Книга Историй

      Когда Стив заходит в гостиную, Тони сидит на диване, откинувшись на подушки и покачивая в руке бокал с любимым виски. Вина внутри блондина растет с каждой секундой, ведь пару месяцев назад Старк с гордостью говорил всем, что больше не пьет, что сумел бросить. А теперь...       - Тони - тихо, виновато.       - Капитан - с усмешкой, но насквозь горько - не смотри так, я не начал пить с горя. Поверь, я слишком дорожу собой в данный момент, что бы начать травиться снова. Просто меня успокаивает вид -       - Тони, что случилось? Вижн позвонил мне, сказал, что я должен приехать -       - Вижн просто взял слишком много от дражайшего Джарвиса. Ничего не случилось, Капитан. Как ты уже успел убедиться, со мной все в порядке. Можешь возвращаться в джунгли. Передавай привет царственной кисе и всей кучке предателей -       - Тони, пожалуйста -       - Нет! Нет, нет. Ты уже все сказал, точнее написал, что не так уж и важно на самом деле -       - Я просто хотел сказать... -       - Я тоже! - срывается на крик, запуская бокал в полет, чуть-чуть не попадая в даже не дернувшегося Роджерса - Я тоже хотел сказать, знаешь, всего одну вещь. Поделится с тобой всего одной новостью. Но, как видишь, ни мне, ни тебе. Я ведь... - вздыхает как-то тихо, почти обреченно - У меня был план. Я думал, наивный, сделать все красиво, романтично, под светом звезд. Старый дурак, о чем только думал... Я ждал тебя там, но ты же даже не помнишь, не так ли? Выбегая из спальни в тот день, перед этой гребанной миссиией, ты обронил "Конечно, Тони, поговорим вечером". Я ждал тебя ВСЮ НОЧЬ! Замерз так, что зуб на зуб не попадал, а ты в это время с Вандой нянчился. Конечно "она ведь всего лишь ребенок, Бога ради, Тони". А потом как-то не до того стало, знаешь. Этот договор, что б ему пусто было. Ну вот, что тебе стоило его подписать? Но нет, ты же у нас гордый и правый Капитан Америка, ты не можешь ошибаться. И не объяснить тебе, что нас на всех не хватит, а если пытаться успеть, то наломаем дров, мы ведь уже натворили столько, что на всю жизнь не хватит грехи замаливать! А ты заладил "ошейник, ущемление прав". Ну и что? Сейчас то у тебя все права на месте, Кэп? -       - Стой! Подожди и дай мне, наконец, сказать! -       - Нет! Нет - и снова крик, что больно бьет прямо в сердце. Но Тони сразу успокаивается, делает два медленных вдоха-выдоха, приглаживает ладонью волосы - Я уже выслушал тебя до этого. Теперь будь добр, выслушай меня! Всего один раз! Просто УСЛЫШЬ меня, наконец! Раз уж ты пришел, просто услышь... -       - Я... Да, я слушаю тебя, Тони. Что произошло? - присел рядом тихо тихо, вдруг не заметит, и тогда можно посидеть рядышком, вдохнуть любимый запах, еще немного насладится присутствием родного человека близко.       - Даже не знаю, что сказать - хриплый смешок разрывает напряжение - я так часто представлял твою реакцию, разную каждый раз. А сейчас не знаю, что ждать от тебя -       - Все будет хорошо, Тони, я обещаю - Стив тянется, чтоб взять за руку, но отступает, когда видит, как тот вздрагивает.       - Проблема в том, что я тебе больше не верю. И я боюсь! Стив, Господи, ты понимаешь насколько мне сейчас страшно, что я готов даже сказать об этом вслух! -       - Тони, пожалуйста - и впервые в этом мире в это время на глазах вскипают слезы - я не хотел, я не хочу, что бы ты меня боялся. Пожалуйста, милый, я не сделаю тебе больно -       - Но ты сделал! Понимаешь, ты уже это сделал. А я все равно ждал тебя, любил тебя, люблю тебя. Все равно... собираюсь сказать -       - Что? Что сказать? -       - У меня будет ребенок - первый раз за всю встречу, Стив видит коньячные глаза - я беременный, и черт его знает как это получилось -       Стив не понимает. У Тони будет ребенок? Тони беременный? Но... но ведь это значит... это значит, что Стив будет отцом? У них будет малыш? Семья?       - Нет! - Тони срывается с места, подлетает к окну - Нет, не будет. Возможно когда-то я и хотел, но не теперь -       - Ты не оставишь ребенка? - а внутри все сжимается от боли, от немого крика.       - Что? Нет, нет, я его оставлю! Это мой ребенок, Стив! Он будет расти со мной, но никакой семьи, прости, но нет. Я не смогу, не с тобой, не после того, что было -       - Но... он ведь и мой... Тони, он ведь и мой тоже -       - Да - тихо, сломленно, обреченно - да, он и твой. И поэтому я говорю, тебе об этом. И я надеюсь, что мы сможем договорится насчет встреч и так далее. Я не запрещаю тебе видеться с ребенком после рождения. Возможно, даже забирать его ненадолго, я подумаю об этом, но никакой семьи, нет -       Сердце внутри, кажется, застыло. Дышать так больно, что кажется вернулась астма. На глазах вскипают слезы. Но это ведь мой ребенок - хочется шептать - но ты ведь тоже мой... Или был моим?       - Я все испортил, да? - и влага все-таки течет вниз по щекам - Я так мечтал о детях, о семье с тобой, но я все испортил, да? Я снова все испортил -       - Да, Стив, ты все испортил, и я тоже. Мы вместе испортили все то, что так долго строили -       - Но мы можем попытаться, Тони, пожалуйста, просто дай мне шанс - Роджерс подходит ближе, опускается на колени, протягивая руки к повернувшемуся Старку - пожалуйста, Тони, пожалуйста. Всего один шанс. Я прошу тебя, умоляю, пожалуйста -       Он стоит так всего пару минут, но кажется, что вечность. Вечность на протяжении, которой его личный Бог, темноволосый, гордый и непреклонный, решает его судьбу. Бог делает один шаг.       - Один шанс - тихо-тихо, с полным неверием собственным словам - один единственный шанс. Если ты снова что-то скроешь от меня, если солжешь, если сделаешь хоть что-то что я посчитаю предательством, ты больше никогда не приблизишься ко мне и не увидишь ребенка. Никогда, Стив, ты меня понял? -       - Да, да, да спасибо, спасибо, Тони, Господи, спасибо - ладони гладят поясницу и немного выступающий уже животик, губы шепчут благодарности и целуют все до чего могут дотянутся. Стив трется, как просящий ласки кот, и говорит, говорит, говорит. Он больше никогда не предаст Тони. Он больше никогда не сделает ему больно. Он заслужит прощение и станет самым лучшим партнером и отцом. И может быть, когда-нибудь, он станет самым лучшим мужем.