Император

Сотни военных галер с парусами цвета Коре стояли на причале, ожидая свой час. На некоторых галерах суетливо бегали солдаты и командиры. А другая часть воинов в огромных сундуках проносили на галеры мечи и стрелы. Рядом, на берегу, основная группа солдат «воины династии» смиренно стояли, не смея шелохнуться. Подготовка к походу была почти завершена. Только ждали приказа Императора, чтобы в путь отправится. — Смотри, Юнги, смотри. И это все будет твоим, конечно, после того, как я в отставку уйду, — проговаривал главнокомандующий, указывая на всю армию династии Чон. Юнги задумчиво смотрел на море и на галеры, а потом с улыбкой отрицательно мотал головой, приговаривая, что это не его место, что ему это не по силам. — Мое место на казарме, уважаемый, — говорил солдат. А командующий Ли тяжело вздыхал и цокал языком, говоря, что Юнги — мелкий засранец, который отказывается от такой прекрасной должности. Ли рукой показывает на галеры, пальцем по воздуху рисует очертание флага Коре. Он указывает на смелых воинов, говоря, что они станут его семьей. Юнги по-доброму смеется. Он смотрит на солнце и щурит глазки, вместо того, чтобы смотреть на галеры. Он слышит шум прибоя, вместо слов командующего. Он думает о своем Принце, как о своей семье, совсем забывая о том, что он — солдат. — Будешь, Юнги, будешь, — слышится за спиной. Оба поворачиваются и видят Императора со стражниками. Чонгук жестом показывает, что не надо ему кланяться и ноги целовать. Он просто встает рядом с ними, расправляет грудь и с широкой улыбкой смотрит на море. — Красота, — вздыхает Император, а Юнги кивает в ответ. — И почему же ты начал думать об отставке? — интересуется Чон, обращаясь к Ли. Главнокомандующий неловко смеется, подправляет шпагу и потерянным взглядом смотрит на синюю бабочку, что пролетает мимо него и улетает куда-то вверх, словно стремится к солнцу. Он, точно, как и Юнги, смотрит на солнце и щурится, улыбается облакам. А потом, смотря на плывущие в небе облака, тихо проговаривает: — Подобно этим белоснежным облакам, подобно той бабочке, летит и мое время. Венчаться мне надо, пока не поздно. Свой очаг, чтоб был. Поймите меня правильно, мой Господин. Чонгук по-дружески хлопает его по спине. И шепчет Юнги, что и даже самый грозный командир в душе желает о семейном счастье. Юнги улыбается, а Чонгук задорно смеется, когда видит, что Ли совсем раскис. — Будет тебе семья. Если живыми вернемся, то своего брата обещаю за тебя выдать. Юнги перестает улыбаться. Он замирает. А сердце кричит, что так и должно было быть. В нем начинается борьба: темная сторона желает украсть любимого, а светлая говорит, что нужно отпустить, ведь разные они совсем. А член династии Чон добавляет, что это была воля покойного Императора. — Кто я такой, чтобы последнюю волю отца не исполнить? — говорит Чонгук. — Для меня это честь, мой Господин, — отвечает Ли. Юнги сжимает руки, взгляд становится грозным. Мимо него проходят счастливо смеющиеся альфы, и Император хлопает его по плечу, говоря, чтобы он лицо проще сделал. Юнги буравит взглядом им спины. Еще бы чуть-чуть и он набросился бы на них. Но здравый рассудок напоминает, что стоит быть сдержанным.

