Pain of separation and the sweetness of reunion

Сидеть, как на иголках, постоянно думать, чтобы тебя умчала бессонница. Постепенно сходить с ума, но оставаться рассудительным. Почти не есть, от чего может появиться язва, и много — очень много — сидеть над книгами и ездить по всему земному шару. Этим занимался Марко Диаз на протяжении пяти лет. Когда он закрывает глаза, то видит ее. Длинные золотые волосы, большие голубые глаза, наполненные слезами, мягкие пальцы, несмотря на частые сражения, сжимающие рукава тёмно-зелёного платья... а потом дверь, за которой он видит розовый свет, и всё... Дыра в сердце, дыра в душе, дыра в жизни. Он искал её последние пять лет, он объездил весь мир в поисках того, кто сможет открыть портал, кто сможет отвести его к ней, но удача ему ни разу не улыбнулась. И он вернулся, опустил руки. С болью в сердце и со слезами на глазах, он упал на колени прямо на пороге, после того, как захлопнул дверь. Свернулся калачиком, натянул капюшон на голову. Пролежал так двадцать минут, изливая слёзы в рукав толстовки, делая его мокрым. В последнее время он плакал не много. Не сказать, что ему не хотелось – времени не было. Он думал, что нашёл. Он отыскал женщину в маленьком городке, в Италии, но нет, ничего не получилось. Может, она просто не хочет его видеть, может она уже нашла того, кого любит сейчас всей душой и забыла про него давным-давно. А он не мог её забыть, как ни старался. Не мог. Марко встаёт с пола и поднимается по лестнице — родителей нет, они в очередной командировке — а потом встаёт прямо напротив двери. Двери, где раньше была её комната. Дверь, за которой всегда был слышен лай собачек и звон её смеха. Будто, он сейчас откроет ее и увидит ту огромную комнату с множеством лестниц и огромной кроватью – и он открывает, но, увы, ничего не происходит. За дверью оказывается тёмная комната с дряхлой кроватью и шкафом, и задёрнутыми старыми занавесками окнами. По щеке катится горячая слеза, а потом ещё одна. Парень садится возле ближайшей стены и обхватывает колени. Его плечи трясутся, а комната наполняется всхлипами. Он кусает губы до крови и чувствует солоноватый вкус вместе с железным. Он хватается за волосы и тянет за них. Потом рыдает ещё около получаса и засыпает прямо на холодном полу. Просыпается — всё тело ломит, глаза болят, но ему плевать, глубоко плевать. Он без колебаний встаёт с пола и опять кусает нижнюю губу, потом неприятно морщится – покусал вчера все губы. Он достаёт из холодильника сырный соус, из рюкзака начос — она любила их — и принимается их есть, запивая водой — ему давно плевать на своё здоровье. Если нет смысла жить, зачем тогда следить за собой? Потом он поднимается наверх и идёт в душ. Потом переодевается в чистую футболку и боксеры, и залезает в свою холодную постель. За окном идёт сильный ливень, что помогает ему вновь заснуть. *** Парень просыпается от того, что что-то громко падает прямо над его ухом. Он лениво открывает свои карие глаза, потом хлопает ресницами, чтобы окончательно проснуться. В комнате темно, ночь, но за окном всё продолжает идти ливень. Потом он широко раскрывает глаза и садится на кровати. На его ковре сидит она. Вся потрёпанная, в грязи и шрамах, кое-где идёт кровь. На ней боевой наряд, а короткие волосы окончательно запутались. Стар. — Стар..., - тихо говорит он, а потом у него в голове что-то щёлкает и он бросается к ней, удерживая от окончательного падения на пол. Она пролежала в отключке два дня. Он переодел её и перевязал все раны — на её палочке всё та же одна половинка звезды. Она буквально подрывается на кровати и зовёт мать – видимо, с королевой что-то случилось. Но он успокаивает её, лишь одним своим прикосновением – хватает её за плечи и смотрит в глаза — в её глазах страх, даже ужас. В них не осталось того озорства и радости, что было пять лет назад. — Марко, - шепчет она и они оба замирают. Его бросает в дрожь от её голоса, от ее мягкого «Марко». Как же он скучал. Они словно по команде набрасываются друг на друга. Он сминает её губы своими, проводит языком по нёбу, очерчивая ряд идеально-ровных зубов; обнимает её так крепко, чтобы она больше никуда не смогла деться. Ни за что. Ни за что на свете он больше её не отпустит. — Я безумно скучал, - рычит он и срывает с неё футболку, оставляя в белоснежном лифчике, который на её теле тоже долго не задерживается, - только попробуй сновa исчезнуть. — Не исчезну, никогда, - шепчет Стар, попутно срывая с парня футболку и отбрасывает её куда-то в сторону. Вскоре, на них не остаётся ни единого предмета одежды, а шея Стар вся в засосах. Марко раздвигает её ноги и аккуратно входит — видимо, он у нее первый, и от этого на его лице играет полу ухмылка. Стар морщится и вскрикивает, цепляется ногтями за его плечи. Потом привыкает и обвивает ногами его бёдра. Его хватает на пять минут, потом он выходит и кончает ей на живот, целует в плечо. Она дышит часто, на лице всё еще отображаются отголоски боли, но это не мешает ей выглядеть счастливой. И она счастлива, что вернулась к нему. За все эти годы. Потом Диаз отправляет Стар в душ, а она хватает свои трусики с пола и его красную толстовку. Они пьют чай на кухне, и Стар рассказывает ему всё. То, что она исчезла из-за Тоффи и как они последние пять лет дрались с ним. То, как она хотела отправиться к нему и то, что видела его страдания через межгаллактические зеркала. И она хотела отправится к нему, хотела обнять его, хотела сказать, что всё хорошо, что она его не бросит, но мать ей не давала этого сделать. Она сказала, что если враг узнает о её слабостях, то её любимому человеку придётся несладко. Она рассказала и то, как появилась в его комнате. Они сражались в решающей битве с армией Тоффи. Даже встретились с ним и отобрали другую половинку звезды. Только, королеве не удалось выжить. Злодей забрал с собой её мать, а их забрала смерть. Благо, Стар успела сбежать, прихватив с собой другую половинку звезды, прежде чем её успело поглотить смертельное заклинание Тоффи. — Мне жаль, Стар, - Марко обнимает любимую и зарывается носом в её короткие волосы, а она утыкается ему в шею носом, в засос, который оставила где-то сорок минут назад. — Я не смогла защитить её, - она всхлипывает, - может, если бы я тогда взяла тебя с собой, всё сложилось бы по другому. — Может быть, - вздыхает Марко и гладит её по голове, -но, увы, ничего уже не исправить. Они сидят так еще пару минут, но потом Марко замечает, что больше не слышит звука дождя — он закончился. — Пойдём, - говорит он и тянет девушку за собой за руку. Они залезают на крышу, как тогда. Только сейчас там мокро и скользко, и Марко просит Стар быть осторожнее. Они стоят на крыше, обнимаются и смотрят на звёзды, которые показались из-за грозовых туч. — Мы всё исправим..