Идущий в прошлое

      Утро встретило жителей Конохи неприветливо. Снующие по крышам шиноби, лёгкий запах гари — всё это заставляло нервничать. — Что же случилось? Неужели диверсия? — гуляли везде шепотки. Женщины нервно сплетничали друг с другом, мужчины хмуро наблюдали, надеясь, что власти справятся и всё обойдётся.       Во всей этой напряжённой обстановке выделялась компания ребятишек, идущих в сторону приюта. Событие вполне себе обыденное, если бы не реакция окружающих людей. Взрослые, забыв, что они раньше делали, сверлили подозрительным взглядом одного из детей: бледного беловолосого паренька. Он имел славу знатного хулигана: к своим восьми годам умудрился подраться почти со всеми детьми в Конохе и получить кличку «Белый монстр». Казалось, взрослым то чего беспокоиться, это же ребёнок. Но тут в силу вступали несколько особенностей «Белого монстра».       Несмотря на возраст, парень был непробиваем: его не пугали крики, угрозы расправы или вызова полиции. Всё это будто встречало стену. Но стоило обидеть кого-то из приютских или, самое невероятное, задеть его самого, реакция была одна: холодный взгляд, обещающий очень «весёлую» жизнь негодяю, вкупе с врождёнными красноватыми глазами, смотрелось действительно жутко.       Но сейчас волнение было беспричинным. «Монстр» просто шёл к приюту, разговаривая со свитой.       Поспешай медленно — гласила народная пословица. В принципе мы ей и следовали.       Несмотря на весьма быстрый спуск с холма, к приюту мы двигались не очень торопливо. Конечно был шанс получить от сенсея на орехи, но надо было выяснить детали. Нас с Минато интересовало, что всё-таки послужило причиной такого вызова. Обычно после утренней разминки бывший шиноби вспоминал о нас лишь к закату, ведь наставало тренировок. Ах, я забыл упомянуть. После того, как я научился нормально ходить и бегать, я стал караулить мастера Сантори. Жуть как интересно было, почему он ушёл из шиноби?       Я следил: куда он ходит, где ест, что делает и был ужасно разочарован. Он вёл себя как обычный человек: гулял, ухаживал за садом, наблюдал за детьми. И всё! Никаких ниндзя приёмов, сверхскорости и подобного. Единственное, что выдавало в нём шиноби — это отношение окружающих к нему. Крайне уважительно. — Сантори-сан, вам помочь? Мастер, не хотите перекусить? — Жутко бесило. И уже отчаявшись, я смог наконец его застукать. Правда при этом раскрыв себя.       Наблюдая, я никак не мог поймать момента, когда он просыпается. Будто он вечно на ногах, а ведь живёт в здании приюта, как и некоторые воспитатели. И я решил попробовать встать пораньше (ну ещё раньше, чем обычно). Четыре часа утра. Шатаясь и щурясь, я спускался по лестнице. Его нигде не было. Проверил уже весь корпус и даже столовую. Подумав, решил выйти на улицу. Там было темно, луна всё ещё освещала небосвод, но чувствовалось приближение рассвета. Доверившись интуиции, я поплёлся на задний двор и, с удивлением, нашёл свою пропажу. «Пропажа» занималась непонятной гимнастикой, перетекая из одной стойки в другую, он будто танцевал. Я засмотрелся и забыл, что для растущего организма сейчас ещё рано, и упал. На звук обернулся Сантори. Выяснить причину моего появления, было для него делом пары секунд, а потом меня попытались отправить спать, но не тут-то было. Я заупрямился и бывший шиноби, вздохнув, предложил посмотреть на рассвет.        Наблюдать за появлением солнца было интересно: с начало на горизонте заблестели лучи, а потом, понемногу, стало выглядывать и светило.        — Сантори-сан, а вы меня научите этим приёмам? — На меня с удивлением покосились.        — Это не приёмы. Так, разминка.        — Научите? — посмотрев в мои светящиеся глаза, тот задумался.        — Будет трудно, ты ещё маленький.       Это был вызов. Я нахмурил брови. — Может и маленький, за то во какой сильный!       Посмотрев на размер моего «во», — бывший шиноби засмеялся. Обиженно на него взглянув, я выдал:        — Смейтесь, смейтесь. Мне так Инока сказала. — перестав гоготать, Сантори вдруг потянулся к макушке.        — Ладно, но потом не плачь. — в меня уперся его взгляд, как-бы проверяя на прочность, я ответил своим.       С тех пор мы каждое утро занимались зарядкой, мне правда досталось упрощённая версия, но я не унывал, потом дорасту. К нашим занятиям, так же примкнул и Минато. Мой личный хвостик решил выведать, почему я встаю так рано. В итоге Сантори прибавилось хлопот, но унывать он не собирался. Гонял нас как чертят. Растяжка, бег, прыжки и то, что мы жутко не любили, медитация. Наш детский организм требовал действий, а сидение на попе вызывало лишь сонливость. Я сам знал некоторые упражнения, но они не подходят для детского тела, поэтому пришлось прибегнуть к помощи учителя (так он сказал к нему обращаться).       И результаты были, по сравнению с другими детьми, мы с Минато были сильнее. Знаю, сравнение малолеток звучит так себе, но это факт. И нас это выручило.