***

— Когда красная луна взойдет на небосклоне, когда звезды померкнут, тогда и оборвется жизнь его. Ожидай этот час, берегитесь и молитесь, чтобы Бог был благосклонен к Вам, чтобы счастье Ваше, сокровище Ваше не трогал он. Молись, молись, молись! Господин! — восклицает прорицатель, пугая Тэхена. — В тот час… — Прочь! Вон отсюда! Видеть, слышать тебя не желаю! Стража, уведите этого безумца! — кричит Король. В дом врываются стражники, хватают прорицателя за руки и выволакивают его. Но пожилая омега напоследок кричит: — Молитесь, Господин! Просите Бога о милости! Покайтесь за свои грешные мысли и поступки! Не то карой станет смерть его… Тэхен роняет слезинку и держится за сердце, что бьется так сильно, будто бы готовится выпрыгнуть из груди. Он открывает рот в немом крике и стучит себя по груди, чтобы дышать хоть легче стало. Но это не помогает. Лим незамедлительно подбегает к нему, как всегда, предлагая кувшин с водой. В дом врывается Шестой Принц, и он садится рядом с Тэхеном. Принц гладит его по голове, уверяя, что все будет хорошо, независимо от слов прорицателя. — Тэхен, Джин в соседней комнате. Не пугай малыша, — говорит Чимин. Тэхен кивает. — Все хорошо, все хорошо. Король выпивает воду и успокаивается. Он затуманенным взглядом смотрит на то место, где стоял прорицатель. Омега отрицательно качает головой, отгоняя лишние мысли. — Он меня проклял, — говорит Тэхен, смотря в глаза Принца. — Сказал, что кто-то умрет. Лишь бы с Чонгуком все хорошо было, — всхлипывает омега. Чимин успокаивающе гладит его спине, а потом обнимает и прижимает к себе. — С братом моим ничего не случится. Чонгук у нас сильный и крепкий. Он не оставит Империю. Тэхен кивает, убеждая себя в том, что Принц абсолютно прав. Тэхен прикрывает глаза, а по щекам катится его одна слезинка. Лим кусает губы и криво улыбается Королю. А в соседней комнате криками и слезами заливается Джин, который проснулся из-за воплей своего родителя и, наверное, испугался.

***

Юнги бродит по улицам. Возвращаться в казарму ему не хотелось. А идти в их с Чимином домик ему тоже не хотелось. Оставалось только бесцельно бродить по улицам. Благо Император позволил ему уходить и возвращаться в казарму, когда Юнги сам изволит. Он пытался разложить по сундучкам все его мысли. Но мысли сильней путались, да так, чтоб не возможно было это разобрать. Это злило, выбивало из колеи, отнимало все силы и сводило с ума. На самом деле, крохотный мирок маленького солдата с большим будущим разрушилось. Он в мыслях уже видел Принца, который совершает брачный ритуал и становится занятым. Становилось плохо. Перед глазами плыло, а сердце ныло. Он кричит, кричит так, чтоб все услышали этот крик помощи и отчаяния. Кричит до тех пор, пока силы окончательно не уходят. И до тех пор, пока он, не устояв на ногах, падает прямо на пыльную землю. Юнги тихо шепчет: — Прости, мой Господин, это мне не под силу. Но от собственных слов воротило. Юнги чувствовал себя самым жалким и ничтожным человеком во всем Коре. Воротило от мысли, что он мог бы начать действовать вместо того, чтобы жалеть себя и свою никчемную судьбу. Но не было мысли о чувствах Принца, когда он узнает об этой вести.

***

Чимин укрывает Тэхена и идет к своему племяннику. Он берет Джина на руки, малыш смотрит умными глазками, а потом улыбается. Чимин целует его в лоб и говорит Лим, что сегодня Джин переночует с ним. — Папа твой устал. Ты сегодня со мной поспи, только не плачь, хорошо? — спрашивает Принц. А Джин что-то отвечает на «своем» языке. — Вот и хорошо, — отзывается Чимин. Он прижимает ребенка к себе, направляясь к своему дому. — Маленький мой, я же хороший дядя? — спрашивает Принц, а малыш что-то радостно выдает в ответ. — И папой хорошим буду, — улыбается Чимин. Джин недовольно капризничает, наверное, требует молока. — Скоро придем домой, и кормилица тебя покормит. Чимин целует его в лоб, думая, что он и Юнги воспитают прекрасного малыша.

***

- Папа, передай завтра Шестому Принцу, чтобы он к браку готовился. Обрадуй его этой вестью. Передай, что мужем ему станет главнокомандующий Ли. Как только вернемся, начнем готовиться.