Записки из подвала

У нас с Сану родился очаровательный маленький альфочка! Это я узнал, когда медбрат принёс малютку и вложил мне на руки. Так же мне была дана бутылочка, чтобы кормить его. Мой сын уже сжимал кулачки и грозно на меня взирал. Он как будто стремился испепелить меня своим взглядом. И я назвал его Пуонг - восставший из пепла. Он был началом новой жизни - только я, Сану и маленький Пуонг. Через неделю все швы на моём животе зажили, и нас с Пуонгом выписали. Сюнбе довёз меня, а там уж дальше я дополз до входа прижимая кулёк к груди, притащил Пуонга домой и преподнёс Сану. Но, к моему удивлению, Сану вовсе не был рад тому, что я подарил ему новую жизнь! Нового человечка, в котором течёт его кровь! - Ты - деревенская шлюха, и этот ребёнок не от меня. Он от Сюнбе, уж я-то знаю! У него даже глаза, как у Сюнбе. И волосы. Проваливай к нему. Собирай свои манатки и не спи в моей кроватке! Я похолодел. Вот уж не думал, что Сану с таким презрением отнесётся ко мне, после того, как я родил ему в муках дитя! Я умолял Сану хотя бы позвонить Сюнбе, раз уж мой альфа не хочет меня видеть, но он лишь сказал: - Ползи как умеешь. И личинку с собой захвати. Мне даром не нужны твои бастарды. Я выполз из дома на дорогу, крепко держа Пуонга, и начал размахивать руками, сигналить проезжающим мимо водителям. И вот появилась полицейская машина. Там сидел Ян Сюнбе! И какой-то майор. Сюнбе тут же открыл дверь, помог загрузить в машину Пуонга, пока я заползал на сидение. Мы едем к жизни без Сану! Очень надеюсь, что мой Сюнбе арестует этого маньяка, посадит в кутузку, а может даже и в настоящую тюрьму! Сану заслужил этого, после того, как жестоко обошёлся со мной и моим ребёнком. А то, что он обозвал меня "деревенской шлюхой" - я надолго запомню...