flashback

      Был вполне обычный денёк. Светило солнышко, пели немногочисленные птички, работали люди. Нам исполнилось по шесть и совсем недавно воспитатели разрешили выходить за ворота приюта. Мы этому сильно обрадовались, ведь нам открылся целый мир, ну ладно, целая деревня.       Я тогда не знал всех реалий, но думал, что всё должно быть хорошо. Я немного ошибался. Приютских детей не сильно жаловали на улицах: родных нет, только мешаются под ногами. Взрослым было плевать, но вот их детишкам. Самого по себе конфликта не было. Просто в деревне было несколько банд. Да банд, детских банд. Разделяясь по месту жительства, ребятня собиралась в группы, которые и соперничали друг с другом. Напоминало детское «пацаны с соседнего района».       Какое это имеет отношение к приютским? Всё просто. Провожая из приюта, нам разумеется не давали на карманные расходы, а чего-нибудь купить хотелось. Выход был прост: пойти на подработки. Однако тут то и вмешивались банды. У кого-то деньги отожмут, кого-то не пустят подрабатывать в пекарне, самим надо. А отношение родителей к приютским как к букашкам, всё только усугубляло.        И вот выйдя с Минато на прогулку, мы заметили занимательную картину: четверо деревенских прижали одного приютского к стене и, судя по всему, разъясняли ему правила поведения в деревне на языке кулаков. Я сжал кулаки и хмуро взглянул на эту компанию, но делать было нечего: им по примерно по восемь, силы слишком не равны. Однако блондин считал иначе.       Прежде чем я успел, что-то сказать, он метнулся мальчишкам. Мда, а ведь только хотел ему сказать, что лезть нельзя. Хотя стоит заметить, драку он начал неплохо. Даже я не сделал бы лучше.       Разогнавшись, он развернул корпус и немного подпрыгнул. Тело, получившее немаленькую скорость, влетело в главаря и, подчиняясь законам физики, передало ему своё ускорение. Парня унесло на несколько метров. — Минус один. — Минато не стал тратить время и заехал кулаком в нос одному из тех кто держал приютского. Всё, больше ждать нельзя.       Когда детишки отошли от шока и поняли, что на них напали, я был уже рядом. Удар по рёбрам по идущему на блондина парню — нечего было спину подставлять. Следующий получил подножку и толчок, покатился по песку. С последним уже заканчивал Минато: лбом по носу, поставил жирную точку в нашей драке.       Поднявшийся главарь, осмотрел наши боевые лица, а также валяющихся товарищей, поспешил отступить, напоследок погрозив кулаком. С ним ушли и его дружки. Казалось, история на этом кончилась, но нет.       Через два дня, во время прогулки, на меня вышли трое: двоим было по десять, а последнему одиннадцать. Упёршись плечами, затолкали в переулок.        — Ты и твой дружок обидели моего брата. — заявил старший. — Думаешь вам это сойдёт с рук?       Дальнейшие действия напомнили прошлый мир. Толчок в грудь и я на земле. Местные гопники встали полукругом и начали мутузить ногами. Мне оставалось лишь свернуться калачиком и ждать.  — Приёмыши, вы вообще обнаглели! — пошёл замах ноги. Но похоже удача сегодня была на моей стороне — пацан промазал.       Упускать свой шанс я был не намерен. Левой рукой я схватил мазилу за ногу и дёрнул на себя. Потеряв равновесие, он упал и судя по хрусту не очень удачно приземлился на стопу. Времени я не терял, только первый начал падать, как мой кулак ударил по коленной чашечке второго. Увы, мне всего лишь шесть, вместо того, чтобы покинуть своё место чашечка лишь немного сдвинулась, однако пацану этого хватило. Ещё один, ругаясь, падает на землю. Не мудрствуя лукаво, пинаю старшего ногой. Перекат назад. — Ух ёлки зелёные, как же «хорошо» — Побитые ребра мои кульбиты явно не оценили.       Так, главарь уже встал и, судя по красному от гнева лицу, очень хочет меня прикончить. Ну что ж, давай!       