Бездна...

Был холодный зимний вечер. Он, как всегда, сидел в своей студии. Вдруг в дверь кто-то постучался. Рави открыл дверь. Это был лидер. Он принес ужин. - Как продвигается написание песни? – спросил он. - Скоро узнаешь, хён, - ответил Рави. Они присели на диван, что стоял у студии. - Знаешь, может, ты выйдешь ненадолго? Мы уже забыли, как ты выглядишь, целую неделю сидишь здесь, хоть бы иногда выходил, проветриться. Мы беспокоимся о твоем самочувствии. - Со мной все в порядке, не беспокойся, хён. Ты же знаешь, я люблю подолгу сидеть здесь – мне нравится это место, - Рави улыбнулся и похлопал лидера по плечу, - я благодарен за заботу, но и вы такие же. Ты все время занимаешься работой лидера, Лео тоже пишет песни. ХонБин с Хёком в свои игры играют. Только Кен заботится о себе. Эн усмехнулся и ответил: - Ты многого не знаешь о нашем милашке Кене. В последнее время я вижу, что он переживает, но не могу понять, почему. У тебя же с ним наилучшие отношения среди нас всех, может он тебе говорил что-то?- на этих словах Рави задумался: - Нет, я не припоминаю, что бы он мне что-то рассказывал. Может, я что-то упускаю, не знаю. А что с ним?- было видно, что Рави действительно переживает о своем друге. - Он очень растерян в последнее время. И еще, вчера ночью мне не спалось, и я решил прогуляться, и, когда проходил мимо комнаты Кена, то заметил, что его нет. Поэтому я решил его найти. И знаешь, где он был? На крыше. Ты же знаешь – он не очень любит высоту, но тогда он стоял на краю, и смотрел вниз. И плакал. Не так часто можно увидеть, что бы он плакал, ты сам это знаешь. Я хотел к нему подойти, но потом подумал, что, вероятно, он не хочет, что бы его кто-то видел, поэтому и пошел на крышу, - эти слова не на шутку напугали Рави, ведь он понимал, что, если ДжеХван пошел на крышу плакать, то что-то произошло. Но что могло заставить это солнышко, которое всегда освещало своими лучами все вокруг, горевать? ВонШик не знал ответа… Рави был настроен серьезно поговорить с лучшим другом, узнать, что случилось. Но решил подождать до утра. Так сказать, утро вечера мудренее. Утром Рави пришел в комнату Кена, но его там не оказалось. «Наверное, он опять на крыше» - подумал Рави. Так и оказалось. Парень сидел, и грустно смотрел на город, который только просыпался. Рави подошел сзади, и присел возле Кена. Тот удивился: - Ты что, уже закончил со своей новой песней? Я слышал, компания хочет, что бы ты выпустил соло-альбом. Удачи тебе, - Кен засмеялся и похлопал друга по плечу - А я думал, что Желерыба нас с Лео больше любит. Эх, он разбил мне сердце. - Кен, что с тобой происходит? Почему ты себя ведешь, как будто у тебя ничего не случилось? – Рави было больно смотреть на друга, он видел, как тот старается, что бы казаться таким же счастливым, как и раньше. - Со мной все в порядке, правда. С чего ты взял, что со мной что-то не так? Я такой же, как и раньше. - Нет, Кен, ты изменился. Я вижу это. Скажи, что тебя гложет. Я же твой лучший друг, доверься мне. Ты же знаешь, я всегда помогу, - он взял лицо Кена в руки, и сжал щеки. Так они просидели долго, и Рави хотел уже опускать руки, когда заметил ,что Кен плачет. По-настоящему плачет. Рэпер не знал, что делать. Он прижал к себе и обнял вокалиста. Тот прижался к Рави, и начал плача говорить: - Вот именно, что ты мой лучший друг. Не меньше, но и не больше. Но я не отношусь к тебе, как к лучшему другу. Я знаю, что, когда признаюсь тебе в своих чувствах, то мы прекратим быть друзьями, но я больше не могу держать это в себе. Я люблю тебя, Рави. Всегда любил. Еще, когда