Мой учитель - всемирно известный пианист

Утро       Самым первым из всех проснулся Хайд. Увидев рядом с собой спящую парочку он решил сделать с ними селфи. Сервамп фоткался на их фоне, при этом строя разнообразные выражения лица. Но когда он делал последнее фото, на весь дом раздался громкий щёлк, от которого проснулся тот, кого парень боялся больше всего — Лихт. -Ты че, офигел, крыса? — пианист направлялся к Хайду с явно недобрыми намерениями. -Лихт-тян, я все объясню, только не бей! Но Тодороки не стал его слушать и сервамп получил коленом в живот. От шума проснулась Женя. -Эй, ну вы чё расшумелись с утра пораньше? -Ну, сейчас как бы, уже обед — Хайд встал с пола, потирая место ушиба. -Кстати, нам пора собирать вещи. Вечером мы едем на поезде до Москвы, а оттуда уже летим на самолёте. -Ураааааа! Я всегда мечтала побывать в Японии. — радостно кричала Женя. -Ну вот видишь, мечты сбываются — сказал Тодороки и слегка улыбнулся.       С тех пор, как он встретил девочку, пианист стал чаще искренне улыбаться. Именно за это Хайд уважал Женю, ибо никто не мог заставить Лихта это сделать.       Девочка побежала в комнату собирать вещи, парни занялись этим же. POV Женя Тааак, что же взять с собой? И куда все это сложить? Как же сложнаааа! Ладно, возьму сумку и рюкзак. Я стала складывать одежду в сумку, а все остальное в рюкзак. Надо взять с собой карандаши, блокнот, зарядник от телефона, плеер, наушники, расческу. Вроде ничего не забыла.       Но тут я вспомнила важную вещь — «кто будет кормить котов? ». Я побежала в комнату к парням и увидела такую картину: Хайд залез в чемодан, напялил на себя все вещи и защищался от ударов Лихта, закрываясь крышкой. Сервамп одел на себя и толстовку Тодороки, из-за этого он стоял в одних штанах. -Лихт, а котов кто будет кормить? — крикнула я. -Твой отец. Он приезжает завтра. -А мы его будем навещать? -Конечно же да. -Ну ладно. На этом наш диалог закончился. Конец POV Женя.       В итоге Хайду пришлось снять с себя всю одежду, ибо было ужасно жарко. Лихту вернули его толстовку и он без приключений собрал вещи.

Перед выходом.       Женя в последний раз смотрит на свою комнату и прощается с любимыми котэ, по которым будет скучать больше всего.       Во дворе троицу ожидал Кранц. Сложив сумки в багажник, наши путешественики едут на вокзал (от автора:« лягушки — путешествиницы хреновы… »). Доехали они быстро, приехав на полчаса раньше, чем надо. -Кранц, а где Гил? — спросил Хайд из клетки. -Он будет ожидать нас в аэропорту, в Японии. -Блин, нафига мы так рано пришли? -сказал Лихт. -Лучше придти раньше, чем опоздать — вмешалась Женя.       Подождав на скамейке, они все-таки сели в поезд. До Москвы ехать всего четыре часа, поэтому компания окажется там где-то в два часа ночи.       Всю дорогу Женя что-то рисовала, глядя в окно, Хайд спал в клетке, Кранц читал книгу, а Тодороки сидел рядом с девочкой и наблюдал за тем, как та рисует. -Как ты умудряешься так красиво рисовать левой рукой? (Женя левша) -Не знаю, само как-то получается. -А где ты училась? Ходила в художку? -Рисовать я училась сама. Я хотела пойти в художественную школу, но что-то не получилось. -Ясно. — таким коротким ответом Лихт закончил разговор.       В вагоне было мало народу, поэтому здесь царила абсолютная тишина. Было слышно только стук колёс, гудки иногда проезжающих мимо поездов, шелест страниц и лёгкий скрежет карандаша по бумаге. Такая тишина нравилась пианисту. Именно в такой атмосфере он погружался в свои мысли, создавая идеи для новых произведений.       За окном было темно, лишь иногда там мелькали огни фонарей и звезды. Сквозь небольшие облака немного проникал бледный лунный свет.       И наконец наши путешественики добрались до столицы России — Москвы. Выйдя из поезда они нашли такси, которые постоянно стоят возле вокзалов, и доехали до гостиницы. Придя в номер, Женя сразу же, не переодеваясь, завалилась спать. Дорога была утомляющей. Потом к ней присоединился Лихт, а уже потом к ним пришёл Хайд. Правда в форме ежа. Все таки огребать от Тодороки с самого утра ему не особо хотелось. Так они и проспали до утра.       У нашей компании в распоряжении был целый день, так как рейс был ближе к утру. Тогда Тодороки предложил сходить в парк «Музеон», находившийся на набережной. Все были «за».       От отеля идти было недалеко, и троица, состоящая из пианиста, девочки и ежа добралась быстро. В парке было много скейтбордистов, поэтому необходимо было смотреть по сторонам, чтобы тебя никто не сбил.       Женя ходила и фоткала все подряд, пианист только и успевал следить за ней. И тут ей пришла в голову мысль, посетить её тетю, живущую неподалёку. Адрес она помнила наизусть, и привела их точно в тот двор, в котором гуляли её младшие двоюродные братья. Женя пошла к ним. -Женя! Привет! — мальчишки с криками подбежали к сестре. -Привет, а где ваша мама? -Вон она, на скамейке сидит- ответил один из них.       Немного поговорив с ней и объяснив как здесь оказалась, девочка прибежала обратно к Лихту. «Немного» погуляв по городу до вечера, они возвратились в отель, где их уже ожидал Кранц. -Вы где были? Нам уже пора ехать! — менеджер был как на иголках. -Мы просто прогулялись по городу — ответил Лихт.       Кранц вызвал такси и они поехали в аэропорт. Расплатившись и выйдя из машины, компания направилась на регистрацию. Завершив все они стали ждать посадки.       В аэропорту было много магазинчиков с разным содержанием. Но внимание девочки привлёк отдел со сладостями. Там было много вкусностей, каких в России не продавалось. И разумеется, Женя всё-таки выбросила парочку из них.       Настало время посадки. -Не боишься летать на самолёте? — неловкое молчание прервал пианист. -Немного боюсь, я ещё ни разу не летала — нервно сказала Женя. -Не бойся, я буду рядом- Тодороки обнял её, а Кранц, все это время находящийся рядом хихикнул. «Сладкая парочка» — подумал он глядя на это зрелище. У Хайда, сидящего в клетке, были примерно те-же мысли. Наконец они сели. В самолёте было уютно, Женя даже осмелилась сесть у окна. Лихт любезно уступил ей место по причине «Не особо люблю перелеты». Кранц сидел с краю. Его сейчас ничего не волновало.       Самолёт начал двигаться. Сказали пристегнуть ремни, что все и сделали. Идём на взлет. Самолёт начало трясти, он стал набирать высоту. Пианист взял девочку за руку и поцеловал в щеку. Волнение отступило.       Через несколько минут было видно только клочки земли, проглядывающие сквозь облака. Невероятное зрелище.       Лететь было долго — 8 часов. Кранц почти сразу же уснул, а Тодороки и Женя смотрели в окно. И один только Хайд сидел в клетке, ничего не видя. ≪Продолжение следует≫