С рёвом на меня бежала туша. Правая рука, уже в замахе, хочет расквасить мне нос. Пошёл удар, но слишком медленно, я просто отклонил голову и нанёс свой. — Добро пожаловать во взрослый мир, малыш! — С разбега наткнуться солнечным сплетением на кулак — это больно. В попытках вздохнуть, маленький гопник cгибается, а ему навстречу уже летело моё колено.       Фонтан крови. Разбит нос, минут пять его можно не опасаться. Тем временем остальные уже поднялись и с воинственным видом двинулись ко мне. Один прихрамывал, это хорошо, можно использовать.        На этот раз я не стал ждать, а побежал навстречу. Ребятишки подумали, что это моя отчаянная попытка выбраться из переулка. Наивные, обогнув первого я сделал неожиданную для них вещь: споткнулся и упал на ноги второго. Тут же подскочив, ударил в глаз. — Какой же я сейчас слабый. Не удары, а комариные укусы. — Но второго я всё же из игры вывел и остался один на один с последним. Поднимаюсь и с улыбкой смотрю на него. Он уже не выглядел храбрым, в глазах страх. — Ну да, моя фирменная улыбочка. Зря я её перед зеркалом тренировал что ли? Восстанавливаю прежние навыки потихоньку. — Сейчас передо мной выбор: свалить или добить обидчика. Вроде неплохо было бы проучить наглецов, но тело нещадно болит, нагрузки были через чур.       Зря думал, из-за моей спины раздались вопли. Старые знакомые. Четвёрка восьмилеток с удивлением рассматривала место событий.  — Ублюдок! — братишка местного главаря попёр на меня. За ним, гневно сверкая глазами, потянулась и его братва, страха передо мной у них не было. — Как удачно они зашли! — «Последний выживший» ободрился и смотрел нам меня с кровожадной ухмылкой.       Ситуация была очень нехорошей, когда в этот переулок заглянул мой закадычный друг. Блондин видимо следил за четвёркой и вышел на меня. Не долго он рассматривал открывшуюся картину, быстро сориентировавшись, решил повторить свой приём, немного его подкорректировав. С разгона врезавшись пятками в зад главному, он использовал его как доску для сёрфинга (я еле успел увернулся). После чего вскочил и бросился на десятилетку. Тройка, оставшись без главаря, взревела и бросилась на меня. Началась свалка.       Спустя пару минут мы с блондином стояли посреди переулка, спина к спине и тяжело дышали. Драка далась нам нелегко. У меня из носа текла кровь, царапины на шее так же кровоточили, левую руку я не чувствовал, а волосы, слипшиеся от пота, растрепались и мешали обзору. Минато было немного лучше: правый глаз был закрыт, бровь рассекли и кровь мешала нормально видеть, также он умудрился словить камень в голень и теперь опирался на здоровую ногу и мою спину. Противникам тоже не сладко, но их банально больше. Они так же тяжело дыша, стояли немножко дальше. Сейчас перерыв, обломав о нас пару зубов противник решил взять нас измором. А когда, держась за разбитый нос поднялся, одиннадцатилетний глава, радостно оскалились.       Однако добить нас они не успели. Только я хотел признаться Минато, что был горд нашей дружбой, как между нами, откуда-то сверху, приземлился человек. Вскочив он раскрыл руки в наши стороны и сказал:        — А ну спокойно! -пока я с удивлением рассматривал нарисованный на плече пришельца сюрикен и пытался понять, что к чему, он продолжил. — Что у нас здесь происходит?! Ааа, дерётесь значит!       Его взгляд обвёл собравшихся ребят, наткнувшись на нас, потяжелел.        — Семеро на двоих, да ещё и младше вас?! Пройдёте со мной в отделение. — в голосе появились стальные нотки. А я наконец-таки разглядел знак на его спине: красное с белым, веер — Учиха! Мозг провёл аналитику, Учиха — знак сюрикена — полиция.       Облегчённо вздохнув, я покачнулся. Ко мне мгновенно подлетел правозащитник и подхватил.        — А вам молодые люди не помешало бы к доктору.        — Домой. Поможете добраться? — это всё на что меня хватило       С крыши посыпались остальные члены отряда полиции и вопросительно взглянули на капитана.        — Этих, — рука указала на банду, — в отделение. А этих, — указывает на нас белобрысых, — к их дому. Вы где живёте?        — Второй приют. — после моих слов взгляд офицера ещё потяжелел.        — Разберёмся!       После возвращения наших кровавых тушек на родину, на горбах полиции, прошёл день. С начала было много охов, ахов и беготни. Нас отнесли в лазарет и заклеили пластырями (перед этим помыв и обработав царапины), мой нос вправили (было больно, но терпимо) и начали расспрашивать. После получения ответов количество охов возросло, начали жалеть нас и суетиться. В общем приятного мало. Зато мастер Сантори преподнёс сюрприз: кривясь, он заявил, что как только мы поправимся, он займётся нашим обучением всерьёз, то есть научит драться! Это было круто, мигом появились силы, казалось я мог бы ещё раз пройти ту драку. Однако на сюрпризы не кончились.       На следующий день к нас заявилась боевая семёрка, покрытая медицинским бинтом похлеще нашего. Потупившись, они принесли свои извинения, а вышедший, после небольшой паузы, главарь сделал предложение.        — Понимаете, мы хоть и не очень сильные, но некоторое уважение к нам есть, а если все узнают, что нас побило двое шестилеток… — нервно теребя сорванную травинку, сказал Даики (так звали одиннадцатилетку).        — И вы хотите, чтобы мы пошли под вас? — уточнил я.       Пацан кивнул. — Вы сильные. Я о таком лишь раз слышал, но тогда «Северные» нарвались на клановых. Вы ведь тоже тренируетесь?       Крыть было нечем, и я вопросительно посмотрел на блондина. Тот о чём-то размышлял и мой взгляд не заметил. Вдруг, будто очнувшись, он тряхнул шевелюрой и посмотрел на семерку замерших ребят. Этот взгляд мне категорично не понравился, в последний раз, после него воспитатели откачивали повара.        — У меня есть идея получше! — в его глазах появилось пламя. 'Пора валить, иначе и меня зацепит.'       Убежать я не успел, мелкий изложил свой план. По нему следовало, что не мы идём под банду, а они под нас. Та драка, как бы, должна была решить, кто станет главарём. Таким образом мы и их прикроем и сможем неплохо подняться. Я облегчённо выдохнул. А я боялся, сейчас нас быстренько пошлют и…        — Хорошая идея. Только надо вам придумать клички и выбрать главаря. — я с офигеванием смотрел на довольного кивающего Даики.        — Вот этот, он страшный. — палец одного из семёрки ткнулся в меня.        — Хорошо. Пусть тогда будет… Хмм… Белым монстром, например, — одиннадцатилетка, вопросительно взглянул на меня. А я что, у меня челюсть от земли оторваться не может. Утрирую конечно, но сказать от удивления действительно ничего не мог.        — Так, а желтый пусть будет «Молнией», он такой быстрый! — вскоре дворик наполнился гомоном. Я с кислым видом наблюдал за всем этим. Минато же довольно улыбался. Ну хоть кому-то из нас двоих это нравиться.       В итоге на том и порешили: я новый главарь «Белый монстр», блондин моя правая рука — «Молния». Свои мысли о том, что настоящая молния не бьёт в одно место, а этот специально так делает, я оставил при себе. Когда мы уже проводили своих новых друзей, я спросил:        — Зачем тебе всё это? Разве тебе хочется стать хулиганом? — блондин смотрел вслед уходящим. Я уже думал он не ответит, но:        — Это не хорошо, когда такие как мы, не имеют защиты. — его взгляд потяжелел. — А у нас появился шанс это исправить.       Он развернулся ко мне, ветер трепал его волосы, а на губах была усмешка:        — Ты со мной?       Что я мог ему ответить? — Разумеется! — мы стукнули кулаками. Так у нас появилась собственная банда.

