В природе беты

Дар всегда любил свою работу. Может быть потому, что беты в принципе не любят сидеть без дела, а может быть потому, что так он мог пореже бывать дома, иногда пропадая на озере целыми неделями, и не видеть никого, кроме раз в сутки приезжавшего за рыбой хозяина. Он потихоньку коптил свой улов, смотрел на казавшуюся бескрайней озерную гладь и чувствовал себя почти счастливым. У него был дом и альфа, но были они где-то далеко, и этого было более чем достаточно. Дома же все это уже не казалось счастьем. С того самого дня, когда отец отдал его господину, Дар использовал любой предлог, чтобы держаться от него как можно дальше. Все-таки бета не омега, и чувствовать на себе заботу альфы ему не так уж и требовалось. Пары минут в сутки было более чем достаточно. Первые пару лет, конечно, Дар считал себя неблагодарным, старался хотя бы разыгрывать почтение к господину, а потом, видя, что кроме выловленной им рыбы, альфу ничего не волнует, смирился и привык к своему безнаказанному одиночеству. Тяжелее стало в прошлом году, когда хозяин решил обзавестись омегой. Поначалу, Дару показалось это хорошей новостью. Он знал, что омеги - существа нежные и теплые, самими богами предназначенные для того, чтобы создавать в доме уют. А еще радовать альфу, даря ему свою любовь. И не то чтобы эта не то привилегия, не то обязанность так уж его тяготила, но, стоило признать, справлялся он с ней из рук вон плохо. Он только и мог, что лежать, равнодушно глядя куда-то вверх, да время от времени исполнять четкие альфьи приказы вроде: шевелись давай, или соси. И конечно, за нерадивость его никто не наказывал, все-таки бета, что с него взять, но и чувствовать хозяйское неудовольствие было тревожно и неприятно. Так же омеге досталась бы "любовь" а ему, Дару, рыба. Ну чем не удача?! К тому же, разве не так все устроено природой? И устроено более чем разумно! И первые дни все так и было. Дар спокойно работал, альфа за всем присматривал, а омега, совсем еще юный и светлый, будто бы из книжки про счастливую семейную жизнь, наводил в доме уют и вкусно кормил их по вечерам, и робко улыбался своему альфе. Дар успел уже успокоиться, когда заметил, что солнца становится в омеге все меньше и меньше. Рик, так звали мальчишку, день ото дня будто бы потухал, а улыбки его из робких, становились откровенно заискивающими. Дар встревожился, жалея свое персональное солнышко, засуетился, стремясь то помочь по кухне или с уборкой, то подсунуть украдкой что-нибудь вкусное, то и вовсе заговорить, чтобы вызнать, что с тем происходит, но тот лишь прятал пугливо глаза и молчал. А может, нелюдимый бета просто давно разучился разговаривать. Дело прояснил случай. Рик разбил на кухне тарелку. Перепугался, бросился убирать разлетевшиеся осколки, но не успел. Их альфа услышал звон из соседней комнаты, явился, рассерженный не столько потерей тарелки, сколько тем, что его отвлекли. Дар взял тогда вину на себя, получил пару несильных затрещин, после чего, как ему думалось, инцидент был исчерпан. Но только не для Рика. Той же ночью он пробрался в комнату беты, все такой же робкий и напуганный, и, до того как Дар успел хоть что-то сказать, забрался к нему в постель. Омега был мягкий, теплый и нежный, и, увлеченный этими ощущениями, Дар не сразу и понял, что происходит. Зачем его так старательно целуют и гладят. А, когда понял, поспешил остановить дрожащего от испуга омегу. - Не надо, - проговорил он негромко и, как он надеялся, ласково и поспешил поскорее отстраниться, отодвинуться на другой край кровати. - Что ты? Я же просто так. - Но ты можешь, - оповестил его омега обреченно, но с явной долей надежды. - Ты же и мой бета тоже. Юджин не будет против. И Дар только головой помотал, не зная, что на такое сказать. - Вот именно, что бета, - сформулировал он наконец, - мне это и вовсе не надо. - Тогда почему, - ошарашенно выпалил Рик и замолчал, тоже явно подбирая слова, - почему ты так ко мне добр? Почему делаешь все это для меня? - Потому что тебе плохо здесь, - честно ответил Дар и смутился. Ну что вообще он мог понимать в омежьей психологии? - Я думал, может, тяжело. Хотел помочь. Беты должны помогать. Так мы устроены. - Глупый, - улыбнулся тот вдруг совсем по-старому светло, а потом снова прижался всем телом. Отодвигаться больше было некуда, и Дар приобнял его за плечо. - Что же тут тяжелого? Просто... И он замолчал. Дар подождал продолжения, но тот ничего не говорил и не шевелился. - Он делает тебе больно? - спросил Дар, так и не дождавшись продолжения. Сам он переносил ласки альфы нормально, но ведь омега был такой нежный. - Иногда, - признал тот и спрятал лицо на его груди. И, даже сквозь сочувствие и тревогу, Дар вдруг понял, что ощущать это очень приятно. - Не часто. Он не плохой. Не самый плохой. Дара будто по сердцу резануло прозвучавшей в его голосе пустотой. Он вскинулся, отстранил омегу от себя, чтобы посмотреть в его глаза. - А есть другие? - спросил, прекрасно понимая уже, что услышит. - Покупатели, - прошептал тот едва слышно. Было видно, насколько страшно и стыдно ему было признаваться. - Тогда покупают больше. Так говорит Юджин. А еще, что хорошая шлюха бизнесу на пользу всегда. - Никакой ты не шлюха, - ошарашенно, сам неизвестно чего пугаясь, сдавленно возразил Дар, не зная, что тут вообще можно поделать. Их альфа был в своем праве. - Ты просто делаешь для семьи все, что можешь. - Все, что прикажут, - поправил его Рик, и больше никогда к этой теме не возвращался. И вот уже больше, чем полгода, бете все больше хотелось оказаться как можно дальше от дома и пробыть там как можно дольше. Он и вовсе бы не возвращался, но не мог оставить омегу одного. Без своей бессильной, но зачем-то нужной поддержки. С ним Рик будто ненадолго оттаивал. Приходил ночами, когда их альфа его не хотел, или даже хотел, но разрешил уйти сразу после любви, пробирался тихонько в постель, прижимался, родной и усталый, и так и лежал, иногда до утра, иногда меньше, молча и отчаянно. Ни один из них не знал, что сказать, но и разомкнуть объятия не решался. - Давай сбежим, - как-то раз попробовал было Дар глупо, точно зная, что никуда от своего альфы омега не денется. Зачахнет просто, такова уж их природа. Бета-то выжил бы. - Уплывем на моей лодке, а? - Давай, - негромко отозвался Рик и тепло выдохнул ему между ключиц. - По большим рекам. Прямо в море. Далеко здесь до моря, Дар? Я хотел бы его увидеть. - Увидишь, - соврал бета и погладил его по волосам. - Надо плыть по течению Арны. До самого лазурного моря. - Я помню по карте, - ответил Рик как-то пусто. А потом опять замолчал. Дар думал, что будь он альфой, подарил бы ему это море. Он что угодно отдал бы, чтобы омега был счастлив. А еще думал, что будь он омегой, заменил бы Рика собой. Ублажал бы покупателей как только смог бы, оставив Рику лишь одного. Ублюдка, без которого Рику не выжить. А дела между тем шли все хуже и хуже. Рик не знал, почему. Не то росла конкуренция, рыбаков он и вправду видел все больше, не то рыбные хозяйства вблизи городов развивались все успешнее, про