась непредвзятость и легковерие. Вещи бесполезные, но человека украшающие. Почти заколки на головах самых популярных распутниц — факта испорченности не изменяют, но манят к себе с неописуемой силой. — «Лайс даже не дрогнула, когда посмотрела на Симу, хотя обычно мы удостаиваемся пренебрежительных взглядов и осуждающих слов. Теперь понятно, что это за голубоглазая девица,» — женщина бесшумно вздохнула. — «Наивная, добрая ещё и безрассудная, — старпом же почти впритык подошла к девушке с тягучим голосом, заглядывая в её узковатые глаза. — Лайс, а что у тебя за маска на лице? — наконец выдавила из себя вопрос Сима, и Харрмишь улыбнулась. — Это же не то, что ты хочешь спросить! — Лайс не задавала вопрос, а практически утверждала, что слова девушки не истинны, но не корящим голосом. — А… Но! Как ты узнала? — напугано прижимая руки к груди, воскликнула Сима, страшась подобной проницательности. — Небо! — ответила старой загадкой Харрмишь. Ничего ровным счётом не изменилось со старых времён. Она частенько знала и видела то, что могло произойти или произошло. — Так тебе интересно про маску?! — как будто последней минуты вовсе не было в разговоре, переспросила старпом. — Под ней ничего нет! — заявила голубоглазая девчушка. — Я решила носить её для красоты. Вернее, маска очень важная вещь для моих планов, — на этих словах комнатой завладело какое-то беспокойство и грусть. — Не хочу никому вредить, так хоть меньше шансов, что меня узнают, — на мгновение окунувшись в уныние, Лайс быстро вернула себе свою праздность. — Извини, мне, наверное, не стоило спрашивать~, — Сима виновато надкусила печеньице и опустила взгляд на конфетницу. — Ничего! Ух, как-то прям взгрустнулось! — потирая совершенно сухие руки, произнесла черноволосая пиратка. — А что тебе ещё было интересно? Спрашивай, Сима! — сказала Харрмишь, кидая кусочек песочного печенья в рот. — Ах~… Уж не знаю, как же это спросить~…? — вслух рассуждала девушка, но её размышления перебил голос ворвавшегося в комнату. — Хозяюшка, с добрым утром! — улыбаясь, узкой и тайной улыбкой, поздоровался паренёк лет двадцати. — Ах, здравствуйте! — подскакивая с места и натягивая нежную женскую улыбку, произнесла Луиза. — Хозяюшка, а это ещё кто? — спросил парень, приглядываясь к девчушке, замеревшей на стуле. — Вы решили нанять девочку помоложе? — хитро спросил он, облизывая узкие губы. Старпом громко поставила чашку и встала с места. — Ши-ши-хи! Даже если бы и нанимали, тебе в руки вёрткий змеиный хвост не дался бы! — зло рассмеялась Лайс и гордо прошла мимо наглого парня, хлопнув за собой входной дверью. — Ох, ну вот, ты её обидел! — разочарованно вздохнула Луиза, а парень по неведомой девушкам причине следом вышел из борделя.       Лайс не считала время, пока сидела и беседовала с девушками, но солнце уже поднялось в самый центр небосвода и прямыми короткими лучами палило нежную, порядком загорелую кожу. Старпом не спешила на корабль и прогулочным шагом двигалась по брусчатой улице, немного приплясывая. Анаконду немного оскорбил тот вопрос, скорее уж столь недалёкое мышление, при котором девушки вынуждены считаться с грязным клеймом. Но и об этом долго думать было глупо. При данных обстоятельствах и силе, у Харрмишь не вышло бы ровным счётом ничего, а вот список дел за жизнь пополнился ещё одним пунтком.       Грело небесное светило, освежал лёгкий ветерок, как показалось пиратке, напевающий вчерашний мотив, и мысли уносились в море, меняясь на расслабленную улыбку и причину своего вечно поднятого настроения голубоглазая пиратка так и не разгадала, как и то, отчего ей всегда было всё любопытно, интересно и без лишнего всё равно на будущее, что сулили её дни грядущие, лишь бы было занимательно и весело. Так и шла девица, напевая любимую свою песню, а аккомпанировали ей стукающиеся друг о друга ножны кинжалов и цокот сапожного каблука. — Эй, постой! — крикнул кто-то за спиной и старпом машинально обернулась. Её пытался догнать тот парень. — Чего тебе? — равнодушно спросила Лайс, поглядывая на улыбку парня.       