Ты теперь моя

  POV Allison.   Буквально меньше, чем через неделю после нашего переезда в Майами, в день рождения Нуры, Вильям, как и планировал, сделал ей предложение, на которое без всяких сомнений девушка ответила заветное и восторженное «да»! И как только мы немного обжились в этом по правде роскошном и уютном доме, от которого у нас до сих пор бегали мурашки, то сразу начали планировать с Вильямом и Крисом грядущее свадебное торжество. Мы хотели сделать все без участия Сатре, дабы она меньше переживала, и чтобы этот день стал для нее настоящим сюрпризом. Мы с парнями долго перебирали самые разные идеи, вдоль и поперек изучили неисчисляемое множество сайтов с красивыми вариантами церемоний, мест и украшений, что просто не перечесть. Но в итоге все вышло так спонтанно и поистине великолепно. Этот день навсегда остался у нас всех в памяти, и это того стоило… Все наши старания и надежды оправдались при первой же счастливой улыбке Сатре и ее шокированном взгляде… PAST time. Просто волшебный закат, теплый, приятный к лицу береговой бриз, все еще достаточно горячий песок и живописные пальмы. Все было старательно украшено свечами и цветами самых разных сортов и оттенков. Небольшой шатер с прозрачными, развевающимися на ветру тюлями и тихая, приятная на слух музыка. Я была одета в легкое тонкое платье темно-синего цвета, и два разреза по бокам способствовали тому, что оно еще больше развивалась на легком ветерку, а ноги были босыми, только лишь небольшой анклет красиво облегал правую ногу. Ибен же выбрала зеленое платьице с аккуратным вырезом и легкие аккуратные сабо. Кристофер и остальные парни были одеты в такие же тонкие светлые рубашки с темными брюками, а вот Вильям был одет в полноценный костюм белого цвета с аккуратно завязанной мной черной бабочкой. Стоя на берегу, мы терпеливо дожидались, пока нанятый моим отцом для нас водитель подвезет Сатре к нужному времени на этот самый пляж. Крис то и дело постоянно отворачивал рукав и посматривал на свои наручные часы, а я одергивала его руку, после касаясь плеча, чтобы унять беспокойство. Не передать то совершенно отличное легкое волнение, которое ощущал сейчас каждый, абсолютно каждый из нас. И как только долгожданный серебристый автомобиль Генри медленно остановился неподалеку от нас, Шистад размеренно выдохнув, сразу направился к нему и, впоследствии нежно предложив руку Сатре, помог ей выйти. На Нуре было красивое длинное платье из тонкой, как и подобает, белоснежного цвета ткани. На нем не было ничего лишнего, лишь красивые серебряные вставки и изысканное кружево на аккуратных рукавах, а на изящном запястье девушки в дополнение красовался аккуратный тонкий браслет и ожерелье на шее. Перед моим отъездом я сама, лично заплела подругу, и сейчас ее шелковистые светлые волосы были красиво собраны сзади в аккуратный пучок, лишь несколько прядей спадало на хрупкое светлое лицо. Держали волосы небольшие заколочки с серебряными камушками, а также украшали их позади маленькие белоснежные розочки. Под руку с Кристофером она медленно ступала по песку, смотря то на нас, то на Вильяма. И я клянусь, ее глаза блестели от неистового восторга.  — Будь счастлива, — с нежной искренней улыбкой прошептала я, когда подруга проходила мимо меня. Сейчас с каждым своим шагом Нура Амалие Сатре приближалась к Вильяму Магнуссону. Она почти переступила через этот порог, за которым ее ждет светлое счастливое будущее с любимым мужем и детьми. End PAST time. Я плакала тогда. Черт, я, правда, пустила слезу от того, настолько они были счастливы, от того, настолько была счастлива я за них. Они, казалось, не подходили друг другу… все так думали, но нет. Как же они все были неправы, как была неправа я, как была неправа Нура и сам Вильям. Они счастливы, они нашли друг друга и теперь неразлучны