такое он только слышал, но крупные покупатели так и норовили пропасть, и заказов становилось все меньше. Дар предвидел момент, когда им и вовсе останутся лишь спешащие куда-то мимо на своих машинах туристы и отпускники, которых Рик караулил теперь в специально обустроенном у дороги киоске. Но и в этом, конечно же, он был не одинок. К тому же, там о нем приходилось тревожиться с удвоенной силой. Слишком уж разные люди там появлялись. Впрочем, безопасность их альфу не волновала. Его волновала лишь прибыль, которая стремительно уменьшалась. - Все, - заявил как-то Юджин за ужином, откладывая письма, которые как раз просматривал. - Хватит. Сезон отрыбачим, и я уеду отсюда. К брату в город. Он давно меня звал. Дар и Рик тогда переглянулись. По тому, как альфа говорил, было похоже, что о них речь не идет. И, если бету вполне можно было оставить и здесь, бросив на него свернувшийся едва ли не до нуля бизнес, то что станет с Риком? Но спросить ничего они не посмели. В ту ночь Рик пришел к Дару только под утро. Он был измучен и совсем тихо плакал, пока тот гладил его по плечам и спине, ничего не говоря и не спрашивая. И без того все было ясно. - Он сказал, - не то пожаловался, не то просто поведал омега, когда чуть-чуть отогрелся, - что, если я постараюсь, он заберет меня с собой. Я старался. Вот только... Я видел его брата. Он страшный, Дар. И жестокий. И его омеги его очень боятся. Я не хочу туда. Не смогу! И здесь Дар был согласен. Вот только поделать ничего и не мог. Зато вдруг смог их альфа. Как-то раз они с Риком уехали, чтобы доставить груз едва ли не последнему своему покупателю, а вернулись на несколько часов позже, чем возвращались обычно. Дар был в тот день дома и извелся волнением. И, сперва показалось, не зря. Омега выглядел перепуганным, и пальцы его чуть подрагивали, когда он мял в них неизвестно откуда принесенную шоколадку. Вроде бы, купить ее на их пути было негде. Да и потом, Дар и вовсе не мог припомнить, когда альфе приходило в голову его побаловать. Значит, не Юджин. - Собирайся, - между тем заявил альфа и заметно пошатнулся, выдавая, насколько он пьян. - Я вас продал. Завтра поедете. И, произнеся это, он гордо отбыл в свою комнату. Послышался хлопок двери, а потом что-то бумкнуло, и Дар понадеялся, что альфа упал и сломал себе шею. Но проверять не отважился. - Правда продал, - подтвердил Рик таким тихим шепотом, что Дар даже не сразу разобрал Его слова. - Тот покупатель хотел меня. Давно уже. Но никогда не предлагал. Я только по запаху слышал. А сегодня вот они сделку отмечали. Последнюю. Покупатель не особо хотел, но ты же Юджина знаешь. В общем, они пили. А потом покупатель куда-то водителя услал. И тот вернулся с шоколадкой. Представляешь? - омега положил лакомство на стол и сам уселся рядом, глядя тревожно и напугано. - Вот. Юджин посмеялся и сказал, что таким шлюхам как я много не надо, и хватило бы леденца. А потом предложил взять меня и поехать к озеру. Сказал, я дорогу хорошо знаю. Ну, как обычно. Но тот альфа так сморщился. Ему было противно со шлюхой, наверное. Но он не рассердился. Шоколадку отдал мне все равно. И сказал, что хочет меня себе насовсем. Чтобы не ездил с другими где попало. Дара этот путаный рассказ удивил ничуть не меньше. Впрочем, на месте любого альфы он захотел бы Рика себе. Да и просто бы захотел. Но до сих пор их удовлетворяло разовое развлечение. Насколько Дар понимал, конечно. Да и не принято как-то было у альф вот так запросто покушаться на чужого омегу. Даже если их открыто, да и правдиво, выходит, называют шлюхами. - А как, - Дар чуть сбился, смущаясь своего вопроса. Он должен был бояться за омегу, а не за себя, - я попал в эту историю? - Юджин предложил, - объяснил Рик просто и как-то безучастно поковырял пальцем обертку шоколадки, - сказал, чтобы обоих забирал. Оптом. Он же оптовый покупатель. А тот согласился. Заплатил сразу. На месте. Как думаешь, они протрезвеют и передумают? Дар пожал плечами. Альф он понимал не слишком хорошо. Может, и передумают. Посмеются с утра своей глупости. А может, решат, что уговор есть уговор. Тем более, что уже все оплачено. - Вот и я не знаю, - кивнул Рик неожиданно рассудительно, а потом предложил: - Давай съедим шоколадку? Они так и просидели до самого утра на кухне за слишком большим для их маленькой семьи столом. Доели вкусную шоколадку. Она и впрямь оказалась хорошей, с большими, цельными орехами. Рик сложил аккуратно оставшийся фантик и спрятал в бумажник. От этого совсем детского, такого трогательного жеста у Дара сдавило под сердцем. Слишком непосредственным, наивным и открытым был этот омега, даже несмотря на то, что ему пришлось пережить за неполный год в этом доме. Дар задохнулся от острого сочувствия и тревоги и поскорее принялся выспрашивать. Что за альфа, каким он ему показался. Но Рику сказать было нечего. - Пахнет приятно, - только и смог он объяснить, да повторил уже сказанное: - Он не трогал меня до сих пор. Только смотрел. Может, потому что был трезвый. И в рыбе он совсем не разбирается, кажется. И как до сих пор не разорился? - Рыба! - вскинулся бета от его слов, вскочил на ноги, почти обрадованный возможности сделать хоть что-то для напуганного омеги. - Я же ужин приготовил. Может, поешь, а? - Да тут уже завтрак, - поправил его Рик, глядя на светлеющее небо. Но возражать не стал. Должно быть, тоже подумал, что не известно, как и чем их будут теперь кормить. Они успели доесть и вымыть посуду. И Дар сварил для них кофе покрепче, чтобы бодрствовать весь наступающий день. Кофе закончился тоже, когда к их дому подъехала незнакомая машина. Альфа еще спал, и встречать гостей, а точнее, гостя, пришлось Дару. За рулем сидел хмурый, не выспавшийся бета. Он лишь кивнул в знак приветствия, не выходя из машины, и велел собираться. Хорошо хоть увязавшийся за ним Рик опознал в незнакомце вчерашнего водителя. - Давай, - сказал совсем тихо, уже открывая дверь в свою комнату, - не будем прощаться с Юджином. Пусть спит. В его голосе был слышен страх и смущение, и возражать Дар не стал. Да и по опыту знал, что в такие моменты альф не добудишься. Вот и их новый хозяин не явился за ними лично. Прислал водителя. Должно быть, и он отсыпался. Дар сложил аккуратно все свои вещи, благо, их было не много, а потом пробрался на кухню, где Рик уже варил кофе для незнакомого беты. Рик всегда заботился обо всех, кого видел. Такие уж были омеги. Он запаковал в пленку вчерашний пирог с рыбой, решив, что Юджину одному столько не надо, оставил записку, где искать завтрак, а потом переглянулся с Риком, подхватил их сумки и вышел за дверь, не оглядываясь и не раздумывая. Да и все равно ведь выбора у них не было. Дорога вышла дальней и молчаливой. В самом начале водитель вежливо поблагодарил Рика за кофе, да еще Дар, успокоенный этой благодарностью, уважением к труду омеги, отдал ему припасенный кусок пирога, и этим все беседы и ограничились. Беты молчали, а омега явно стеснялся присутствия незнакомца и не решался заговорить. Час шел за часом, менялись пейзажи, и ничего больше не