Он был крепкого телосложения с завитыми тёмно-синими волосами, кривой улыбкой на половину лица и немного пугал. Ни высотой, ни широтой, а как маньяк, своим существованием. Возможно из-за сходства с теми образами, какими запугивали сестру братья. — Я, это, извиниться хотел! — кланяясь в поясе, сказал он. — А, беспокоишься, что хвост совьётся в петлю? — ответила язвой Лайс. — Так иди, пока змея спит, чего прибежал-то, — развернувшись и направившись дальше, старпом мысленно плюнула на этого надоеду, однако, тихому проминаду наступил конец. — Подожди! — не унимался парень. — Я Лонд. Из местных. Давай я хоть чем-нибудь тебя в знак извинения угощу? — продолжал навязываться парень. — Что ты привязался?! — не выдержала Харрмишь. — Как насчёт выпивки в «Большом Джо»? Брат признался, что там отменный алкоголь, — решила поиграть в провакатора Харрмишь. — Я тебя обидел и должен извиниться, разве это не в порядке вещей? — удивился Лонд. — Но… Алкоголь? Брат не открутит твоей головы? Может мороженного или сладостей каких? — предлагал парень, поглядывая на пачки с конфетами на поясе Анаконды. — Знаешь, если бы ты меня действительно обидел, то здесь бы уже точно не стоял! — скрестив руки на груди и давно позабыв обо всех своих намерениях, заметила черноволосая пиратка. — Так и быть, угостишь меня мороженным и мы в расчёте… — кивнула Харрмишь, решив не отказывать себе в халявном лакомстве. Парень захлопал в ладоши. — Отлично! Тогда пойдём прямо и как раз натолкнёмся на лучшую лавку в округе! — показывая вперёд, произнёс он.       Старпом пожала плечами и направилась за ведущим её к мороженному юношей. А после неопределённого тыка девицы в витрину, Лонд оплатил её рожок с шариком малинового и шоколадного и свой с шариком мяты. Порция была приличных размеров, видно у мороженщика сегодня тоже настроения было хорошее, раз так не поскупился. — А ты, смотрю, сладкоежка! — засмеялся парень, когда взглянул на с аппетитом кушающую Лайс. — Так и есть, мне нравится всё необычное, сладкое, солёное или даже перчёное, — холодно и чётко, как заученный стих, отбарабанила старпом. — Какая ты… взрослая, наверное. Кстати, я же так и не узнал твоего имени, — спохватился вдруг Лонд. — О имени наконец заговорил, гуляка? — издевалась над парнем черноволосая негодница. — Лайс я, — коротко представилась девица. — Не шибко ты разговорчивая, — подметил Лонд. — Я просто не представляю, о чём можно говорить с человеком, с которым ты познакомился в борделе за чашечкой чая среди дня!.. — пояснила ситуацию Харрмишь, имеющая представления о тех клише, которые можно использовать в качестве отмазки. — Ну, например, можем поговорить о погоде, — предложил Лонд. — О погоде? Для разговора со мной ты выбрал такую избитую тему? — с усмешки спросила голубоглазая пиратка, откусывая замороженного десерта. — Сегодня очень солнечно, как и вчера, и позавчера, и на прошлой неделе… Здесь всегда одинаково солнечно. Весь год. Даже осенью, — безрадостно произнёс парень, говоря может и сам с собой. — Оригинально. Но знаешь… — по неведомой причине, Лайс захотелось подбодрить парня и старпом, не повернувшись и на градус, протянула Лонду рожок с слегка подтаявшим шарики малины. — Я однажды видела остров, на котором вечно лил дождь, и… Самое забавное, что я просидела на этом острове Сырости целую неделю! — черноволосая девчушка с усмешкой взглянула на солнце. — Может это и неплохо, что всегда будет светить солнце? Оно ведь такое… — Лайс запнулась, не зная, как лучше сказать. — ТАКОЕ! — пиратка притворилась, что держит солнце на вытянутых руках. — Круглое! Яркое! И… И огромное! — выпалила Харрмишь, слегка щурясь от яркого света.       От детских воскликов стало до необычного светло на душе. Ничего сложного, ничего необычного. Пожалуй, подобные простые вещи от такой лёгкости и столь заразительны. Лонд взглянул на смеющуюся девчушку и улыбнулся, но не хитрой кривой, а чистой и, пусть немного натянутой, но искренней улыбкой.