Дитя факультета Слизерин

***

Январь 1980 г.

       Двадцатилетняя женщина с огненно-рыжими волосами и неповторимыми зелеными глазами, сидела за столиком Лондонского кафе и ждала. Она нервно поглаживала живот, чуть выпиравший из-под платья, и осматривалась по сторонам, стараясь не пропустить свою цель. Когда к её столу подошел молодой мужчина лет двадцати, с волосами цвета вороньего крыла и аметистовыми глазами, она едва заметно выдохнула, но так и не прекратила поглаживания. — У вас будет ребенок? — с напускным безразличием спросил юноша. — Да, четвертый месяц уже, — девушка слабо улыбнулась, в то время как юноша побелел. — Лили… — все что он мог произнести тогда. — Северус, ты же знаешь, что несмотря на четверку по прорицаниям, поставленную мне из жалости, чтобы не портить успеваемость, у меня прекрасная интуиция, — темноволосый напрягся всем телом, словно готовился к самому страшному удару в своей жизни, — я знаю про пророчество. Меня и Алису уже предупредили, точнее напугали, — девушка горько усмехнулась. — И что ты думаешь? — на этот раз голос подвел слизеринца и дрогнул, но грифиндорка, казалось, и не заметила этого. — Я не думаю, я знаю: мы первыми попадем под удар, и не выживем, разве только наш малыш, — Лили с огромной любовью посмотрела на свой живот. — И зачем ты меня позвала? Чтобы я спрятал вас? — этот взгляд его любимой и подруги начал рождать в его груди ненависть к этому ещё не рождённому малышу. — Нет, — тихо ответила девушка, — я хочу, чтобы ты позаботился о ребенке, когда меня не станет. — Я? — все раздражение и ненависть как ветром сдуло. — Когда? — Именно когда, а не если… Я в этом уверена… — Но я ведь… — Я знаю, — перебила его девушка, — ты один из Пожирателей, но ты единственный, кому я могу доверить своего ребенка. Дамблдор сразу отправит его к Петунье, а она, сам понимаешь, в восторге от его талантов не будет. — Нда… — он устало потер переносицу. — Я помню её, и до сих пор не в восторге, а я уже многое повидал, — юноша зеркально повторил недавнюю усмешку подруги. — Хорошо, когда, ты думаешь, будет нападение? — Год-два максимум. Мне кажется, Лорд не будет долго ждать, — она пристально рассматривала мужчину, будто бы пыталась запомнить каждую его черту лица. — Поклянись, что малыш будет всегда около тебя. — Клянусь, — на его правой руке, около большого пальца, образовалась бледно-голубая спиралька, символ его клятвы. Она немного засветилась и потухла, оставшись в виде небольшой татуировки: — А как вы назовете его или её? — Если девочка, то Гарриет Юлианна Лилия Поттер, если же мальчик, то Гарриотар Юлиан Джеймс Поттер… — женщина пожала плечами. — Гарриотар? — Северус не понимал такого решения. — Гарриотар — это прадед Джеймса, великий ритуалист, кстати, Гарриет тоже от его имени образовано. — Улиана? — Северус заинтересовался выбором имен для ребенка, он как никто другой знал о влиянии имени на судьбу человека. — Юлиана… — девушка засмеялась. — Там через Ю, а не У… У меня в роду две сильнейшие славянские волшебницы, Юлия и Анна, в честь них и назовём Юлианой или Юлианом. — Как так получилось, что считаешься маглорожденной? — У Северуса к подруге возникло множество вопросов, но один её взгляд на время заставил отложить их до следующего раза… если он, конечно, будет. — Мне пора, и пока не забыла, — она сняла с шеи цепочку и отдала ему, — если пойдешь за помощью к Дамблдору или если он как-то заставит тебя сотрудничать с ним, носи её не снимая. Она будет сообщать о разных добавках в еду или напиток и о попытке незаметного прочтения воспоминаний или мыслей… А насчет твоих вопросов, я отвечу на них позже… Прощай…        Лили встала и ушла, а Северус ещё долго прокручивал в голове тон, которым девушка с ним попрощалась. У обоих промелькнула мысль, что больше они не увидятся…