происходило. Дар дивился, как за ночь водитель вообще успел съездить так далеко, но спрашивать не решался. Только посматривал встревоженно, не заснет ли за рулем. Но тот был хоть и хмурый, но, казалось, сосредоточенности не терял. Впрочем, и на нем самом бессонная ночь сказалась мало, а вот Рик беспокойно дремал, трогательно склонив голову ему на плечо. Проснулся только, когда они уже въезжали в незнакомый Дару город. Мерный шум дороги сменился суетливым гудением городских пробок и разбудил осоловело заморгавшего омегу. Тот сел прямо, завертел головой, рассматривая дома и машины, а потом вдруг сжал ладонь Дара, и не было ясно, от удивления или испуга. - Уже почти на месте, - прокомментировал это так и не представившийся бета, и в самом деле тут же свернул с дороги сперва в боковую улицу, а потом во дворы. Здесь стало почти совсем тихо, и Дар вздохнул с облегчением. Он уже успел представить, как будет жить в таком шуме и гомоне. - Приехали, - сказал водитель, останавливаясь, и кивнул на ближайший к ним вход в огромное, Дар таких раньше никогда и не видел, здание, - семнадцатый этаж. Квартира сто семьдесят пять. - А вы нас не проводите? - заметно оробев, спросил омега, и было с чего. Непонятное, незнакомое место давило. Бета поморщился, и Дар был уверен, что откажет, но нет, вышел из машины, дождался, пока они выберутся следом и добудут из багажника свои вещи. И просьба его оказалась нелишней. Пожалуй, далеко не сразу Дар бы сообразил, как воспользоваться домофоном. Да и сообразив, не знал бы, что делать. Домофон пропиликал что-то бравурное и утих. Ответа они так и не дождались. - Спит он что ли, - буркнул бета и открыл дверь своим ключом, пока Дар представлял, как они с Риком, будто бездомные, неизвестно сколько сидели бы прямо в этом дворе, ожидая, что про них кто-нибудь вспомнит. К счастью, омега предусмотрел такой вариант и попросил помощи. - Пошли. В лифте Дар тоже оказался в своей жизни впервые, хотя и не раз видел подобное сооружение по телевизору. Ощущение невидимого движения показалось ему пугающим, но интересным. Они как будто взлетали, плавно поднимались все выше и выше, и бета все думал, как же это высоко - семнадцатый этаж. Он не мог и представить. А вот Рик, казалось, искренне рад был такой смене обстановки. Он родился в городе и, должно быть, скучал по благам цивилизации. Дар вспомнил об этом только сейчас и почувствовал, как внутри что-то стыдно и неприятно кольнуло. Омега был здесь своим и лучше во всем разбирался, а значит, случись что, бета ничем не смог бы помочь. Дар даже плечами передернул, злясь сам на себя. Как будто он что-то мог для него сделать до этого! - Странно, - удивился водитель, быстро пробежавшись по квартире, пока новые жильцы несмело топтались в прихожей, - нет никого. Ну, ладно, входите. Устраивайтесь пока где-нибудь. Я хозяину позвоню, скажу, что вас доставил. Пусть там что-то думает. А я спать. Вот, - он положил на небольшой комод у самой двери свою связку ключей, - закройте за мной. И вышел, оставив их наедине с тишиной совершенно пустой, незнакомой квартиры. И так для Дара началась новая жизнь. С ощущения полной растерянности, тревоги и непонимания. - Как думаешь, - спросил его Рик смущённо и тронул чуть выше локтя, - можно мне в туалет? Очень хочется. Давно уже. Дар кивнул, как смог уверенно. Если только их новый господин не был законченным садистом и ненормальным, то не стал бы требовать спрашивать разрешения. Особенно, когда его нет дома и неизвестно, когда будет. А, если и был, нашёл бы повод развлечься в любом случае. Рик улыбнулся ему, разом вдруг успокоившись, и тут же безошибочно определил, за какой дверью нужная комната, скрылся на пару минут, а, когда вернулся, ухмыльнулся вдруг заговорщицки и потянул на себя соседнюю дверь. Вошёл и охнул восторженно: - Так я и думал! Дар! Ты только посмотри! Дар, забыв о смущении, поскорее сбросил обувь и присоединился к нему. Посмотреть и правда было на что. Ванная комната, куда привёл его Рик, была просторной и синей. Но не это вызвало такой восторг. Такой же просторной, подстать ей, была и сама ванна. Не синей, правда, обычной белой, но размер впечатлял. - Он тут, наверное, - видимо, имея в виду их нового альфу, проговорил Рик удивленно, - рыбу собирается разводить. - Точно! - поддержал Дар его шутку и поскорее вернулся назад в прихожую, чтобы не вводить себя в соблазн обшарить все шкафчики и полочки, что увидел. Слишком уж было интересно. - Поэтому меня и купил. Чтобы я её потом вылавливал. А ты будешь готовить. Рик постоял на красивом кафеле ещё с минуту и вышел за ним. - Как думаешь, - спросил он снова, - можно нам в комнату? И снова Дар не нашёлся, что возразить. Они прошли в ближайшую к прихожей комнату, должно быть, гостиную, и скромно уселись на диван, оставив свои сумки сиротливо дожидаться в углу. Помолчали, не зная, что ещё обсудить. Слишком уж непонятной была ситуация. Юджин, по крайней мере, являлся за ними обоими сам, сам привёз, показал все и рассказал, что можно, а что нельзя в его доме. И что нужно тоже. - Страшно, - признался ему Рик через какое-то время и заерзал, прижимаясь к спинке дивана. - И есть хочется. Дар повздыхал. Страшно ему было и самому, а потом отдал омеге весь их оставшийся пирог. Рик обрадовался ему, как родному, поскорее развернул тонкую пленку, но остановился, глядя на Дара с волнением. - Давай пополам? - спросил неуверенно. Пирога было бы достаточно и на двоих, но наесться бы не удалось. - Да нет, - отмахнулся бета совершенно искренне. - Ты ешь. Я, когда нервничаю, мне кусок в горло не лезет. - Я думал, - проговорил Рик весело, но невнятно с набитым ртом, - ты никогда не нервничаешь. Беты ведь не умеют! - Иногда все-таки умеют, - жевал омега так уютно, что Дару захотелось улыбаться. - Сейчас, кажется, самое время. - Это точно, - не стал спорить тот. И снова, говорить было не о чем. Дар по какому уже кругу рассматривал комнату, заучив, должно быть, обстановку отныне и навсегда. Ему хотелось осмотреться, изучить и другие помещения, угадать, где им с Риком придется спать, но он не решался. Дом был чужой и порядки чужие. А Рик снова дремал, устроившись на диване и уложив голову ему на колени. Дар почесывал его за ухом самыми кончиками пальцев, убаюкивал так, и сам не заметил, как заснул, откинувшись на удобную спинку. А очнулся от того, что кто-то стоял совсем рядом и смотрел на него в упор. Дар вскинулся, распахнул глаза и растерянным кивком ответил на явно приветственную ухмылку незнакомого альфы. Можно было предположить, что это, наконец, вернулся хозяин, и сейчас они уже познакомятся, но особой уверенности не было. - Ты, - альфа заметил его пробуждение, но наглого взгляда не отвел, - как там тебя? Мой новый бета? - Дар, господин, - тот склонил голову вежливо, чувствуя растерянность. Он не был уверен, правильно ли приветствует хозяина, но вставать на ноги не стал. На его коленях все еще спал Рик. - А вы? Маркус? - Во плоти, - кивнул тот и разулыбался еще сильнее. - А это моя спящая красавица! Он присел возле них и дивана на корточки и