Капли дождя

Я ехала домой, но дороги почти не видела. Нет, я не ревела, не билась в истерике, я просто нихрена не понимала. Тупая боль давила изнутри. Меня подташнивало, мутило, но плакать не хотелось. Я доехала до дома за рекордное время. Наверняка придет куча штрафов о превышении скорости. Плевать. Пока я ехала, я думала. Корила себя за то, что не сделала все это раньше. Что не настояла и даже не задумалась об отношениях, когда это было возможно. Также я размышляла, можно ли уволиться, просто позвонив в отдел кадров. Потому что понимала, что с Мариной я работать не смогу. Не смогу ее видеть, общаться, как раньше. Если она меня когда-то любила, она могла так делать. Она сильная. А я нет. Я слабая. Марина могла делать вид, что все отлично, даже когда знала, что я где-то целую другую женщину. А мне даже мысль о подобном резала сердце. Она правда такая сильная или…или, может, ничего этого не было? Может, не было никакой красивой истории, как она безмолвно любила меня и была рядом? Может, я это все придумала? Черт побери, Марина, почему ты ничего не говорила?! Зайдя домой, я рухнула на кровать. У меня не было сил, и я была опустошена. Ничего внутри. То время, когда я рыдала в подушку после расставания с Ольгой, мне показалось каким-то легким бредом, по сравнению с тем, что творилось внутри сейчас. Мне совершенно не хотелось плакать, что удивительно, но где-то между ребер была такая боль, что я готова была скулить, лишь бы заглушить ее. Я тщетно пыталась уснуть, но лишь ворочалась на кровати. Почти в 20 раздался звонок. Я посмотрела на экран и отключила. Звонила Машка. Через полчаса она снова позвонила. И так несколько раз. Уже когда она трезвонила раз в десятый, я подняла трубку, понимая, что она просто не отвяжется. - Алло? - Не говори, что я тебя отвлекаю от безумного секса со своей начальницей! Я тебе полтора часа звоню! Можно было бы и отвлечься на минуточку! – Бурчала в трубку Маша. - Нет, не отвлекаешь, - сказала я, а сама закусила губу от обиды, боли и злости. - Ну и славно. Как прошло? – Радостно вопрошала Маша. - Что именно? - Не притворяйся дурой. Ты знаешь, о чем я. Ты ездила к ней? – Машин голос раздражал ушные перепонки. Я говорила ей о том, то хочу признаться Марине в чувствах, рассказать, какая я была дура, что не видела всего раньше и что до меня все так долго доходило. Поэтому она звонила, требуя отчета. - Ездила. И все сказала. Все. - Леся, блять, я нихрена не понимаю! – Воскликнула Маша, пыхтя в трубку. - Да нечего понимать! Я ей сказала, что люблю, а она ответила «пей кофе», все! – Я тоже начинала терять терпение, потому что прокручивать все это в голове было тяжело. Я и так занималась этим последние несколько часов. - Эм… Черт, - только и смогла сказать Маша, - и как ты? - Если честно, бывало и получше. - А может, она просто не поверила? – Предположила подруга. - Ну, подумай, ты жила такая пять лет спокойненько, ничего тебе не было надо, а тут, раз, и «я тебя люблю». И это после того, как ты орала на весь мир, что любишь Олю. Странно как-то. Может, это ее смутило? - Маш, - я устало вздохнула и закрыла глаза, продолжая держать трубку у уха. - Ты считаешь, я об этом не думала? Да миллион раз! Каждый день, пока ее не было. Просто я всегда считала ее…ну, понимаешь, что она никуда не денется. Что она всегда рядом. Что она безоговорочное дополнение к моей жизни. И даже не задумывалась о том, почему она так важна для меня. А потом я поняла, что… В общем, что она не просто женщина, с которой я когда-то спала. А Оля… С Олей был просто этап. Благодаря ей я поняла, что могу быть адекватной, могу строить отношения. Ты понимаешь, пока Марины не было, я даже ни на одну бабу не посмотрела! Ни на одну! - Это показатель? – Скептично спросила Маша, а после сама себе ответила, - хотя...