***
Огромный холодный особняк, который уже возвела у себя в голове Джозлин, оказался двухэтажной современной квартирой, тщательно убранной и вымытой уборщицей. Девушка испуганно огляделась, чувствуя любопытный насмешливый взгляд на себе. Она не могла оценить то, что видела: в её голове селились лишь мысли о предстоящей ночи. И каким бы адом не казался ей родительский дом, она бы предпочла вернуться туда, быть послушной серой дочерью. Все что угодно, лишь бы он не коснулся её. -Располагайся, даа... Я, на самом деле, спешу,- девушка посмотрела с удивлением. Такой реплики она точно не ожидала: густо-подведённые глаза округлились, вопросительно глядя на парня. Это выглядело не так, как должно было быть. На губах парня снова появилась самодовольная ухмылка: -Прости, не хотел тебя расстраивать. Ты не в моем вкусе, понимаешь? Я бы не решился: ты подо мной сломаешься.- он показался себе невероятно остроумным. Входная дверь захлопнулась. Джозлин стояла в темноте посреди огромной комнаты. Луна то и дело скрывалась за тучами, иногда отбрасывая свой холодный свет на лицо девушки. Слезы на щеках засияли, когда лунный свет снова залил комнату, воздух в которой, кажется, совершенно застыл. Вместо того, чтобы признать этого парня омерзительным, она винила себя. Указывала себе на свои недостатки в самой грубой форме. Этому она научилась у матери, та никогда не щадила свою дочь, воспитав в ней ненависть к себе. Она не была достаточно хороша для Гарри Стайлса. Красивый и популярный, а кем была она? У неё никогда не было даже подруги, все свои проблемы она обсуждала сама с собой. Знакомства никогда не заканчивались для неё хорошо. И теперь она стояла здесь, чувствуя себя абсолютно чужой и обхватив себя за дрожащие плечи, не зная как сделать шаг. Даже на едине с собой она так стыдилась, что стены, кажется, давили на неё, насмехались над ней. Тонкие ноги неуверенно продвинулись вглубь, люстра осветила комнату. Джозлин отыскала ванную, и окончательно залилась слезами. В зеркале отражалась вовсе не она: это было что-то странное с потёкшей подводкой, красной размазанной вокруг губ помадой, осыпавшейся на впалые щеки тушью. Кому она могла понравиться, когда походила на чудовище из фильмов ужасов? В ванной зашумела вода: девушка спешила очистить волосы от килограмма лака, а лицо от косметики. Через пол часа зеркало показывало совсем другую девушку: влажные волнистые волосы, большие зеленые глаза, тонкий нос. Все замечательно, если бы не ощущение, что сейчас она рухнет на пол и развалится. Девушка поспешно переоделась, покидая ванную. Она не любила смотреть в зеркало. Проглотив пару таблеток успокоительного, Джозлин села на диван, она так редко смотрела телевизор, что это было для неё чем-то необычным. Её мать не считала уместным выделять время на отдых дочери. Во всем теле чувствовалось напряжение и усталость, но сон не шёл: девушка продолжала смотреть в экран, абсолютно не вникая в происходящее там, выпавшая из жизни. Время шло, и дремота наконец-то завладела её сознанием, каким-то отупевшим.***
-Джозлин! Джозлин!- яркий резкий свет резал глаза, открыть их сразу не получилось. Кровь застучала в висках, внезапно в её сонную душу вселилось беспокойство. Тёплые руки крепко схватили её, несколько раз сильно встряхивая. Голова гудела. -Что?- хриплым ото сна голоса произнесла девушка, мечтая, чтобы её, наконец, отпустили и вернули обратно в царство Морфея. -Ох, я уже подумал, что ты...- парень замешкался, Джозлин обдало неприятным запахом алкоголя, -ты была такая... Неживая... И такая... Серая. Как будто вообще не дышала... -Я всегда такая... Всегда была, оххх, бледная, и...- она поспешно пыталась отвести взгляд. -Ну, если честно, выглядишь хре...- Гарри с трудом поднялся, отправляясь подальше от дивана и смущенной жены, -так себе.- он споткнулся о свадебное платье, брошенное на пороге ванной, еле удерживаясь при этом на ногах, -спокойной ночи.