заглянул омеге в лицо. Провел ласково по его волосам, бережно пытаясь разбудить. Дар чуть поежился от такого интимного жеста так близко. Ему показалось, что ощущение от поглаживания передалось и ему, впиталось в колени и бедра, и от этого стало неловко и тревожно. Да и за Рика вдруг стало страшно. При нем Юджин никогда не ласкал так омегу, и Дару казалось, что любое прикосновение несет в себе опасность. Почему-то представилось, что теплый и сонный омега сейчас улыбнется, замурлычет разнеженно, но ласка обманет, альфа сожмет больно пальцы, дернет пшеничные прядки. И Рик проснется от обиды и испуга. Стало так больно за него, что Дар едва не подпрыгнул, сбрасывая его на диван и собственной грубостью стирая альфью. Но все же сдержался. И тут же был вознагражден легким вздохом и робкой улыбкой, которой ничто не мешало. Альфа не обманул сонной доверчивости, не сделал ничего дурного. Он продолжил гладить их солнечного омегу все так же нежно, даже когда тот открыл глаза. - Господин, - проговорил омега негромко и медленно поднялся, уселся на диване ровно. - Я просто уснул. Вы не думайте, я не... Что "не" он не договорил, как будто и так все было понятно, и альфа не переспрашивал. И только Дар растерялся, гадая, что же его так встревожило. А потом догадался и вздрогнул еще раз. Маркус мог бы подумать, что они тут любили друг друга? Но это же была полная глупость! В чужом доме, когда в любую минуту мог появиться хозяин. К тому же, ну кого вообще настолько мог возбудить бета?! То есть, могло быть, и с Даром бывало, но это ведь так, на крайний случай. И, признаться честно, Дар был такому положению вещей рад. - Хм, - сказал альфа, явно задумавшись, и присел на кофейный столик. - Я и не подумал. Но вот сейчас ты сказал, и я вспомнил. Твой альфа. То есть, твой бывший альфа, рассказывал, что ты часто, нуу... Бываешь с другими. Тебе это так нравится? Начнешь и здесь тоже? В голосе его не было слышно угрозы. Он как будто спрашивал из чистого любопытства, но Рик сжался весь на своем краю дивана, и из глаз его хлынули слезы. Он весь покраснел, и было заметно что он пытается что-то ответить, но слезы, или ещё что-то не даёт. И тогда Дар не выдержал. Он никогда не перечил альфе и уж точно не собирался начинать жизнь в новой семье со скандала, но тут будто толкнуло что-то изнутри. Не столько злость, сколько страх. Рик ни в чем, совершенно ни в чем не был виноват! Он не хотел этих альф, он только и мечтал, чтобы быть хорошим омегой для Юджина. Сколько раз Дару приходилось выслушивать его жалкие всхлипы из-за двери комнаты Юджина. Сколько раз приходилось, прижав омегу к себе, чувствовать, как тот дрожит от пережитого унижения. Да и боли, хоть и не часто. Он знал Рика, и сейчас так хотел этим знанием поделиться, объяснить господину, что ему вовсе не подсунули низкосортный товар, что Рик достоин, пусть не любви, тут уже, как бета слышал, сердце не слышит доводов разума, но привязанности и уважения. Альфа должен был знать, что с Риком он может быть счастлив, если только сумеет поверить. Сумеет не думать о том, что и с кем омеге приходилось проделать. Он вскинулся, а потом и вовсе поднялся на ноги, обошёл диван, чтобы встать у омеги за спиной и ободряюще приобнять его за плечи, а потом, глядя альфе прямо в глаза, ровно спросил: - Зачем вы так? Он был бы верным, самым верным омегой на свете, если бы ему позволили. Он никогда не хотел быть с другими. - А я думал, - ухмыльнулся альфа совсем, кажется, не рассердившись, - ты мне морду бить будешь. Так вскочил. Так. От чего ты меня отвлёк-то? И он соскользнул со столика, оказываясь сидящим перед омегой на коленях, поймал его дрожащие руки в свои, сжал, но было заметно, что не сильно, скорее просто тепло. - Прости, малыш, - сказал мягко и правда просительно, - я не знал! Это правда? Он заставлял тебя? Рик кивнул, испуганно и обреченно. Он явно не верил, что это что-то меняет. - Вот сука! - констатировал альфа яростно, но тут же опомнился, видно понял, что это могут принять на свой счёт. - Ой. Я про Юджина! Яйца ему оторвать за такое! Ну не плачь, мой хороший, я совсем не хотел тебя обидеть, я думал, ты просто веселый. А ты, оказывается, верный. Это здорово! Я же сразу сказал, мой омега будет только моим. Помнишь? Не плачь. Ну прости, маленький. Не сердись на меня! - Что? - пролепетал омега ошарашенно, и тут Дар его понимал. Он не знал, что сделал бы Юджин, вздумай Рик при нем расплакаться, но уж точно не стал бы утешать. И никогда, ни при каких обстоятельствах, он не попросил бы прощения. - Я не сержусь! Вы... Что вы? Не надо! Я помню! Я и Дару рассказывал, что вы так сказали! Правда ведь, Дар? И бета кивнул, обрадованный, что может оказать хоть такую поддержку. - Ну вот, - сказал альфа и придвинулся ещё ближе, заглянул Рику в лицо, улыбнулся, но совсем не насмешливо. - Все хорошо. Не надо плакать. Какой ты, оказывается, нежный. Хороший. Дар закусил губу от этого зрелища, чтобы не сказать что-нибудь лишнее. Он знал, что слова альфы могут обманывать, и не мог так просто поверить. Но ведь был шанс, что сейчас Маркус не врёт. В конце концов, что они знали об этом человеке? Что Дар знал о других альфах? Может быть, сейчас они встретили достойного. Но вот так довериться? Нет, тревога не отпускала. И, чем больше говорил альфа, тем сильнее она становилась. Непонятно было, чем Рику придётся платить за подобную доброту. Не может же Маркус делать это все просто так? Но Рик, казалось, его сомнений не разделял. Он всхлипнул протяжно в последний раз, а потом вдруг рванулся вперёд, вырвался из рук не ожидавшего такого беты и прижался к своему альфе, мелко подрагивая и шепча ему в шею что-то невнятное. Кажется, благодарил и обещал что-то. Было толком не разобрать. Дару захотелось отвести взгляд, стало больно на это смотреть, но он только выпрямился, убирая руки от спинки дивана. - Ну, - проговорил Маркус как-то неуверенно, и погладил Рика по спине и плечам, - вот. Так. Молодец я, конечно. Расстроил вас. И это в первую-то минуту! Да ещё и забыл. Мне с утра позвонили, кричат, надо срочно ехать, бежать, катастрофа. Ну, я и побежал. И не вспомнил с похмелья, что теперь у меня есть семейство. Хорошо Виктор додумался вас впустить. Вы тут хотя бы не голодали? На кухне полно еды! - Мы, - прошептал прямодушный омега, пока Дар подбирал нужные слова, - не решились. Это же ваше. Альфа замер, услышав это правдивое рассуждение, отстранил от себя и Рика посмотрел на него долго, потом перевёл взгляд на замершего на месте бету. Глаза его сузились зло, выдавая, наконец, жесткую альфью сущность. Дар напрягся уже, понимая, что просто не выйдет, но снова ошибся. Ничего страшного не случилось. - Идемте тогда, - сказал Маркус холодно, но спокойно. - Поедим. И он сам проводил их на кухню. Сам достал из холодильника какие-то кастрюли и плошки. Пояснил, перекладывая их содержимое в миски, чтобы отправить разогреваться: - Мне приносят готовое из кулинарии. Преимущества высокого начальства. - Вы злитесь? - не выдержал его отстраненности Рик, задав вопрос, который наверняка волновал