Ночной дозор

      Баттерфляй села на холодную землю, скрестив ноги и осмотревшись по сторонам. Абсолютно бессмысленное действие, настолько же бессмысленное, как и вообще все вокруг нее происходящее. Все равно ни одного живого существа в радиусе двухсот метров нет, а если и есть, то не решится напасть. Поэтому ничего не мешало сидеть ей прямо около импровизированной границы, которой служил неширокий ручей, делящий поляну идеально пополам. Неширокий это, в общем-то, мягко сказано, потому что без проблем можно было видеть и слышать своего собеседника, когда он на «другом берегу». Из него они брали питьевую воду, которая была на удивление чистой. И их враги тоже.       Отец рассказывал, что некогда здесь была река. Быстрая, стремительная, огромная, отделявшая две расы друг от друга, и они жили в мире. Но Мун было сложно поверить в то, что когда-то на Мьюни бок о бок мирно существовали монстры и мьюнианцы, ведь казалось, что противостояние между ними было старо как мир.       Она вздрогнула, завидев, как к ней приближается монстр. Это просто было неожиданно, не более. — Вы не боитесь вот так сидеть прямо около границы? Один шаг — и мы вторглись на вашу территорию, а вы сидите здесь, совершенно одна, без защиты, — бархатный голос ящера раздавался в темноте. — Очень опрометчиво со стороны короля отправлять свою дочь одну в дозор. — Но вы ведь сын генерала, и вы тоже отправлены в ночной дозор. А мне ничего не страшно. У меня есть палочка и даже если я столкнусь с армией — я смогу с вами справиться, — Мун не стала подниматься, чтобы взглянуть ему в глаза. — Отец уверен, что солдат воодушевляет, когда их руководитель живет на одних правах с ними, — он сел напротив принцессы. — Мой говорит точно так же.       Монстры пришли намного позже мьюнианцев на эту землю. И именно поэтому их обвинили в том, что они прогневали Богов, и из-за этого река превратилась в мелкий ручеек. И случилось то, что случается всегда. Но, вопреки всем ожиданиям, молились монстры, а вот коренные жители Мьюни заточили клыки как следует и по сей день старались не допускать того, чтобы они затупились.       Отец рассказывал ей историю этой войны, опуская многочисленные подробности, которые потом она находила в толстых энциклопедиях по истории. Но даже в них все было выставлено исключительно под выгодным для мьюнианцев углом, чего и следовало ожидать. Поэтому Баттерфляй жаждала увидеть этих самых кровожадных существ, которые так беспощадны ко всему живому, которые являются лишь биомусором, что впустую переводит кислород. Истории, что ей рассказывали солдаты в казармах, леденили кровь и подогревали интерес к происходящему. — Выходит, у них намного больше общего, чем им кажется. — Возможно. Это тиррианская сталь? — Мун обратила внимание на оружие ящера — огромный серп, с черной рукоятью. — Говорят, что оружия из этого металла сами выбирают себе хозяев, и обладать ими способны лишь лучшие из лучших. — Это действительно так. Откуда у принцессы такие познания в оружейном деле? — Принцесса — не синоним к прилагательным беспомощная и слабая, — Баттерфляй нахмурилась. — Я и не говорил, что если вы — принцесса, то являетесь кисейной барышней. Но, как правило, вас не учат военному делу, насколько мне известно. — Я выросла с детьми военных начальников нашей армии. По возможности интересовалась всем, чем могла.       Как она рвалась в этот поход, сколько истерик закатила матери и сколько пафосных речей слышал отец — сосчитать было крайне тяжело. Но вместо кровавого побоища, как и думала принцесса, были два мирных лагеря. Монстры не хотели войны, но и сдавать свои позиции тоже. А мьюнианцы все не наступали по неизвестным даже ей, дочери короля, причинам.       Мирные существа. Совершенно мирные, живущие в гармонии с природой и никого не стремящиеся убивать просто от нечего делать. Глупое противостояние. Глупая война. Глупый мир с его глупыми законами. — Вы представляете из себя весьма интересную особу. Надеюсь, мы поговорим с вами однажды в менее напряженной обстановке. А сейчас вам пора. Смена караула. — Вам известно время, когда у нас меняются дозорные? Я думала, вы не следите за нами. — Мы не желаем войны, но это не значит, что мы не станем защищаться, — ящер поднялся с земли. — Рад был повидаться, принцесса Мун. — Постойте! — она окликнула его, когда он развернулся и сделал несколько шагов. — Мы еще увидимся с вами, Тоффи? — Может быть да, а, может, и нет. Никто не знает, как повернуться события.       А на следующую день принцесса вновь попросилась выйти ночью в дозор.