end flashback

      Мы продолжали неспешно идти к приюту уже молча. Информация, полученная от «гонца», была крайне маленькой. Кто-то пришёл к управляющей, после чего она, светясь от счастья, потребовала нас к себе, а чтобы мы точно пришли, был позван мастер Сантори. — Ничего не понятно. Зачем, почему? — В общем мы решили не заморачиваться по этому поводу и просто прийти к учителю.       Когда мы вошли во двор, то увидели следующую картину: мастер Сантори стоя на ступеньках, о чём-то болтал с человеком в маске волка. — Что? Какого хутора тут делает анбу?! — У блондина, судя по всему, были схожие вопросы. Заметив нас Сантори улыбнулся и подозвал.        — Чего стоите у ворот? Идите сюда. — переглянувшись, мы двинулись, периодически косясь на масочника.        — А что тут делает дяденька анбу? — спросил я.        — Да забрать вас пришёл, за прегрешенья ваши. — осклабился учитель.       Мы напряженно встали. Со стороны было не слишком заметно, как сильно мы нервничаем, но не для Сантори. Его оскал стал ещё шире.        — Вы такой шутник сенсей! — Правильно Минато, парируй! Эй, а чего это ты тянешься к затылку и улыбаешься? Всё очень плохо!!! Он в панике! Почёсывание затылка и улыбка — это сигнал: нет сил сопротивляться, требуется поддержка.       Заметив реакцию блондина, учитель повернулся ко мне:        — Так что вы сейчас делали Хидеки-кун.       Мои поджилки затряслись и нервничая я выдал:        — Бросали в воду бабушек. — Взгляд Минато говори: «Что ты, мразь, такое несёшь?!» Даже анбу удивлённо посмотрел. А, что я? Долбанный детский организм не способный во время допроса выдать, что-то нормальное. Я же хотел сказать: помогали бабушкам и бросали в воду камушки, но перенервничал!!!       Взгляд Сантори будто исходил из бездны. — Как интересно. — Но тут же, сжалившись надо мной, стал обычным.        — Ладно, это всё очень интересно, но перейдём к делу. — он обвёл нас серьёзным взглядом. — Я подал ходатайство в башню каге о вашем поступление в академию шиноби.       Сделав паузу, для того, чтобы мы осознали, и продолжил:        — Там рассмотрели мои доводы и ваши психопортреты и вот результат. — он развернул листок и зачитал. — «Благодарим за ваше письмо. Отдел аналитики подтвердил ваши доводы, предположительно минимальный ранг данных детей — чунин.» Так что быстро собирайте вещи, как будущим студентам, вам положено отдельное жильё.       Мы никак не могли от шока, смотря то на друг друга, то на сенсея. Тот, заметив наш ступор, сурово двинул бровями. Мгновенно придя в себя, мы нырнули в здание и побежали в комнату. Нас провожали удивленные взгляды друзей. Наконец мы добежали.       В приюте не было отдельных детских комнат. Просто одна большая для группы ребят. Из личной мебели: кровать и тумбочка. К последней мы и побежали, собирать свой небогатый скарб. Я достал свои «сокровища»: коробку с жуками (собирал несколько недель) и пара стыриных книг. После, полез под кровать за походным мешком. В него я и засунул свою одежду, «сокровища» и предметы первой необходимости, перед этим, сбегав за ними в ванную.       Осмотрелся, всё ли взял. Взгляд на Минато: он тоже был готов. Кивнув друг другу, мы улыбнулись и побежали. По пути кое-как объяснились с приютскими. Взглянув на нас горящими глазами, они пожелали нам удачи.       На улице нас по-прежнему ждали мастер Сантори с анбушником. Проверив наш груз, сенсей сказал двигаться. Мы и двинулись. Шагать по деревне вместе с анбу было забавно: прохожие думали, что «Белого монстра» повязали и везут на суд. Вот мы пришли к высокому зданию, которое подозрительно смахивало на общежитие. Мы вошли и пройдя по лестнице на второй этаж остановились.        — Квартиры 214 и 215 ваши. — впервые заговорил анбу.        — Располагайтесь. — весело добавил сенсей.       Мы вбежали в своё новое жильё. Это была сказка! Пусть однушка, пусть ванная с туалетом выглядят не слишком презентабельно, но это всё это добро было нашим, личным. Осмотрев наши светящиеся лица, Сантори улыбнулся и сказал:        — Добро пожаловать в новый дом!