сейчас их обоих. - Мы вас обидели? Но мы ведь не знали! Дар мысленно скривился, внешне никак не меняясь, чтобы не усугубить ситуацию. Подумал, что "не знали" никогда в его жизни не срабатывало в качестве оправдания. Должно быть, не сработало бы и сейчас, вот только оказалось, альфе и не нужны были оправдания. - Не на вас, - Маркус вздохнул и отвернулся к салатам, - что ты, малыш! Вы ничего не сделали. Это я не знал. Теперь знаю. И думаю, что узнаю ещё. Вот. Салаты. Мне нравятся оба. Сейчас. Тарелки. Он засуетился, накрывая на стол, и Дар подумал, что и это с ним в первый раз: его обихаживал альфа. Вкуса поданных за салатами разогретых блюд он так и не почувствовал. Он не врал Рику. Когда он нервничал, кусок в горло не лез. Оставалось только надеяться, что это не навсегда. - Я хорошо умею готовить, - сообщил Рик уже после чая, снова доверчиво успокоенный и открытый. - Дар тоже. Вам очень понравится! - Конечно, - только и кивнул Маркус и подвинул к нему тарелку с печеньем. А потом надо было устраиваться. Квартира у альфы оказалась огромной. Прямо как целый дом! В ней нашлось по комнате для обоих новых жильцов, и ещё одна осталась свободной. Для гостей, как пояснил Маркус. Или детская, как он добавил, подумав, заставив Рика густо покраснеть. Дар и сам немного оттаял, слишком уж мирно и просто все происходило. Конечно, он все ещё думал, что это странно и подозрительно - обзаводиться семьей вот так, не глядя, да и вообще с пьяных глаз, но казалось, Маркус настроен серьёзно, а значит, стоило привыкать и обживаться. Тем же вечером, когда все они собрались в той же гостиной, закончив разбираться с вещами, Маркус им объяснил, что не станет следить за каждым их шагом. И что, при каких бы обстоятельствах они здесь не появились, это и их дом тоже. И, уж конечно, их еда. Что обо всем этом не нужно каждый раз спрашивать или ждать разрешения. Звучало хорошо, и Дар отважился задать давно не дающий покоя вопрос: - А что я должен буду делать? Ведь наверняка бету Маркус купил с какой-нибудь целью? Может, ему нужен работник? Это было бы здорово. И вот тут альфа явно озадачился и заметно смутился, пугая этим смущением не на шутку. Что такого стыдного он приготовил для Дара?! - Слушай, - сказал и потёр затылок и шею, - тут так получилось, я мелкого-то, - он кивнул на устроившегося прямо на полу у его ног Рика, - захотел. А ты, ну как бы, довеском и шёл. Не обижайся, но я понятия не имею, что с тобой делать. Дар не обиделся. Он даже не испугался. Он рассматривал и такую возможность. - Вы отошлёте меня? - спросил, проясняя все уже до конца. Это не было бы такой уж трагедией. Беты могли, хоть и плохо, жить без семьи, в своих, вполне обустроенных общинах. Приходилось тяжело, ведь им некому было принадлежать, и не о ком было заботиться, но друг другу они могли обеспечивать выживание. Дар знал даже одну, в которую захотел бы уехать. У моря, в память о мечте Рика. Вот только не знал, сможет ли до неё добраться. Даст ли альфа ему достаточно для такой дороги денег, или отправит, как есть? Он ведь и так уже, выходит, напрасно потратился. Но как же не хотелось ему оставлять Рика одного! Дар подумал даже, что может быть, такая община отыщется поблизости, и они смогут видеться хоть иногда. Вот только зачем будет нужен Рику бессемейный бета? - Ну уж нет! - вдруг нахмурился Маркус, как будто даже возмутился. - Ты теперь мой! А своим я не разбрасываюсь! Смиритесь оба! - Я вовсе не просился на свободу! - Дар не знал, что почувствовал от этих слов. В природе беты было принадлежать и служить, и что-то, о чем он, казалось, давно уж забыл, получая от Юджина необходимый минимум, рванулось стыдно и ликующе. Ему показалось, он сейчас и сам готов, подобно омеге, заключить Маркуса в объятия. Вот только верить глупой природе, требующей быть рядом с хозяином, было ещё опасней, чем альфьим словам. - Просто вы сказали, я вам не нужен. - Раз купил, - непонятно рассудил Маркус, - значит, нужен. Только я ещё не понял, зачем. Давай, ты тут обживешься, и мы это выясним. Пожалуй, слышать такое было обидно и страшно. А если, он не найдёт себе дела? Он в жизни не занимался ничем, кроме рыбной ловли. Но это был шанс! Шанс остаться рядом с Риком. А ещё шанс быть полезным альфе. Своему альфе! Быть полезным и не испытывать при этом отвращения ни к себе, ни к, собственно, альфе. Вот и Рик явно чувствовал что-то похожее. Ластился к Маркусу, утыкался носом в его колени и подставлял голову под бездумные явно поглаживания. Картина эта была такой уютной и тёплой, что снова становилось больно. Дар укусил себя за кончик языка и подумал, попросил неизвестно какие высшие силы: "Пожалуйста, пусть Маркус его не обидит!" Вслух же он просто сказал: - Я найду, зачем. Вам не придётся жалеть. И на этом обсуждение и закончилось. Видимо, зачем альфе был нужен омега, было очевидно для всех. Той же ночью, когда альфа, сонно потягиваясь и зевая, убрел в свою комнату, Рик проскользнул в ванную, а потом вышел оттуда в одном полотенце на бёдрах. Он явно мёрз, но уходить спать не спешил, мялся зачем-то в гостиной. Дар, который дожидался своей очереди, чтобы помыться, посмотрел удивленно. А потом сообразил, спросил осторожно: - Он позвал тебя? Рик помотал головой. - Нет, он сказал отдыхать. - Тогда зачем ты..? - Дар и представить себе не мог, что в чужую постель можно лечь добровольно, но знал, что с омегами это бывает. - Он настоящий, - непонятно ответил Рик и улыбнулся доверчиво и смущённо. Пояснил: - Я это чувствую! Я никогда не чувствовал так Юджина. Я старался, но не выходило. Я думал, со мной что-то не так. Но сейчас я чувствую точно! Он мне нужен. Так нужен, Дар! Даже если будет больно и плохо, это совсем не важно. - Тогда иди, пока не простыл, - как мог легко улыбнулся ему бета, и тот кивнул благодарно, развернулся поскорее к нужной двери. А Дар задержался в душе. Не из какой-то необходимости, а просто чтобы не слышать тонких и жалобных всхлипов из-за хозяйской двери. И он не хотел, ну совсем не хотел ведь подслушивать! Он думал поскорее вернуться в свою комнату, но ноги будто сами принесли к чужой, а уши будто сами прислушались. За дверью смеялись легко и заливисто, определенно, в два голоса. Дар помотал головой и поскорее вернулся к себе, чтобы в его памяти все так и осталось: счастливый омега и его довольный всем альфа. Как оно и должно быть. Как задумано было природой. И не так было важно, что совершенно некуда было втиснуть в эту историю ещё и полученного в довесок бету. Дар долго привыкал, что их больше не двое. Даже подумать успел, что те тревога и страх, что он испытывал с самого начала, были попросту ревностью. Рика больше не нужно было ни от кого защищать, и утешать тоже было не нужно. Ни разу с тех пор, как они здесь поселились, омега не пришёл к нему ночью, чтобы выплакаться на его груди. Рик вообще больше не плакал. Он сиял чисто и ровно, даже ярче, чем тогда, когда они познакомились. Казалось, альфе он доверился без остатка, и невооруженным глазом было заметно, насколько глубоко он влюблён. Дар и не подозревал, что такое