***

Год и девять месяцев спустя… В Годриковой впадине

       Черный плащ до пят, с глубоким капюшоном, скрывал лицо и фигуру человека, идущего вперед. Вскоре был заметен дом, в который путник и зашел. Северус, затаив дыхание, прошел в коридор: — Лили? — но ответом во всем доме ему была тишина.        Он поспешил к лестнице и остановился, неверяще уставившись на главу семьи. Вскоре оцепенение прошло, и Северус с паническим ужасом в глазах влетел в детскую. Его подруга, его возлюбленная, лежала, крепко держа палочку в руках, неестественно подогнув ноги. Напротив, почти у самого входа в детскую, лежал не то порох, не то прах. Чем это было ранее, теперь уже было не понять. Северус медленно опустился перед бывшей Эванс на колени и, не замечая слез, начал укачивать девушку, как его когда-то мать. Всхлип, мгновенно переходящий в плач, вывел мужчину из состояния полутранса и заставил кинуться к кроватке. Девочка, единственное живое создание в этом доме, затихла, когда зельевар взял её на руки.        Перед уходом из дома Северус нашел небольшую сумку с вещами для малышки и письмо, адресованное лично ему. Мужчина решил стереть все следы пребывания в доме ребёнка, поджег дом и аппарировал к себе. Он уже не видел, как авроры и члены Ордена Феникса спешили к зданию, не видел, что Дамблдор отчаянно пытается найти ребенка Поттеров. Главное, он выполнит клятву данную подруге, а как это будет уже не так важно. Лишь бы Магика*, Мортема**(ударение на «о»), Вита*** и Лили присматривали за ними.

***

Спустя неделю. Зал Визенгамота.