навеки. В тот прекрасный вечер они стали одним целым и когда произносили клятвы, я то и дело все больше прижималась к Крису и, чувствуя его теплую и крепкую ладонь на своей талии, ощущала себя самой счастливой. Мы гуляли все ночь и все утро, это было великолепно и просто незабываемо. А когда мы рано утром уставшие, но счастливые наконец-то добрались до дома, в то время, как наши молодожены уже отправились на какой-то остров в свой мини медовый месяц, Шист преподнес мне весьма неожиданный подарок. Переступив через порог нашей спальни, я, как и мечтала последние несколько часов, тут же обессилено упала на нашу с Кристофером высокую мягкую кровать, протяжно и громко выдохнув теперь уже от явного удовольствия. Но Шистад, выйдя из ванной комнаты уже в одном лишь полотенце на бедрах, плюхнулся на край кровати рядом со мной. Его рука была заведена за спину и, чуть приподнявшись на локтях, я подозрительно свела свои брови, изнывая от любопытства в последующее десять минут. После долгих уговоров Крис, довольный тем, что до одури заинтересовал меня, вытянул свою руку мне навстречу. А когда парень разжал кулак, я увидела на его большой ладони маленькую красную коробочку. Внутри? Ведь нетрудно догадаться что… Вот только кольцо было не обручальное, а простое, но, признаться, просто внеземной красоты! Пока я с открытым ртом несколько минут завороженно смотрела на него, шатен признался, что когда они были с Вильямом в ювелирном магазине и выбирали кольцо для Нуры, его взгляд пал именно на это колечко, и он сразу вспомнил обо мне, впоследствии чего этому безумцу просто захотелось увидеть мою улыбку при виде него! В этот момент забота Кристофера и его помыслы довели меня до какого-то безумия. Мне был не столько важен подарок, сколько внимание и слова любимого человека. Я визжала словно ребенок от обыкновенного девчачьего счастья и, несколько раз обвивая шею Пенетратора руками, коротко, но часто целовала в губы раз за разом, раз за разом. Тот смеялся, придерживая меня за талию, а я не знала пределу своему счастью. Он не сделал мне предложения, да мы и правда не думали пока об этом, но его забота самое ценное для меня, его внимание и настоящая любовь — это все намного важнее. Наше доверие и понимание — это то, что нужно сохранить и пронести через года, вот тогда и наше счастье не за горизонтом… Как же остальные парни? Ну что же… эти уж точно отдыхали на славу. Отрывались во все тяжкие наши мальчики, иначе и не скажешь. Нередко они ночами пропадали в самых разных клубах Майами, а бывало, что и днями просто не появлялись дома, что за это время стало для них так типично. Эллиот? Нильсен остался верен Мийе и практически все время, часами напролет, разговаривал с ней по телефону, общался по скайпу и переписывался в интернете. Он искал момент, только чтобы вновь услышать ее голос. Именно за этим делом я зачастую заставала его в комнате и после тихо уходила с нежной улыбкой, не смея отвлекать брата. И видеть его таким было для меня самым настоящим сестринским счастьем. Ибен? Удивительно, но с Ибен мы вскоре нашли общий язык! Но мне все равно кажется, что этому поспособствовал не только Нильсен, но и Шистад. Правда, теперь это уже не так и важно, главное, что она все это время не доставляла проблем нам с Крисом, и я не трогала ее, хоть мы и редко упускали возможность задеть друг друга в излюбленной манере. А со временем у меня и вовсе сложилось такое впечатление, что мы с ней можем вполне себе спокойно уживаться под одной крышей, находить общий язык, когда нам это надо, и даже стать неплохими подругами. Умение прощать все же спасает нас от ненужного гнева, душераздирающей ненависти, пустой траты нервов да душевных сил. Все это по правде казалось началом новой жизни, ведь даже у моих родителей все пришло в норму! Все встало на