бывает. Для него любовь была чем-то куда более простым и понятным. Он думал, что любит Рика, когда волновался за него и все время хотел для него что-нибудь сделать. Он знал, что такое семья. Что такое, быть кому-то родным. Но о влюбленности он не имел и понятия. Ведь не для бет все эти бури! Омега здесь был в своей стихии. И альфу, казалось, все это только радовало. Он забрал Рика себе, отнял его у Дара окончательно, не оставив даже почетной необходимости беспокоиться. Такую заботу нельзя было сыграть. Да и незачем. Пришлось смириться с тем, что Рик счастлив и без него. И тогда все пошло куда легче. И сложнее одновременно. Рик порхал по дому и улицам, наводя только омегам доступный уют в огромной квартире. Он даже убедил Маркуса не заказывать готовую еду из кулинарии и каждый день что-то готовил сам, получая от всего этого столько удовольствия, сколько не получала остальная семья и от еды. Хотя, казалось бы, куда уж! Он так ненавязчиво-радостно, так тепло обустроил их маленький мир, что растаяли и альфа, и бета. Маркус не уставал им восхищаться, и тот грелся, буквально купался в его любви, и впервые Дар не ощущал за него страха. Маркус казался надежным. Настоящим, как и сказал Рик в их первую здесь ночь. А ещё он заметно старался, и это было даже забавным. Как почувствовал совершенно не правомочную вину в первый день за забывчивость и опоздание, так и стремился её загладить, а ещё бдительно следил, чтобы не допустить подобного вновь. Это было странно, но Рику нравилось. Дар привыкал, что омежьему чутью можно доверять. И он был почти счастлив за Рика, почти перестал тревожиться, ждать от альфы подвоха. Но как же сильно ему не хватало хотя бы иногда чувствовать, как прижимается к нему Рик в поисках утешения. И ведь знал, что нельзя такого хотеть. Знал, что не от хорошей жизни омега к нему приходил, но поделать ничего не мог. За всю его жизнь к нему так много никто не прикасался. А он и не думал, что станет настолько по этому ощущению скучать. Впрочем, скучать ему было особенно некогда. Как-то неожиданно и внезапно и для него нашлось дело. Маркус ничего ему не приказывал, сказал только, чтобы спокойно осматривался и искал себе занятие по душе, но несколько раз не иначе, как со скуки, или устав от вечно виноватого выражения лица непривычного к безделью беты, звал с собой на работу, посмотреть, как устроены его магазины. Впрочем, даже на непритязательный вкус Дара, иначе как лавками эти не то крохотные магазинчики, не то большие киоски назвать было нельзя. Продавалась там готовая еда и мясные полуфабрикаты, да вот ещё с недавних пор, охлажденная рыба. Доставлять её самостоятельно, тратя время единственного на всю эту компанию водителя, он почти сразу же прекратил, договорившись с одним из рыбных хозяйств, которые так уж мешали бизнесу Юджина, и без того крошечному и не слишком-то прибыльному. И вот эту-то поставку Дар и застал во время одной из не то экскурсий, не то просто прогулок. Маркус рассказывал что-то, и бета внимательно слушал, стараясь запомнить. Он не знал, зачем ему про все это рассказывают, и думал, что просто так, из любви к разговорам и собственному делу, но все равно старался ничего не пропустить. Думал даже, что мог бы попросить альфу устроить его туда, например, грузчиком, если вдруг место освободится. Он понятия не имел, как в городе ищут работу. Раздавшийся от ящиков с привезенной рыбой запах отвлек, сперва просто знакомыми образами, вспомнилось озеро, у которого он прожил всю свою жизнь, и работа, которую он хоть как-то, но знал. Да и вообще, которая у него была. А потом ощущением неправильности и возмущением. Рыба, конечно, не была тухлой. Но и свежей ее было не назвать. Дар замер, не зная, что ему делать, и надо ли вообще это все замечать. В конце концов, он понятия не имел, беспокоит ли Маркуса качество его товара. Юджина вот не беспокоило. Главное, чтобы продавалось. Впрочем, для этого у него был Дар. А у Маркуса? Дар подумал еще с полминуты, а потом решил все-таки перебить речь альфы. Это было неправильно и невежливо, и сделать оказалось непросто, но Дар заговорил уже из чистого упрямства. - Господин, - позвал он и чуть поежился, как будто зябко. Он помнил, что альфа несколько раз просил звать его по имени, но Дар все время сбивался, - эта рыба. - А? - видимо, альфа так удивился, что не заметил ошибки. А может, просто привык, или решил, что такое обращение нравится ему больше. - Что с ней? - Она скоро пропадет, - проговорил Дар осторожно и отвел взгляд. Он не привык высказываться о чем-то, если не спрашивали. - Пока годится, но если полежит еще несколько часов, пропадет. - Так ведь в холодильнике! - изумился альфа, и Дар вздрогнул, последними словами ругая себя за то, что заговорил. Вот как будто без него не разберутся! - Конечно, господин, - закивал он поскорее, и поспешил извиниться: - Простите, господин! Он и сам не знал, чего испугался. Альфа ни его, ни Рика до сих пор ни разу ни за что не наказал, и не пригрозил даже. Но ведь до сих пор Дар и не ошибался. Да и не боялся он наказаний. Ну, потерпит, подумаешь. Страшно было выставить себя идиотом перед своим альфой. Как бы там ни было, а Маркуса он уважал, да и, это он тоже отчетливо признавал, был ему благодарен. Он очень хотел бы быть хоть чем-то полезен. А вышло, что только отвлек. Но, вот странно, альфа не разозлился. Отмахнулся только от его извинений, но поспешил уточнить: - Или испортится? - Испортится, господин, - по его мнению, это уже нельзя было есть, но он знал, что в городе стандарты свои, - не будет заметно. Только к вечеру. - А к вечеру ничего не останется, - проговорил альфа и обернулся на грузовик поставщика. Дар молча кивнул, решив, что альфу это устраивает. Рыба ведь будет уже продана, так зачем думать, как там будет ее есть покупатель, но снова ошибся. Опять подумал о своем господине хуже, чем следовало. Он завернул весь свой заказ. Даже слушать ничего не стал. А потом долго и вдумчиво материл меланхоличного продавца, за то, что молчал. Как выяснилось, такое случалось не в первый раз. - Так нормально же выглядит, - оправдывался тот. - Сами же видели. И с этим тоже альфа вынужден был согласиться. А потом они оба: и продавец и хозяин посмотрели на встревоженного такими бурными событиями бету. Тот ответил им смущенным взглядом, но, конечно же, от так естественно перешедшей в его руки работы, отказываться не стал. Это не было настоящим делом. Всего-то, что и требовалось, найти поставщика понадежнее, да по утрам проследить за разгрузкой. Да и то больше формально. Продавцы идиотами не были и быстро уяснили, куда смотреть и как все проверить. Но, начав с малого, Дар находил себе дела все больше и больше. Он смотрел и слушал, старался, как мог, и, казалось, альфа тоже научился ему доверять, перекладывая на его плечи все больше обязанностей. - Это Дар, - говорил он, знакомя его с очередным сотрудником, поставщиком или вообще с кем угодно, - мой бета. Он мне помогает. И эта лаконичная констатация звучала, казалось, приятнее даже самой горячей похвалы. Ведь его признавали