      Огромный зал, в котором полукругом сидят члены Визенгамота в ожидании подсудимого. В самом низу, в центре, стоит кафедра, за которой сидит глава департамента магического правопорядка Барти Крауч-старший. Он с нетерпением и ленцой просматривал документы и думал о том, как бы поскорее закончился этот день. Волдеморт пал, но его слуги остались, а их еще нужно поймать и осудить. С минуты на минуту должны привести очередного Упиванца, которого следует посадить под замок и настолько долго, насколько возможно. И вот двери открылись и в зал вошли трое: Северус Снейп в наручниках, Аластор Хмури и Альбус Дамблдор. Последние двое оживленно спорили. — Аластор, и все же я настаиваю, что наручники, подавляющие магию — это лишнее! Ты же знаешь, что Северус мой шпион среди пожирателей. — Альбус, не будь так наивен! Кто знает что там у него в голове? Может, он только притворялся и притворяется твоим шпионом, чтобы избежать наказания. А может, у него скрытая ментальная закладка от Волди, о которой он и сам и не знает, но которая сработает в зале суда в присутствии столь многих высокопоставленных лиц. Ему-то поди терять нечего! — Он мастер окклюменции и легилименции, так что вряд ли Волдеморт мог оставить ему какую-то закладку. Что же касается его верности, то у меня есть все основания для того, чтобы ему верить. Однако я не могу их раскрыть, но я головой ручаюсь, что Северус мой человек! Северус на этом моменте хмыкнул, но в разговор решил не лезть. — И все же это не повод ему доверять. У него есть метка, а чтобы ее получить, нужно кого-то убить. И, по-моему, лучше перебдеть, нежели недобдеть! Так что пусть потерпит — не принцесса. Альбусу нечего было на это сказать, да и Северуса уже довели до кресла подсудимого, и Дамблдор отправился к месту адвоката. Леди и лорды оживились на своих местах, а Крауч начал заседание. — Заседание суда номер 27 по делу Того-Кого-Нельзя-Называть и его союзников объявляю открытым! Пристав, дайте подсудимому веритасерум. — Чиновник в мантии, похожей на аврорскую, дал выпить Снейпу пузырек с зельем, после чего допрос был продолжен. — Подсудимый, представьтесь. — Северус Тобиас Снейп. Родился 9 января 1960 года. — Чем занимались до взятия под стражу? — Варил зелья на продажу для сети аптек. — Вы обвиняетесь в пособничестве Тому-Кого-Нельзя-Называть, вы признаете свою вину? — Нет. Я был шпионом Альбуса Дамблдора. — И тем не менее у вас есть метка. А значит, вы убивали. Кого и как вы убили? И чем вы занимались у Того-Кого-Нельзя-Называть? — Я убивал всего лишь один раз при посвящении в Упивающихся смертью — это был какой-то магл, имени я его не знал. А занимался я преимущественно тем, что варил для Темного Лорда и его свиты зелья. А так же учился у него темным искусствам и дуэлингу. Члены Визенгамота зашептались. Если и есть за что судить подсудимого, так это за убийство магла. А в наказание за это можно обойтись и штрафом, но тут Крауч стукнул посохом по полу и продолжил. — Что же, этого достаточно. Дайте ему антидот. В связи с полученными данными я хочу осудить Северуса Тобиаса Снейпа на… — Минуточку! — Барти чуть сморщился, когда его опередил Дамблдор. — Позвольте и мне высказаться как главе Визенгамота и свидетелю защиты. — Ну что же, Альбус, мы вас послушаем, раз уж подсудимый действовал по вашей указке. — Спасибо, — Альбус улыбнулся, — я должен отметить, что мистер Снейп рисковал жизнью ради того, чтобы поставлять информацию о Волдеморте, — на этом месте все вздрогнули, так как сказано было во всеуслышание. — И эта информация была чрезвычайна важна для нашей победы, кроме того, она спасла множество жизней. — Но это не отменяет убийства, пусть и магла. — Конечно. Тем не менее я настаиваю на том, чтобы его освободили. Под мою ответственность, разумеется. — Дамблдор, как вы можете защищать убийцу? — По-моему, мистер Снейп с лихвой искупил свою вину, пока сидел в следственном изоляторе в Азкабане. Да и информация того стоила, как бы цинично ни звучало. А потому я настаиваю на условном сроке. — Что же, леди и лорды Визенгамота, давайте голосовать. Кто за то, чтобы осудить мистера Снейпа на 20 лет Азкабана условно за пособничество Тому-Кого-Нельзя-Называть?  Руку подняло большинство. Среди них были и сторонники Дамблдора, которые верили своему лидеру, и сторонники Люциуса Малфоя, который был оправдан ранее, а так же верил, что Снейп верен своему Лорду. — Кто за то, чтобы осудить его на реальный срок? Руки подняли всего трое человек, да и те как-то стушевались под взглядами большинства. Крауч побагровел, но голос звучал его ровно. — Мистер Снейп, вы приговорены к 20 годам заключения условно. В течение этого времени за вас отвечает поручившийся за вас же Альбус Дамблдор. Если вы попадетесь на чем-то запрещенном, то отвечать будете оба. Пристав, освободите приговоренного. Пристав освободил Снейпа.  — Заседание окончено. Все стали расходиться, Крауч в гневе сильно хлопнул дверью. Северус же подошел к Дамблдору. — Спасибо, директор, думаю, без вас гнил бы я в тюрьме. — Ну что ты, мальчик мой! Вы ведь так помогли нам. Да и еще поможете. У меня в Хогвартсе как раз вакантно место преподавателя по зельям, а так же декана Слизерина. Так мы убьем трех зайцев! Официально вы будете под моим присмотром, у вас будет стабильная зарплата, да и за дочерью Лили вы сможете присмотреть, когда она поступит в школу. — Я? Учителем зельеварения? — Снейп немного подзавис. — Да я терпеть не мог своих однокурсников идиотов! А вы мне предлагаете учить толпу других идиотов! Да я их на ингредиенты скорее пущу! — Северус, ну вы же умный человек! Да и подумайте о девочке… ей нужна будет ваша помощь! — Ох, Альбус… Умеете вы шан…уговаривать. Хорошо. Но это только ради Гариетт! — Вот и хорошо, мой мальчик! Идите сейчас домой, а 18 августа встретимся в школе. — Хорошо, директор. И ещё… Со мной в замке будет воспитываться мой ребенок… — удивленный директор только кивнул. Во время разговора они и не заметили, как дошли до атриума. Директор аппарировал, и Северус уже хотел последовать его примеру, как его кто-то жестко схватил за руку. — Учти, Снейп! Я за тобой буду присматривать! И не дай бог ты подставишь Дамблдора… — Вот уж не надо мне нянек-параноиков! — Снейп вырвал руку и презрительно посмотрел на Алостора Хмури — Честь имею! — И аппарировал к себе домой.        После судебных разбирательств, в которых Северус больше думал о ребенке, отданном на время Малфоям для пригляда: «Им-то ничего, у них Драко того же возраста, а Юлиана девочка тихая, смирная», нежели самом процессе, мужчина вместе с Люциусом оказались в Малфой-меноре. Малышка, радуясь возвращению Мастера быстро поползла к нему. Драко чтобы не отставать от «боевой подруги», пополз следом, практически догоняя ее. Нарцисса, отвлекшаяся на появление муже, мгновенно подхватила сына, оставив девочку Северусу: — Прошу, больше не оставляй её одну… Я этого не выдержу. Как только тебя забрали, она разревелась, пока не увидела Драко. — Я её теперь никогда не оставлю…