свои места, как и говорил Крис. Ведь на самом деле оказалось, что тот злосчастный лифчик в спальне отца принадлежал моей же матери! Ну и интересно же они друг друга «не любят». И после того, как нас отправили в Майами, родители вдвоем вернулись в Лондон. Теперь голос моей матери был всегда весел и оживлен, как в прежние времена, и это не могло не греть мне сердце. Да, минута счастья и теплых воспоминаний… Все хорошо, но пора возвращаться в реальность и жить настоящим, ведь эта наша идиллия разрушилась, эта тонкая ниточка надежды на новую жизнь неумолимо порвалась в один вечер. End POV Allison. PAST time. Последние месяцы жизнь молодых людей шла своим чередом, все было как никогда лучше и спокойнее, вот только внезапный приезд отца Эллисон взволновал девушку не столько своей неожиданностью, сколько поведением мужчины. Мистер Блэйк сразу прошел в кабинет, специально отведенный для него, и после захлопнул за собой дверь, даже не поздоровавшись ни с кем из ребят или даже просто со своей дочерью. Элис, конечно же, незамедлительно последовала за ним прямо в кабинет. И в этот момент, увидев свою сестру, направляющуюся к кабинету, Эллиот в силу своего любопытства без единого колебания сразу последовал за ней, а вот за парнем в свою очередь последовали остальные заинтересованные Пенетраторы. В итоге все парни благополучно пристроились прямо под дверью кабинета, правда до их ушей сначала доносились лишь какие-то непонятные им и несвязные отрывки этого явно напряженного разговора Эллисон с отцом.  — Не спорь, прошу тебя, ты не в том положение сейчас, чтобы здраво судить. Ты думаешь лишь о мести, лишь о том, как поквитаться с ним и ты вовсе забываешь о себе, о том, что ты наша жизнь Эл, ты все, что у нас осталось! Ты имеешь право распоряжаться своей жизнью, да, но если еще раз в твою голову взбредет подобная мысль, сумей остановить себя, вспомни о матери, которая дышит лишь тобой, подумай о том, что будет с ней. Просто представь!  — Знаешь, только ради вас я не сделала до сих пор ничего подобного! Я не убила Марка, когда была возможность, я не выдала этого ублюдка и его отца, когда была возможность и, знаешь, только потому, что они попросту бы забрали у меня все, что осталось, в частности, именно вас! Поэтому не говори мне ничего о маме, ведь это и так останавливало меня все это время и останавливает до сих пор!  — Ты умрешь, дура! Все то время, что ты жила в Осло, ты была у него как на ладони, он следил за тобой, он провоцировал тебя, фотографировал тебя! Понимаешь?!  — …Фотографировал? — тут же чуть тише переспрашивает Элис, и голос ее в этот самый момент предательски вздрогнул.  — Да, глупая! И ты все еще так уверена в своих действиях?! В голове девушки тут же всплыл тот вечер. Вечеринка у Вильяма. Они с Нурой вышли подышать воздухом, и у нее было четкое ощущение того, что их кто-то сфотографировал. Кажется вот все и встало на свои места. Элис молча смотрела куда-то в сторону, судорожно обдумывая все у себя в голове до тех пор, пока отец резко не встряхнул ее за плечи.  — Ты слышишь меня?! С этого момента все вновь пошло по кругу… Она отстаивала свою точку зрения, а он свою. Спор и встреча двух огней. Правда, закончилось все не самым прекрасным образом. Потому что не имея больше весомых аргументов, отец, не сумев совладать над своим гневом, дал дочери смачную оплеуху. Девушка тут же от гложущей досады прикусила губу и, кинув последний разочарованный взгляд в его сторону, вышла прочь из кабинета, не проронив более и слова. Проходя мимо парней, которые, позабывшись, так и продолжали все это время стоять под дверью, она случайно задела плечом одного из них, но даже и носом не повела. Элис лишь шла вперед, пытаясь судорожно достать из кармана свой сотовый. Позже она вовсе пропала из виду, скрывшись среди пышных кустов с цветами и декоративными невысокими пальмами в огромном саду у дома.  — Зачем ты это сделал?! — тут же ворвавшись в кабинет дяди, крикнул Эллиот.  — Не лезьте, куда не следует, — сквозь стиснутые зубы грозно проронил Уолтер, не поднимая глаз на разъяренного и ничего не понимающего в данный момент племянника.  — Из-за Бреунсов? Из-за Бреунсов ударил ее?! Ты что, свихнулся?! — не унимался парень. После его слов мистер Блэйк резко подорвался со стула и уперся руками в стол.  — Я уже потерял из-за них Джереми, я не хочу потерять и ее, Эллиот! — мужчина указал пальцем на дверь, через которую меньше минуты назад девушка стремительно покинула этот кабинет. — …Получается, что я сам отдал ее в руки этого парня, думал, нашел ей достойного жениха, а, оказывается, собственноручно отдал убийце… идиот… — хриплым голосом оборвал Уолтер и обессилено упал обратно на кожаное кресло, схватившись за голову дрожащими руками.  — Я понимаю тебя, дядя, но ведь если ей запрещать… — Нильсен поджал губы и после лишь покачал головой. Парню и вправду можно было не продолжать, ведь он ее отец и сам прекрасно знает нрав дочери.  — Это непредумышленно, я не мог ничего сделать просто от бессилия… Я пытаюсь ее спасти, но она сама подставляет себя ради справедливости… чтобы добиться честности. Все правильно, как я и учил, но я не хочу, чтобы они убили и ее. Эллиот подошел ближе к столу, за которым сидел мистер Блэйк и, присев напротив него на стул, уперся руками, согнутыми в локтях, в свои колени и, сложив после ладони в замок, немного наклонился корпусом вперед. Мужчина же, достав из нижнего ящика две рюмки, налил в них крепкого напитка.  — Я хотел, чтобы она была счастлива с этим человеком, хотел для нее всего самого лучшего, но все сам же и испортил. Я не знаю, что сейчас делать, никто не знает, Эллиот… Мы просто бессильны пред ними. У нас нет никаких доказательств, нам не поймать Бреунсов за хвост, у нас ничего нет. Я не уберег своего единственного сына, а моя дочь теперь грезит лишь жаждой мести. Когда Джер только погиб, она просто проклинала свою жизнь, думая, что это такая судьба у нее, — нервно усмехается мужчина, разочарованно качая головой, — но когда узнала, что все было подстроено… я перестал узнавать ее. Именно из-за этого, пожалуй, теперь я уверен, что она способна и на убийство, — серьезно закончил мистер Блэйк и в один момент осушил свой стакан до дна. Нильсен сидел в том же положении и смотрел в одну точку прямо перед собой, в то время как на пороге этого кабинета стояли остальные парни — озадаченные и в то же время до жути разгневанные, на первый взгляд, полной безысходностью этой ситуации. End PAST time. POV Allison. Все снова изменилось в один ничтожный миг… И теперь, в час ночи я сижу в самолете, который вот-вот взлетит из аэропорта «MIA» в Майами и приземлится через девять часов уже в аэропорту «Гардермуэн» в Осло. Я одна. Совсем одна, прелесть, одиночество позволяет о многом подумать. Но если без шуток, то мне уже просто надоела эта неизвестность. Надоело вечно бояться за жизнь своих друзей и близких. Чувствовать, как содрогается сердце, когда ты слышишь, очередной звонок на свой телефон. Опасаться, что кого-то из нас вновь фотографируют для альбомчика «жертва №149». Именно это и стало для меня последней каплей, после чего я, ничего не взяв с собой кроме ключей от нашего с Крисом дома и наказав Стейси — домработнице средних лет, как можно дольше скрывать мое отсутствие, незамедлительно покинула страну рано утром. Смотрю в окно. Так пасмурно. По стеклу стекают редкие капли теплого дождя… Сейчас я лишь примерно представляю себе, что собираюсь делать, но это не останавливает меня, чертова неизвестность не пугает. Я привыкла к ней за эти месяцы. Главное сейчас, чтобы отец да ребята не узнали ни о чем раньше времени.