полезным и нужным, и ничего лучше для беты быть не могло. К тому же, это "мой" впервые не давило, не резало слух, и, вместо унижения и безнадежности, обещало защиту. Ему приятно было днем хлопотать о чем-то, заполнять документы и приносить их Маркусу на подпись, а иногда и подписывать самому, альфа закрепил за ним это право, ездить с альфой за товаром, или договориться о чем-то, да хоть кофе ему приносить, добывая его в кафе и на заправках, везде, где они бывали. А вот вечерами, наблюдая, как Рик и Маркус прижимаются друг к другу, глядя очередной бесконечный сериал, как альфа поглаживает бережно Рика по плечам, с каким удовольствием ерошит отросшие волосы, как касается ласково, он испытывал стыдную зависть, хоть и не до конца понимал, к кому именно. Просто знал, что хотел быть с ними рядом, чувствовать чужое тепло. Это было странным желанием, и для него новым. Конечно, раньше до него дотрагивался Юджин, давно, еще до появления в его доме Рика. Иногда даже гладил, потом, удовлетворив свои альфьи желания, но никогда Дару не хотелось эти прикосновения продлить. Тогда это было лишь лишним подтверждением чужой власти. И он думал, что дело все в Рике, в его особом свете, которым он мог делиться, даже вздрагивая и плача. Но сейчас, следя за руками альфы, он понимал, что ошибался. До странной, обидно острой боли под сердцем, ему хотелось этой ласки. Хотелось чувствовать, что он больше не один. Что его можно касаться, вот так, походя и бездумно, как бывает только у близких людей. До отчаяния ему была нужна эта близость. Но он не знал, как ее получить. Рик когда-то давал ему это в обмен на сочувствие и хоть какую-то надежность. Теперь же, ему и вовсе незачем было тратить свое внимание на бету. У него ведь был альфа. А альфе так и вовсе незачем. Впрочем, один способ это все получить, Дар все-таки знал. Юджин показывал. Вот только и думать об этом ему было тошно, и не уверен был, что Маркус захочет. Кто бы захотел, когда рядом был Рик? И не знал, не обидит ли этим омегу. Но с этим как раз разобраться было попроще. Аккуратно, как мог, он однажды утром, когда Маркус еще спал, спросил у готовящего завтрак Рика, нравится ли ему его семейная жизнь. Рик не понял сперва, о чем это, но быстро сообразил, покраснел и закивал, стыдливо отводя взгляд. Он явно был счастлив. Даже с невинной омежьей непосредственностью принялся рассказывать что-то несусветное про искры и бабочек в животе. Бета себе такое представить не мог, да и не пытался. Его мутило и от одной мысли о том, чтобы снова оказаться с кем-то в постели. Он просто кивками и широко распахнутыми глазами выказывал заинтересованность и ждал, пока можно будет уже задать волновавший его вопрос. Но не пришлось. Рик, заканчивая расписывать свое счастье, без подсказки добавил: - Тебе самому надо попробовать! Ты ему нравишься. И он тебе понравится, вот увидишь! Он такой ласковый. И веселый. Все время меня смешит. А ты всегда такой грустный. Приходи к нему! Или хочешь, пойдем вместе? Дар помотал головой, напряжённый и испуганный его энтузиазмом. Конечно, он так и собирался, и для этого и затеял весь разговор, но вот так впрямую все звучало слишком уж по-настоящему. К тому же, сразу вспомнилась любовь Юджина, сжало плечи и бёдра фантомным прикосновением, и дышать стало трудно, почти невозможно. Ему хотелось спросить, почему Рик говорит об этом так радостно, почему вообще об этом говорит, но перед ним был омега и, видимо, дело было именно в этом. Беты просто не способны, должно быть, получать от любви удовольствие. Не для того они созданы. Хоть некоторые и делали вид, что это не так. Но Дар промолчал, и Рик, его солнечный Рик, тут же продолжил, без всякой ревности торопясь разделить с ним своё счастье: - Ты не думай, он не только как Юджин! Он хороший, он позволит тебе, нуу... - тут он заметно смутился, - как альфы. Я слышал, это бетам приятнее. Вы же такие сильные! Вам самим надо что-нибудь делать. А я попробовал один раз. Было так страшно и весело! Маркус сказал, ему понравилось даже, а мне как-то странно. Но тебе он разрешит, если ты только захочешь. Я уверен! От этой искренней и такой страстной речи, Дар и сам, наконец, выдохнул чуть полегче. Прошлое отпустило, отогнанное интересом. Такое ему и в голову не приходило. И конечно, сам он пробовать не хотел, и просить бы не стал. Да и как вообще язык повернётся предложить подобное альфе?! Но за Рика стало вдруг радостно. Он, конечно, и так уже знал, что в постели омегу больше никто не обижает, но чтобы настолько, не представлял. Дар шагнул ближе, успокаивающе и благодарно погладил Рика по волосам. Совсем как когда-то, когда ещё ему позволено было прикасаться. И Рик не оттолкнул, но и сам не прижался, просто разулыбался сильнее. И тем же вечером Дар решился. Он сидел на постели в своей комнате, слушал сквозь приоткрытую дверь звуки космической битвы из любимого сериала Рика и Маркуса, одного на двоих, и с горькой тоской понимал, что иначе не выйдет. Они никогда не смогут принять его окончательно, если он не разделит постель со своим альфой. Не было другого пути стать им своим, вернуть солнечное тепло Рика и получить такое уютное, такое с виду обычное, но такое вдруг необходимое внимание Маркуса. И не было ни одного шанса, что он сможет хоть что-то им предложить. Ну какая из него семья, если с ним и поговорить-то не о чем кроме работы? А так можно будет не говорить. Можно будет сесть на пол рядом с диваном, устроить голову, рядом с их коленями, прикрыть глаза, слушая их сериал, и, может быть, дождаться, когда чья-нибудь рука походя коснётся его волос, одарив заслуженным, а не тайком украденным теплом. Дар провёл пальцами по своей шее, прислушиваясь к ощущению. Стало щекотно, вот и все. Не сравнить с чувством от чужого касания. Он решительно встал, но за дверь вышел уже совсем робко. Его смелость таяла с каждой минутой. На диване альфа был один, и сериал был на паузе. Видимо, Рик вышел совсем ненадолго. Дар, обмирая от горечи, так обидно и стыдно было предлагать за тепло такую непристойную цену, волнения и тревоги, а вдруг не захотят, оттолкнут вовсе, приблизился вплотную к дивану, а потом и вовсе осторожно присел на самый его край. Маркус в его сторону лишь мимолетно глянул, вздохнул сонно, да моргнул в знак приветствия. Бета чуть ободрился и подвинулся глубже. А потом задержал дыхание и неловко привалился к боку альфы. И тот снова, казалось, не рассердился. Да и вообще отреагировал самым невероятным образом: просто приобнял за плечи и легонько притянул к себе ближе, да так и замер, не проявляя ни удивления, ни намерения сделать что-то ещё. Как будто бы, так и надо. Как будто для него это обычное дело - обниматься с никчемным бетой. И было бы так хорошо, так приятно просто расслабиться, насладиться таким долгожданным теплом, но разве годилось пользоваться подаренной добротой? Ведь так она быстро закончится, и ее у него отнимут, так и не дав толком распробовать. Он тихонько коснулся губами плеча Маркуса прямо под коротким рукавом футболки и заглянул в его лицо, не зная толком, что и