вместе тырили у Эна его блески для губ, еще, когда Хёку в гопчан подмешали острой приправы, когда удалили любимую игру ХонБина, я уже тебя любил, - Рави улыбнулся самой доброй и искренней улыбкой, на которую был способен, и ответил: - Глупый, ты разве не видел, как я на тебя смотрю, когда ты поешь, разве ты не замечал, что я давлюсь слюнями, когда ты выходишь из душа в полотенце, потому что, как всегда, забыл одежду в комнате? Я ж тоже тебя люблю, глупенький, - и он поцеловал Кена. Сначала это был очень сдержанный поцелуй, но потом между ними проскочила какая-то искра, и их поцелуй стал более глубоким, открытым. Их с головой захлестнула страсть. Рави опустил Кена на пол и начал раздевать его. Параллельно Кен делал то же самое, но руки его не слушались, и он просто доверил все рэперу. На пол полетела рубашка, а за ней и штаны, и вот Кен лежит перед ним в одном нижнем белье, такой горячий, страстный и полностью его. Рави хотел быстрее насладится Кеном, но понимал, что не надо спешить, ведь это его первый раз, и надо доставить как можно больше удовольствия вокалисту. Рэпер помассировал бугорок, который образовался в нижнем белье в ДжеХвана. Тот застонал. Тогда Рави перешел к более смелым действиям. Он раздел Кена, и начал любоваться его красотой. А посмотреть было на что. От одного вида того, как раскрасневшийся вокалист от возбуждения открывает и закрывает глаза, а чуть ниже его член, уже стоящий колом, сочится смазкой, хотелось кончить. Но, Рави не забывал, что надо быть нежным. Он опустил свою руку к члену Кена, и начал его массировать. Кен застонал. ВонШик никогда не думал, что Кен может так стонать. Он решил продолжать. Парень опустился вниз так, что бы член ДжеХвана был как раз на уровне с лицом и начал полизывать член хёна. Потом парень вобрал член в свой рот, и начал упорно сосать, так, как будто это было мороженое. Он увидел, что Кену очень хорошо. Тот прогнулся в пояснице и с каждой секундой все сильнее стонал. Рави понял, что тот на пределе. Он взял его яички в руки, и начал массировать их, сжимать в руке, перекатывать с одной руки в другую. - Равия, я скоро, скоро кончу, - задыхаясь от стонов сказал Кен - О нет, хён, я не позволю тебе так быстро это сделать, - сказал Рави, и оставил в покое член своего любовника. Тот возмущённо застонал. Парень улыбнулся. Он начал думать, чем бы смазать пальцы и член, что бы Кену было не так больно. И ответ пришел моментально. - У меня в кармане есть смазка, - сказал Кен. Рави очень удивленно посмотрел на него - Откуда у тебя она? – рэперу стало интересно, но в то же время он испугался, а что, если на самом деле Кен не такой тихий и милый, как думал Рави? Он начал ревновать. - Мне ее принес вчера Эн. Сказал, что пригодится, но тогда я не понял почему он так сказал. А сейчас, кажись, понимаю, - он улыбнулся самой искренней улыбкой, на которую был способен. - Так он это все задумал, оказывается. Сводник фигов, - он улыбнулся в ответ и взял у Кена смазку. - Ты готов? Сейчас будет немного больно, - Рави действительно беспокоился за Кена – а вдруг ему станет неприятно, и он откажется? Как же тогда ему в глаза смотреть? - Я уже давно готов, жалко, что ты это только-только понял, - сказал Кен, тем самым давая согласие на всё, что собирается с ним делать Рави. Донсэн смазал указательный палец и начал разрабатывать задний проход хёна. Сначала Кену было до жути неприятно и дискомфортно, но затем Рави нащупал внутри какую-то точку, при нажатии на которую у вокалиста звёздочки перед глазами замигали и он в который раз за сегодня понял, что скоро кончит. Но