в случае с тобой, да, показатель. И что ты будешь делать? - Ничего. Уволюсь и уеду нахер. - Чего?! Куда ты собралась?! – Возмутилась Маша. - Еще не придумала. Но работать с Мариной я точно не буду. Я не смогу. - Ты так просто сдаешься? Раньше ты была более смелой. - Смелость тут не при чем. Марина хорошо ко мне относится. Поэтому она и не ответила ничего, а не послала на красивые буквы. Я не хочу давить на жалость или что-то в этом роде. Нет, так нет. Я сама виновата. Если у нее ко мне что-то и было, я сама это не заметила и проебала. Теперь поздно. - А я так надеялась, что вы… - Даже не продолжай. Маш, я хочу спать. Завтра поговорим. Пока. Я отключила телефон и уставилась в окно. Ну и что теперь делать? Все кончено. Марина не ответила мне взаимностью, планы рухнули, мечты тоже. Еще раз все обдумав, я решила после выходных сразу пойти в отдел кадров и написать заявление без отработки. И уехать куда-нибудь отдохнуть. Только подальше отсюда. Побыстрее и подальше от самого дорогого и любимого, как выяснилось, для меня человека. Машка терроризировала меня все выходные. Увещевала о том, что я должна еще раз поговорить с Мариной. Она меня так достала, что я согласилась позвонить Марине Викторовне. И если она согласится, встретиться и все обсудить. Когда я набирала номер, думала, что сойду с ума. Но зря. Марина не взяла трубку. Грустно усмехнувшись, я отключила телефон, чтобы вредная Машка не названивала мне, и легла спать с мыслью, что с утра поеду пораньше в офис и, если повезет, даже не пересекусь с Мариной, когда оставлю заявление. В начала десятого я заходила в кабинет отдела кадров. Милая женщина лет под 60 с луковкой из седых волос, бойко что-то печатала. Я подошла, натягивая улыбку, и села на стульчик, напротив нее. - Алиса Эдуардовна, мне надо написать заявление на увольнение и без отработки. Она перевела взгляд на меня, посмотрела поверх очков, потом вернулась к экрану. - Чего это ты удумала? - Ну…личные причины, - туманно ответила я, продолжая улыбаться. - Вы, девки, не подумаете, все сгоряча, а потом обратно приходите, - проворчала она, продолжая что-то печатать. - Нет, поверьте, у меня было время все обдумать. И обратно, это вряд ли. - Марина Викторовна в курсе? Я пожевала губу и ответила: - Не совсем. Но она будет не против. На самом деле, я думала, что Марина, узнав об этом, начнет меня отговаривать, но чисто из вежливости. Ей тоже будет проще, если она не будет каждый день видеть мою влюбленную рожу. - Поругалась с Мариной что ли? – Внимание «кадровички» сосредоточилось на мне. Она, словно почуяв запах свежей сплетни, повернулась даже ко мне всем корпусом. - Нет, что вы. Марина Викторовна великолепный руководитель, как можно с ней ругаться. Скорее, это моя вина, поэтому я решила уволиться. Неважно, дайте бумажку, - я начинала терять терпение. Время близилось к 10, а Марина никогда не опаздывает. - Ладно, но тебе все равно придется подписать у нее. Она директор, - сказала тетка и протянула мне бланк заявления. - Зачем? Я же по собственному? - Такие правила. - Алиса Эдуардовна, а вы не можете? Ну пожалуйста, - заныла я, надеясь разжалобить старушку. - Мне делать больше нечего, как бегать подписывать заявления за вас, - проворчала она и вновь уткнулась в экран монитора. Я написала заявление по образцу, скромно положила его перед Алисой Эдуардовной и жалобно на нее посмотрела. Женщина проверила заявление на правильность заполнения, посмотрела на время и, вздохнув, поднялась из-за стола. - Спасибо вам большое, вы просто не представляете, как меня выручили. Она лишь взглянула на меня сердито и вышла из кабинета, наказав ее дождаться. Сначала я хотела сбежать, но, решив, что поступлю совсем некрасиво по отношению к старушке, осталась. Она пришла минут через пять и сердито сказала: - Мне, знаешь, как из-за тебя влетело? Иди давай к Марине Викторовне. Придумала, тоже мне. А я, дура старая, послушалась же, поперлась за нее, - ворчала женщина, проходя на свое рабочее место. Я опустила голову и поплелась в кабинет к Марине. Тихо постучав, я зашла. Марина сидела за столом и заполняла какие-то документы. А я поняла, что это первый раз, когда я так не хочу тут находиться. Кто мы теперь? Раньше я легко и беззаботно сидела на ее столе и шутила, иногда мы пили кофе по три часа подряд, было даже, что вот эти стены слышали стоны Марины, когда я ласкала ее, оставшись до вечера. А