***

Когда самолет приземлился в аэропорту Осло в четыре часа вечера, я вызвала такси и поехала к нам домой, чтобы дождаться более позднего времени. Ходила по дому, тупо нарезая круг за кругом и снова обдумывая свои последующие действия. Сейчас, пожалуй, уже самое главное было просто суметь дождаться позднего вечера и найти чем занять себя в это время, чтобы не сойти с ума. Время тянулось так мучительно долго, но когда наконец-то наступил долгожданный час, я незамедлительно вызвала еще одно такси, только теперь оно должно было меня отвезти прямо к Бреунсам… Сев в машину, продиктовала таксисту до колкости в сердце знакомый адрес, после чего белый автомобиль тронулся с места. Дом Бреунсов когда-то был и моим… Да, когда мы с Марком были совсем юными, мы жили несколько месяцев вместе в этом самом доме. Сейчас же я питаю к этому месту такую же ненависть, что и ко всему семейству Бреунсов. Вскоре такси остановилось возле четырехэтажного дома, окруженного множеством пихт, которые уже много лет растут вдоль высокого темно-коричневого забора по всему периметру этого дома. Расплатившись, я покинула салон авто и пару минут просто простояла на одном месте, глубоко вдыхая такой свежий холодный воздух. Сейчас я надеялась лишь на то, что та самая лазейка, через которую мы с Марком в детстве сбегали погулять по ночному городу или же просто на очередную дискотеку, осталась нетронутой. Я обошла дом и после пролезла под огромными колючими ветвями старой пихты. Зацепившись ногтем за край забора в нужном месте, потянула на себя, ощущая, как бешено забилось мое сердце в этот момент, ведь если ее нашли и заделали, то мне уже не попасть на территорию этого дома без лишних глаз. Но, слава богу, она цела. Расстегнув пальто для удобства, развела края по бокам и, выдохнув, пролезла через нее на территорию. Было достаточно темно, поскольку декоративные уличные фонари не особо-то и справлялись со своей задачей — полноценным освещением всей территории вокруг дома, но это наоборот играло сейчас мне на руку. Мой взгляд невольно упал на аккуратный отремонтированный гараж, пристроенный к дому. В этом небольшом помещении Роалд зачастую пропадал целыми часами, прямо как мой отец, копаясь в своем автомобиле. Но сейчас там, кажется, никого не было, правда, свет в нем горел, чем и привлек мое внимание, а если я доберусь до него, то смогу попасть уже в сам дом, потому что в этом гараже есть проход. На обдумывание нового плана времени уже точно не было, поэтому, дождавшись, пока один из охранников отошел подальше, я подбежала к гаражу и в одну секунду проскользнула внутрь помещения. Сердце с каждой последующей секундой начинало биться все чаще и чаще, отчего чуть потряхивало руки. Когда я уже отпирала нужную мне дверь, неожиданно раздался неприятный и достаточно громкий скрип. Я замерла на несколько секунд, судорожно вслушиваясь, вот в этот момент мое сердце казалось и вовсе в пятки провалилось. Но никого… Пронесло. Сглотнув, одним резким движением руки открыла дверь и проскочила внутрь. Оказавшись в знакомом коридоре, осмотрелась, а затем на цыпочках направилась к лестнице, ведущей на второй этаж, попутно продолжая осматриваться и нервно сглатывать. Вслушиваясь в каждый шорох и звук, примерно понимала, где находится один охранник, где второй, а где и сам Бреунс старший, который, как я поняла, находился сейчас на кухне, громко разговаривая с кем-то по телефону на повышенных тонах. Быстро поднявшись по ступеням, круто поднимающимся вверх, на второй этаж, сразу зашла в спальню Марка. Там его не оказалась, поэтому, не упуская возможности, осмотрела все вокруг себя. Все было как прежде: роскошная мебель, техника, даже эти плотные темно-синие портьеры на огромных окнах. Переведя взгляд на тумбочку, что стояла по левой стороне от кровати, я вспомнила, что именно за ней много лет назад случайно отыскала пистолет, который тогда так сильно перепугал меня, поскольку никогда до этого я даже и не держала в руках ничего подобного, ни то что знала, как производить выстрел. Ведь отец брал меня на охоту со своими друзьями намного позже этого. Но вариантов сейчас было не особо-то и много, поэтому, прикусив губу с сопутствующей легкой болью, я пару минут медитировала хмурым сомнительным взглядом эту самую тумбу в полной тишине. Но когда неожиданно услышала голос Марка разговаривающего с кем-то в коридоре, совсем рядом, сразу подорвалась с места и, запустив руку за тумбочку, нащупала там нечто весьма похожее на оружие. Уже в сотый раз за этот вечер я благодарила судьбу. И только я успела направить пистолет на дверь, как на пороге появился сам Марк, который сразу ехидно улыбнулся, окинув меня каким-то странным взглядом, без единой капли удивления. End POV Allison.  — Ожидаемо, — шире улыбнулся Бреунс и после сразу закрыл за собой дверь. — Как долетела? — парень зацепил руки за своей спиной и размеренными шагами чуть приблизился к девушке, но в то же время был на достаточно большом от нее расстоянии.  — Ты знал? — в недоумении хмурит брови Блэйк, чуть приоткрыв рот.  — Что ты не в городе? Ровно настолько, насколько и твои друзья? Ты серьезно?  — Откуда?  — Элис, дорогая, все просто, я потерял тебя из виду на слишком долгий срок и уже начал волноваться… Впрочем, отыскать тебя оказалось не такой и проблемой. Правда я хорош? — усмехается зеленоглазый.  — Не задирай свой нос так высоко. Ты не выйдешь победителем.  — Правда? Элис, признай, я ведь уже победил. Ты сломана, ты растоптана… ты здесь и теперь так нелепо угрожаешь мне этим, — он указывает пальцем на оружие в руке девушки, — уверяя саму себя в том, что без колебаний сможешь спустить курок. На это жалко смотреть, солнце, поэтому…  — Заткнись, — сквозь стиснутые зубы процеживает Блэйк, после сглатывая ком в горле и пытаясь остановить предательские слезы, что начали скатываться по ее щекам, от осознания того, что она не просто собирается сделать, а хочет, именно хочет сделать.  — Я буду говорить что хочу и когда захочу, Элис, ты же знаешь, — спокойно отвечает на предупреждение девушки Марк и лишь снова самодовольно улыбается, чувствуя себя в очередной раз безоговорочным победителем.  — Какой же ты падонок, — шепчет Эллисон, взводя курок. — Тебе не тошно-то от самого себя?! От того, насколько ты омерзителен, а?!  — Поосторожней, я тебе это уже говорил, — Марк делает несколько шагов в сторону, по направлению к столу, и после наливает себе в хрустальную рюмку жидкость темного насыщенного цвета с характерным резким запахом. — Не забывай, что одно мое слово, и кто-то из твоих друзей может случайно умереть, бум… и конец, — с дотошным высокомерием и гордостью за свои слова заявляет Бреунс младший, раздражающе прищелкнув в такт своим словам пальцами.  — Уверен, что успеешь проронить хоть слово?  — Это травматический, Эл, — поясняет тот, вновь указав на оружие в руке юной особы. — Неужели ты правда думала, что я до сих пор буду хранить за тумбочкой настоящий, прекрасно понимая, что твой любопытный нос уже когда-то побывал там?  — А ты самонадеянно полагаешь, что я не смогу причинить тебе боль с помощью него? — вскидывает брови голубоглазая.  — Тебе придется очень постараться, — Марк делает еще один глоток, после смакуя жидкость у себя во рту.  — Не волнуйся за это.  — Дело не в этом, Элис, просто твои угрозы всегда звучали скорее чертовски сексуально, нежели до мурашек по коже убедительно и устрашающе. Блэйк молчит, но остро ощущает, как в ее висках словно кровь вскипает, а челюсть уже неприятно сводит от того, насколько сильно она стиснула свои зубы.  — Молчишь, — скептически тянет парень, делая очередной глоток дорогого алкоголя. — Знаешь, а Шистаду все-таки повезло… такой куш сорвал, — усмехается Бреунс, хищно поглядывая исподлобья на девушку, которая первый раз в своей жизни была настолько уверена в правильности задуманного. — Чем он зацепил тебя, малыш? Мне просто интересно, что в этом паршивце есть такого, чего нет во мне?  — В нем есть человечность, которую ты, Бреунс, давно утратил. Потому что ты уже не тот, кем был раньше. В тебе остались только зависть, эгоизм, бесчувственность, холод и высокомерие. Ты гнилой человек. Ты гниль, Марк, ты дерьмо, — с неожиданной усмешкой уверено бросает Блэйк, после высокомерно подернув подбородок чуть выше, чем в один миг вывела парня из себя окончательно. Он не умеет проигрывать, не умеет признавать своих ошибок. Он больной. Он психопат, жаждущий власти над чужими жизнями, на распоряжение которыми у него уж точно нет никаких прав.  — Ты переступила черту дозволенного, Блэйк, — сверкнув глазами, гневно процеживает Марк, а затем уверенно хватает со стола свой телефон. — Знаешь, я уж думал, что ты не готова расстаться со своим возлюбленным, но уже вижу, что нет, поэтому все же начну именно с него. Марк вот-вот собирался уже соприкоснуться пальцем с экраном своего телефона, в один момент решив судьбу Шистада, а Элис, сглотнув и после набрав в легкие побольше воздуха, вот-вот собиралась спустить курок, отбросив все посторонние мысли в сторону, ко всем чертям собачьим. Но дверь, ведущая в эту комнату, неожиданно громко хрустнула, в следующее мгновение и вовсе с оглушающим грохотом упала на пол. В помещение ворвался отряд каких-то мужчин в черной форме и с оружием в руках. Они в считанные секунды повязали Бреунса младшего, заломив ему руки за спину с характерным отвратным хрустом и после вывели из комнаты. Эллисон стояла, словно вкопанная, прибывая в полном недоумение, и в голове ее сейчас крутилось миллион вопросов, пока на пороге не появилась знакомая фигура отца… POV Allison. Папа, выдохнув, шагнул мне навстречу и, быстро сократив расстояние между нами, забрал из моих дрожащих рук травматический пистолет.  — С этим нужно быть поаккуратней, — тихим спокойным голосом произнес мужчина и после осторожно вытащил из него все патроны.  — Как? — опомнившись, шепчу я спустя пару минут пребывания в какой-то прострации.  — Знаешь, Элис, наш этот разговор в кабинете, твои слова, мысли, скоростной авиарейс до Осло… и не умение Стейси держать язык за зубами, а, и, конечно же, талантливые программисты с моей работы, которые ловко вычисляют местоположение человека по телефону, в каком бы уголке мира тот не находился, сделали свое дело, как ты уже могла заметить.  — Нашла кому довериться, — с упреком бросаю я но, слегка улыбнувшись, тут же покачиваю головой, удивляясь самой себе.  — Стейси правда не умеет убедительно врать, а особенно под давлением твоего благоверного, — усмехается отец. — А, и знаешь… скажи спасибо Эллиоту, если бы не он, то я бы никогда не узнал о твоем друге… Юнтере, дорогая, — продолжает он, заправляя прядь выбившихся волос мне за ухо. — По совету твоего брата я позвонил ему, и Юнтер, конечно же, помог нам снова найти того паренька, который сдал ему Бреунсов касаемо… — отец заметно напрягся, тяжело выдохнув через нос, — той аварии. Этот парень скрывался в небольшом домике на каком-то острове. Как его там… Тьи… Тье…  — Тьетта? — предположила я, не сдержав улыбки от того, с каким забавным лицом он пытался припомнить его название.  — Да-да. Мои парни быстро вытащили его оттуда, — смеется мужчина, нелепо почесывая рукой за своим ухом. — Так что теперь у нас есть законный свидетель по их делу, и уже полиция будет разбираться. Но я больше чем уверен, что ни Роалду, ни его сыну теперь не увильнуть от ответственности. По крайней мере, мы с остальными родителями не допустим их безнаказанности, — закончив, папа сразу же обнимает меня так крепко и так по-отечески.  — Спасибо, — искренне шепчу я ему в плечо, облегченно выдыхая.  — Мне, наверное, не стоит сейчас читать тебе нотации по поводу того, что ты собиралась сделать? — неожиданно прерывает нашу минутную идиллию мужчина, отстраняя меня и нежно удерживая ладони после на моих предплечьях.  — Оте-е-е-ец, — со смешком тяну я, чуть закатывая глаза. Мы негромко засмеялись в унисон, и все сейчас было так хорошо. Я на мгновение забыла о том, что собиралась сделать, забыла о том, что говорил мне Марк, и вот казалось, что именно сейчас все закончилось, что можно теперь отпустить прошлое и дышать спокойно, но неожиданный грохот донесся из коридора, вновь разбив все мои надежды вдребезги. Бьющееся стекло, очередной глухой шум и ничего хорошего не предвещающий хруст резали мой слух. Резко отстранившись от отца, тут же направляюсь к открытой двери, а в голове крутится лишь предположение, что, вероятнее всего, это Марк.