сказать. А в ответ получил почесывание за ухом и едва не задохнулся от непривычно острого чувства уюта и благодарности. Сейчас Маркус ощущался таким родным. Дар подумал, что, может быть, это будет не так уж и отвратительно. Он провёл по руке Маркуса носом, а потом намекающе ткнулся в его живот. Ладонь в его волосах замерла, а потом принялась поглаживать снова. - Ты, - спросил Маркус негромко и как будто неуверенно, - делаешь то, чем это кажется? - Да, господин, - ответил тот, сгорая от смущения и нового страха: сердится или нет? - Ясно, - все так же нейтрально заявил альфа и погладил куда шире, по шее и спине, заставив Дара замереть ожиданием. А потом спросил: - А зачем? Ты же не хочешь. Если, конечно, мне нюх не отшибло. До этого момента Дар и не знал, что альф могут интересовать такие вещи. Да и где вообще он обнюхивал возбужденных бет, чтобы почувствовать разницу? Сам Дар в присутствии альф не возбуждался ни разу. А ещё он совсем растерялся и не знал, что ответить. Поэтому, повинуясь инстинкту и властному присутствию своего вожака ответил, как есть: - Я очень хочу стать вашим полностью, - а потом, заволновавшись, добавил просительно: - пожалуйста, разрешите мне! Я знаю, я не слишком-то привлекательный, я ведь не омега, но я буду очень стараться! - Так, подожди! - голос прозвучал строго и отрезвляюще, и Маркус потянул его за плечи, заставляя перевернуться на спину и улечься головой к себе на колени. Так, как Дар не смел и мечтать. - При чем тут одно к одному? Так ты хочешь секса или нет? И как можно хотеть, если не возбуждён? И снова соврать сил не хватило. Дар знал, что так было нужно, что надо сказать что угодно, успокоить Маркуса, но вот не вышло и все тут. - Не хочу, - признал он и зажмурился. - Просто тебе одиноко? - спросил альфа так грустно и вдруг холодно, что, не держи он Дара так крепко, тот вскочил бы и принялся извиняться. - Одиноко, - признал бета, не зная, что теперь будет. Может быть, альфа его пожалеет? Но тогда жалость отстранит его ещё сильнее. - Я злился на вашего... - альфа сделал паузу, и в дыхании его послышался сдерживаемый яростный рык, - на Юджина за все, что он сделал с Риком. Но я и представить себе не мог, что он сделал с тобой. За это его вообще надо убить! Я не буду, не хотелось бы, чтобы вы оказались связаны с альфой-уголовником. Но морду набью. Завтра же. - Не надо, господин! - Дар испугался до ужаса. Он совсем не хотел, чтобы у Маркуса из-за него были неприятности. - Он ничего мне не сделал! Просто я не хотел его! Но я же принадлежал ему, что тут такого? - Ну так старался бы лучше! - рыкнул альфа и Дар все-таки вырвался из рук, так стало больно от его слов. Но совсем не ушёл, остался сидеть на диване, дыша тяжело и не зная, как теперь оправдаться. - Я старался, - сказал безнадежно, - но у меня не выходило. Наверное, не выйдет и для вас. - Ты что!? - голос Маркуса прозвучал до того изумлённо, что Дар даже глаза распахнул, не зная, чего от него ждать. Он ведь сказал правду. Что ещё он сделал неправильно? Но альфа сказал и вовсе невероятное: - Я не о тебе! Этому... Юджину надо было лучше стараться! Или уж не трогать тебя совсем! Какой он вообще альфа, если партнеру с ним плохо?! - Я не партнёр, - ответил Дар совсем тихо, но рассудительно. - Я ему принадлежал. А вы? Не хотите? - Не хочу, пока ты не захочешь, - Маркус будто бы сник, заметно притушив свою ярость. - Но не думай, что от этого ты будешь меньше моим. Я же сказал это в самый первый день нашего знакомства. Но давай, если ты не запомнил, повторю это снова. Ты мой бета, Дар. Ты не один. И никогда один не будешь. Иди ко мне, ладно? Вон и Рик вернулся с горой бутербродов. Он всегда готовит, когда волнуется. Двоим нам теперь и до утра не справиться! Дара вновь потянули за плечи, укладывая обратно, на тёплые альфьи колени, принялись чесать и поглаживать, а с кухни и впрямь давно пахло расплавленным сыром и чем-то мясным, и только сейчас этот запах прорвался в сознание. Дар обвил ноги альфы рукой и уткнулся в них носом, пытаясь сообразить, что же все это значит. Пока он молчал, не зная, что сказать и спросить, Рик и правда поставил на кофейный столик объемистое блюдо с горкой из горячих ещё бутербродов. Дар глаза не открыл, но запаха ему было достаточно. Запаха дома, хорошей еды и заботы, которой делятся только с близкими. Диван легонько спружинил, когда Рик уселся совсем близко, а потом к ласкающим спину рукам альфы добавились лёгкие ладони омеги. - Мне можно, - спросил он сдавленно, проталкивая слова сквозь сжавший горло спазм, - остаться с вами? - Почему он спрашивает? - затараторил Рик испуганно и принялся тормошить его, теребить ворот футболки. - Вы что поругались? Маркус! Что ты ему сказал! Он плачет? Дар, ты плачешь? Почему ты плачешь? - Не плачу, - успокоил его бета честно, но от Маркуса не отлип, только задрожал мелко, хоть и был уверен, что в комнате вовсе не холодно, - и не поругались. Я просто хотел посмотреть с вами кино. Спрашивал разрешения. - Он у нас глупый сегодня, - ласково прокомментировал его слова Маркус, - наверное, просто голодный. Обычно вон какой умный. А сегодня решил, что нам жалко дивана. Или что его компания нам неприятна. А ты ещё спрашивал, почему он всегда прячется. Оказывается, нас бережёт от своего кошмарного общества. А заодно планы строит, как стать поприятнее. Дар слышал в этих обидных, казалось, словах поддержку, как будто Маркус был с ним против его страхов, как будто шуткой прогонял одиночество. И от этого делалось больно и хорошо. - Дар! - возмутился Рик искренне, а потом придавил его спину всем своим щенячьим весом. - Ты чего? Мы тебя любим! Он был трогательный и открытый, такой честный и искренний, что нельзя было не поверить. Дар бы и поверил, если бы тот говорил за себя. Собрал бы весь свой запас доверия к людям, скудный и чахлый, но поверил бы. - Как ни наивно сформулировано, - добил его альфа, вдребезги разбивая последнюю броню, что хранила его душу, - но мелкий прав. Еще как любим. - И вас можно трогать? - изумился Дар хрипло, чувствуя себя полным идиотом. А может, просто новорожденным. - Просто так? Без... Без постели? - Почему без постели? - Рик встревожился, но обнимать не перестал, поэтому Дар просто нежился в их руках, снова не зная, что ответить. Еще немножко. Секунду и обязательно опомнится. - Он не хочет в постель, - Маркус посерьезнел, снова заметно разозлился, но теперь Дар знал, что не на него. - И боится, что я его за это накажу. - А ты накажешь? - омега это почти прошептал, и Дар вскинулся, немедленно собираясь утешить его боль. Обнял сам и обернулся к альфе, ожидая ответа. - Вы это серьезно? - возмутился альфа, и притянул их обоих обратно, повалив одного на другого. Дар улыбнулся несмело и спросил еще одну глупость. - Так мне можно вас трогать? - В любой момент, как только захочешь, - было ему ответом. А потом его в четыре руки усадили, прижав между двумя телами, а на колени плюхнули поостывшее уже блюдо. Маркус склонился вперед, чтобы запустить заждавшийся сериал. Все было сказано. И оставалось только поверить.