теперь? Теперь я стою и не знаю, куда отвести глаза, потому что мне неловко, стыдно и неуютно. Марина жестом пригласила присесть. Я молча повиновалась. Она смотрела на меня, а я в пол, в окно и на стены. - Я тебе вчера перезванивала. Увидела пропущенный, забыла телефон в машине. Ты не отвечала, - спокойно сказала она. - Я отключила телефон. Легла спать пораньше, - пробубнила я, не смотря на Марину. Кабинет опять погрузился в тишину. - Что это? – Наконец, произнесла она и подняла мое заявление со стола. - Заявление, - тихо сказала я. - Это я вижу. Зачем? - Потому что без заявления мне не дадут расчет, не выдадут трудовую… - начала было я, но она быстро меня прервала. - Хватит паясничать. Зачем ты написала заявление? И если ты скажешь, что чтобы уволиться, я кину в тебя что-нибудь. - Потому что я не хочу здесь работать, - выдохнула я и закусила губу. Слезы, которых не было, когда они были очень логичны, неожиданно решили появиться. Глаза защипало. Я отвела взгляд к окну и сдержалась, несколько раз моргнув. - Из-за меня? – Тон Марины как всегда безупречен. Ни доли волнения, ни раздражительности, абсолютное спокойствие. - Нет. Из-за того, что я к тебе чувствую. - Посмотри на меня. - Посмотри на меня. Пожалуйста,- повторила Марина, когда я сначала отрицательно покачала головой. Я перевела взгляд на нее и знала, что мои глаза слегка блестели. - Леся, не делай глупостей. То, что ты мне сказала тогда… Ты два месяца назад любила Ольгу. И ни до кого тебе не было дела. До этого несколько лет мы прекрасно общались, и ты не испытывала ко мне ничего. С чего ты вообще взяла, что у тебя ко мне есть какие-то чувства? Тебе просто надо отдохнуть. У тебя было много потрясений, поэтому ты не можешь рассуждать адекватно. Может, ты скучаешь по Ольге, плюс наблюдаешь семейную идиллию подруги, может… - Да плевать мне на их идиллию! И на Ольгу! - Вспылила я, - мне ты нужна! - Вот именно. А пару месяцев назад ты мне говорила, как сильно ты ее любишь. Ты сама не знаешь, что ты чувствуешь. И к кому. Я прошу тебя, ну…возьми отпуск, съезди отдохни, когда вернешься…все наладится. И ты перестанешь видеть то, чего нет, - спокойно сказала Марина. - А если нет? - Что «если нет»? - Если не перестану? Если я тебя действительно люблю и вернусь с этими же мыслями? - Тогда и поговорим. И если не передумаешь, тогда и напишешь заявление. Иди. С сегодняшнего дня ты в отпуске. Отдохни, наберись сил и приведи голову в порядок, - как-то грустно улыбнулась Марина. - Ладно. Но когда я вернусь, и это не пройдет, мы поговорим. - Если. Если это не пройдет. - Не пройдет, - сказала я и направилась к выходу. Сев в машину, я набрала Машке. Только ее ненормальная голова могла сейчас мне подкинуть идею, что делать дальше. Маша была в восторге от Марины и от ее предложения. С резвостью молодой и прыткой лани она созвонилась с Ирой, пообещав, что мы к ней приедем. Добравшись до девушки, Маша начала упрашивать Иру отпустить ее со мной в отпуск. Сначала Ира категорически была против. Потом мы рассказали ей мою жалостливую историю, я заверила, что мы будем только загорать и купаться, и что я лично отобью Машке все органы, если она будет хотя бы смотреть на кого-то, и Ира согласилась. Мы помчались в турагентство, чтобы найти какие-нибудь горящие путевки. Нам предложили Италию и какие-то острова. Решив, что на островах только пальмы и песок, мы выбрали Италию. Собрав в этот же вечер вещи, мы были готовы к неожиданному путешествию. Я заехала за Машей поздно ночью, дождалась, пока Ира даст ей последние наставления, и мы поехали в аэропорт. - А чего ты такая лохматая? – Поинтересовалась я, видя, что волосы подруги взъерошены больше, чем обычно. - Ну… Мы… - Поняла, Ира решила натрахаться с тобой здесь, чтобы там у тебя не возникло похабных мыслишек? – Хохотнула я. - Да, - улыбнулась Маша, - если бы так было всегда, я бы уезжала каждые выходные. Мы доехали до аэропорта, прошли регистрацию и сели в самолет. Маша уже побывала в дьюти фри, поэтому ехала, «вооруженная» всем необходимым. Я же задремала через полчаса после того, как самолет набрал высоту.