Рави думал по другому. Он добавил ещё один палец, затем ещё один, и, когда понял, что Кен сам подстраивается под ритм, вынул пальцы. Кен недовольно заурчал, но это длилось не долго и на смену пальцам пришел член донсэна. Кен соврет, если скажет, что сначала это было не больно. Это, мать твою через ногу, очень, сука больно! Но, понемногу парень начал привыкать к этому, а совсем скоро вместо боли он начал испытывать удовольствие. Он резко застонал в голос, когда Рави попал по ТОЙ самой точке, которую не так давно нашел пальцами. Рави понял это и продолжил делать приятно своему любимому. Кен начал задыхаться от стонов. Он не понимал, где грань между реальностью и удовольствием, не помнил ни как его зовут, ни где он живет. Он помнил только одно – ему сейчас до одури афигенно. Чувствовать внутри себя член Рави, понимать, что сейчас он стонет именно из-за Кена, знать, что этот секс запомнится надолго, а, возможно, и на всю жизнь – было очень классно. И вот настал тот момент, когда эмоции прут через край, и Кен не может их сдержать. Он кончает. Кончает так, как не кончал никогда – долго, много, с непередаваемым чувством наполненности внутри, ведь он понял, что вместе с ним кончил и Рави. Тот падает на хёна, совсем без сил, но зато довольный, как слон. - Хён, ты знаешь, как я тебя люблю? – говорит Рави, а в душе Кена разливается тепло от услышанных слов. - Не знаю. Но догадываюсь, - Кен улыбается самой чистой и искренней улыбкой на свете, - наверное, так же, как и я тебя, ведь так, Равия? Рэперу еле хватает сил, что бы встать с любимого и перевернуться на спину. Он лежит, довольный, как мартовский кот, которому дали сметаны. И ему абсолютно не важно, что скажут другие. Не важно, как к этому отнесутся одногрупники. Не важно, что рано или поздно надо будет объяснятся с родителями – своими и его. Ведь, пока у него есть его лучик солнца, его личный сорт героина, ему не страшно ничего. А он уверен, что это была далеко не случайная связь в порыве страсти. Ведь он чувствует. Чувствует любовь – свою и его. И, пока он будет её чувствовать, пока он и будет делать всё, что бы его любимый был счастлив. А уж в том, что он сможет его осчастливить, Рави не сомневается. Как и не сомневается Кен. И даже через много-много лет, когда его группа будет праздновать свою годовщину – 15 лет вместе, они будут сидеть в обнимку возле костра, все вымазанные тортом, счастливые, и будут уверены, что конец ох как не близко. Ведь, пока существуют они, будет существовать и их любовь, которой не страшны ни время, ни проблемы. И даже через пятьдесят лет они будут сидеть в своем доме, все вшестером, и листать их семейный альбом, в котором будут все моменты их совместной жизни – вот их свадьба, медовый месяц, а вот, на следующей странице, фотография детского дома, где они усыновили прелестных детей – мальчика и девочку. А вот, через страницу, их счастливая семья на отдыхе в Таиланде. Далее идёт фотография, которую Кен увеличил, поставил в рамку и повесил на стену возле главного входа – вся их семья : он, Рави, их родители, сестры и братья, все участники группы vixx, которые стали за все эти годы для них братьями – вот слева в своей вечной позе дивы стоит Эн, возле него смеющееся Лео, и вечные макне-лайн, которые опять не поделили между собой очередную игру. В центре – стоят светящиеся от любви Джехван и Воншик, а внизу их детки со своими вторыми половинками и детьми. И неважно, сколько им будет лет, но, как всегда, Рави спросит у Кена - Хён, ты знаешь, как я тебя люблю? А тот, как всегда, ответит: - Наверное, так же, как и я тебя…