Как смириться с неизбежным

      В этом мире викингами называют тех, кто на самом деле полудраконы. Превращение случается в подростковом периоде, о чем могут сказать появившиеся чешуйки на руках, ногах и других частях тела; «особенности» вида (хвост с шипами, к примеру); зрачки (от вида зависит, какие глаза); ну и, пожалуй, самое главное — крылья. Крылья появляются на последней стадии, хотя у некоторых видов они могут появиться либо на первой, либо на второй стадии.       Иккинг — сын Стоика Обширного, Вождя племени Лохматых Хулиганов, подростковый период ещё не начался, хотя ему уже четырнадцать лет.       Сморкала — троюродный брат Иккинга, сын Слюнявого, фаворит себя, превращается в Ужасное Чудовище. Любит поиздеваться над главным героем, называя его обычно «селедочка» и «НЕ-дракон».       Астрид — девушка, которая нравится всем (в том числе и Иккинг, и Сморкла). Лучший боец из девушек (да и из парней тоже). Превращается в Злобного Змеевика, из-за чего у неё появилась некая мания на все отражающие поверхности. И Иккинг её понимал: она была безумно красивой.       Забияка и Задирака — близнецы Торстон, любители экспериментировать и подрывать. Вместе могут превратиться в Престеголова, из-за чего их, собственно, и боятся.       Рыбьеног — один из тех, кто положительно относится к Иккингу, никак не обзывает его. Уже на второй стадии превращения в Громмеля, появились маленькие крылышки, с которыми он, по своим рассказам, сильно мучается.       Ну, вот как-то так… Единственное, что, пожалуй, утешает юного Хэддока, так это то, что не он один пока не начал превращение в физическом плане. Астрид тоже никак не показывала никаких существенных признаков (кроме своей мании), что хоть немного, но утешало парня.       Этим утром Иккинг проснулся раньше обычного, из-за чего решил вновь сбежать в лес, из-под всевидящего ока отца. Он не любил, когда шатен пытался увильнуть от разговора о взрослении, поэтому Кровожадному Карасику Третьему приходилось убегать. В основном, через окно, но это было уже привычным делом. Не первую же неделю, в конце концов, он сбегает, верно?