«Боже, неужели снова?! Снова он?! Прошу тебя, только не это, прошу тебя…»

 — Элис, не нужно! — единственное, что успевает выкрикнуть мне вслед отец чуть взволнованным голосом. А я не слушаю, черт, и, переступив через порог, вижу то, чего уж точно никогда не хотела увидеть…

***

 — Остановите их! — срываясь на крик, умоляю я людей отца, в то время как один из них крепко держит меня, сжимая плечи, не давая тем самым ни то что вырваться, просто пошевелиться. Марк, который, казалось, вот-вот вовсе испустит последний вздох, уже не сопротивлялся ударам Кристофера, который в свою очередь сидел на Бреунсе, раз за разом с нарастающей силой и гневом устремляя свой окровавленный кулак прямо ему в лицо. Сердце замирало с каждым его ударом, в то время как Бреунс захлебывался собственной кровью, уже во всю хлыщущей изо рта. Снова и снова молю Шистада остановиться, прошу кого-нибудь остановить его, но никто будто вовсе не слушает меня, не слышит моих криков и не видит удушающих слез. Минуты казались долгими мучительными часами. И тянулись они до тех пор, пока строгий громкий голос отца не приказал оттащить Пенетратора от полуживого Марка, прежде наконец-то отпустив меня. Я сразу бросилась к Крису, который, казалось в каком-то бреду, упал на колени, не имея ни физических, ни душевных сил встать.  — Посмотри на меня! — охватывая его бледное лицо ладонями, навзрыд прошу его охрипшим от крика голосом.  — Тш-ш-ш, — еле тянет кареглазый, притягивая меня ближе к себе.  — Какой же ты дурак… — плачу и шепчу эти слова ему в толстовку раз за разом. Она намокла от моих слез, а я не могу остановиться, прокручивая в голове эти ужасные моменты. А Крис лишь рвано дышит мне в щеку, поглаживая пульсирующей рукой по моим растрепанным волосам.  — Я испугалась… испугалась за тебя.  — Я… это я… я испугался за тебя, — наконец-то хоть что-то более-менее внятно произносит Шист и, отстранив, охватывает мое лицо ладонями. — У меня душа покинула тело, когда я узнал о том, что ты одна полетела в Осло, к этому… к этому ублюдку, — тяжело выдыхает Кристофер, а я, сглатывая ком в горле, смотрю то в его потускневшие глаза, то на губу, из которой сочится кровь, и меня вновь душат слезы, не позволяя нормально дышать. — Прошу, не делай так больше, иначе меня так надолго не хватит, — чуть улыбнувшись, еле лепечет парень, вновь медленно проводя ладонью по моим волосам. Нервно закусив губу, я лишь быстро киваю с опущенными вниз глазами.  — Умница, — выдыхает Крис и снова заключает меня в объятья, так крепко прижимая к своему телу.  — И это наша история? — со смешком и чуть нелепой улыбкой шепчу я ему в шею, всхлипывая носом.  — Нет… — легонько качает головой Пенетратор. — Это только начало нашей истории, — Крис делает упор на слове «начало», и когда я, отстранившись, резко поднимаю взгляд на его лицо, замерев от неожиданных слов, Кристофер с улыбкой трепетно касается моих губ, вкладывая в этот поцелуй все, что только было возможно.

«Это, правда, только начало нашей истории…»