***

17 августа. 20:00

      Хогсмид в середине августа был немноголюден, поэтому спутник с маленьким ребенком вызвал много любопытных взглядов, Северус же молча прошествовал в таверну и снял комнату на одну ночь. Девочка уже давно спала, но мертвой хваткой держалась за своего, теперь уже «папу».        На следующее утро они были уже в замке. Голова девочки покоилась на плече Северуса. Её все вокруг очень интересовало, но усталость, переизбыток новых впечатлений и мерное покачивание от движения мага усыпляли, поэтому она вела себя «тише воды, ниже травы». Первым делом маг спустился в подземелья, в личные покои. Уложив малышку спать, Снейп пришел к кабинету директора, где проводилось собрание.        Профессор МакГонагалл, которая заранее была проинформирована о личности декана Слизерена, поначалу долго не могла смириться с кандидатурой декана противоборствующего факультета, но встретив тяжелый взгляд Мастера все же отступила, решив довериться директору. — Я рад вас приветствовать, коллеги. Позвольте вам представить нового профессора зелий и декана Слизерина, Северус Снейп. Так как многие его уже знают, я прошу вас помочь ему на новом месте.        Все профессора критично осмотрели новичка, тот лишь продёрнул плечами. В это время Дамболдор продолжил: — Так же вместе с Северусом в замке будет проживать его сын… — Дочь, — поправил новоявленный профессор. — Хм, значит дочь, поэтому придержите первое время свои факультеты в узде, не хватало что бы они заклевали его раньше времени… — Его-то? — со скепсисом ответила МакГонагалл, — Альбус, ты только вспомни, как он моих четверых львят гонял… Его и заклюют? Ха-ха-ха! Не смеши мои тапочки. — Спасибо в безграничную веру в меня, — в той же манере ответил ей Снейп. — И у вас есть тапочки? — Коллеги, не ссорьтесь, — Дамблдор пытался угомонить обоих.        Обсудив расписание и учебный план, преподаватели оставили Мастера с директором наедине: — Северус, мальчик мой, попытайтесь найти с детьми общий язык. У меня есть подозрение, что они долго будут вас проверять… — «Проверка на вшивость»? — ухмыльнулся мужчина. — Не ясно еще, кто кого проверять будет, — с этими словами он вышел из кабинета.       Вернувшись в свои апартаменты и уложив ребенка спать, новоявленный декан Слизерина начал распаковывать вещи свои и ребенка, пока не наткнулся на письмо, забытое в в кармане плаща после ухода из Годриковой впадины.        «Дорогой Северус.        Если ты читаешь это письмо, значит, моя интуиция в который раз оказалась права. Мне жаль, что мы так и не смогли помириться, потому что я действительно переживала. Ты можешь это, конечно, отрицать, но я до сих пор считаю, что твое служение Лорду это моя вина, за которую я хочу попросить прощения… — глаза Северуса начали заполняться слезами. Он считал, что это он должен был просить прощение за все, что из-за своей гордыни совершил. —  Я знаю, что ты исполнишь клятву данную мне год назад.        Помнишь, я рассказывала тебе о Анне и Юлии, в честь которых хотела назвать дочь? Ты еще спросил меня, почему я считаюсь маглорожденной. Мой предок был рожден магом, но из-за войны между магами и инквизицией его отец запечатал на его роду магические силы и умер, едва мальчику исполнилось 5. Его взяли к себе маглы и мальчик забыл про отца. Вырос, женился на магле, и у них родилась дочь, которая магией не владела. Около 5 поколений моей семьи даже не подозревали, что должны владеть магией, но у подобных тому заклинаний есть свой срок-ограничение. Я родилась с довольно слабым потоком волшебства, но после магического брака с введением в род Поттер, созданном сочетанием родов Блек и Певерелл, в наших детях магический потенциал должен был развернуться на всю мощь… — Северус задумался, он слышал подобную легенду, она существовала лишь в одном роду. Варен, а за ним по старшинству был род Гонт, откуда произошел Темный Лорд. Они произошли от побочных ветвей рода Слизерен. Значит, когда младший наследник понял руку на старшего или старшую — магия рода защитила сильнейшего и отразила заклинание… Теперь все стало ясно… Внезапно его отвлек плач девочки. Он кинулся в соседнюю комнату, малышка ворочалась и плакала из-за кошмаров. «Наверное кошмары не скоро её отпустят» — с беспокойством думал Снейп. Как только мужчина взял ребенка на руки, она начала успокаиваться. Так и держа её на руках Мастер вернулся к письму.        Возможно, стоит сводить Юлиану к гоблинам, для принятия родовой магии и узнать какие способности ей перешли. — «А т.к. я её магический опекун, эти результаты будут сказаны при мне.» — продолжил мысль Северус.       Дочитав письмо до конца, он положил успокоившуюся Лию (прим. авторакоротко от Юлианы) на кровать и доразложил вещи, предвкушая встречу со своими подопечными первого сентября.