Страна Кошмаров (Nightmareland)

Глава Первая

Мистер Стайн опять рассказывает сказки

"Опасность?" - подумала Коралина. Звучит потрясающе. И совсем не страшно. Страшно, но не совсем.

"Коралина", Нил Гейман Мистер Стайн, отец двенадцатилетнего Зака и десятилетней Элеоноры, рассказывал так интересно и захватывающе, что что бы он не рассказывал Зак и Элеонора с нетерпением его слушали. Обычно отец говорил обо всем: о работе, о школе, о делах дома; но лучше всего он мог умело рассказывать истории собственного авторства. Правда получались они у него жуткими и страшными, что в общем-то только и нравилось его детям. Они обожали когда он так в невзначай начинает рассказывать одну из своих страшных историй, так как будто он рассказывает её в первый раз. Это выглядело потрясающе, хотя его рассказы, Зак и Элеонора выучили почти наизусть и часто, когда отец рассказывал, они поправляли его, когда он делал свои авторские неточности, как он это называл. Они знали почему Белая Женщина стала злым полтергейстом, знали поименно всех мёртвых детей и кто вселился в куклу Джарви. И даже зная все это, им нравилось когда отец пересказывал свои истории и пересказывал. Мама же, миссис Стайн, была не против жутких рассказов своего мужа и часто принимала участия в его шутках. Однажды вечером, когда мама раскладывала тарелки для ужина произошла подобная ситуация. Зак и его отец сидели за столом, а мама и Элеонора раскладывали тарелки. Когда Элеонора закончила, то села рядом с Заком за этот круглый стол, положила локти на стол и посмотрела на отца. -- Папа, а как вы встретились с мамой? -- спросила она, зная, что ответ будет долгим и рассудительным. Отец задорно улыбнулся: -- Ты правда это хочешь узнать? Элеонора кивнула, ярко улыбаясь своими алыми губами на веснусчатом личике. -- Ну, хорошо, -- ответил мистер Стайн. -- Это произошло очень давно. Вас тогда ещё не было... -- Естественно, -- прервал его Зак. -- Ведь нас не могло быть до того как вы поженились. -- Ну, да, -- продолжил отец, как будто ожидая такого замечания. Иногда Заку казалось, что отец до сих пор считает, что Заку семь, а Элеоноре пять, поэтому и говорит так, что в общем-то и нравилось ему. Он ощущал себя ребёнком и вспоминал те весёлые тёплые деньги, когда ещё не ходил в школу. -- Это произошло из-за того, что чемодан какого-то серьёзного человека полетел не тем рейсом. Вместо Австралии, чемодан улетел в Перу. Создалось много возмущений по поводу этого, так как в чемодане находились какие-то очень важные документы для этого человека. Отец разговаривал загадочным тоном, мама стояла тоже охваченная мастерством рассказа и тихо хихикала, будто что-то утаивала от всех. Элеонора слушала отца внимательно понимая каждое слово и воспроизводя сказанное отцом в своей голове в виде картинки. Она представила самолёт, то как из него падает чемодан бордового цвета, свободным падением падает в Перу и приземляется какому-то угрюмому прохожему прямо на ноги. Она представила как тот прохожий стал бы ворчать и проклинать небо за то, что именно здесь, именно сейчас и именно с ним могло произойти такое несчастье и что ему снова придётся чистить туфли. -- И вот. У меня же был такой же чемодан. А я тогда хорошо себе отдыхал в Перу. Точнее планировал отдыхать. В итоге я перепутал свой чемодан с чемоданом этого важного человека и пошёл в свой номер в отель. Не успел я и понять то, что я наконец смогу отдохнуть от серых дней в Нью-Йорке, как ко мне на порог завлилось куча агентов и всяких таких важных-приважных лиц. Одним из них была молодая женщина, которая спустя пять лет после этого стала матерью таких замечательных детей как вы, Зак и Элеонора, -- закончил отец, широко улыбнувшись. Мама, видимо, не удержавшись, громко засмеялась. Зак подозревающе посмотрел на отца и тоже улыбнулся. -- Ты врешь! Это ведь неправда, так? -- воскликнул мальчик, поняв, что отец опять подловил их на одной из своих шуток. Мама продолжала смеяться. -- Мы с твоим отцов встретились в магазине, -- сквозь смех приговорила миссис Стайн. -- Мы встолкнултсь на проходе и Луи облил на меня пакет молока! Элеонора расхохоталась. -- Ахахахах! И долго же ты потом на него кричала? -- Ну, если не считать того, что он испортил моё вечернее платье и я на него сильно разозлилась, можно сказать я быстро успакоилась и не удостоила его своим королевским криком, -- ответила мама, успаковшись, раскладывая ещё тарелки с мясным рулетом. -- А так, он даже мне понравился. Хотя тогда я совсем не ожидала того, что болбес вроде Луи Стайна сможет стать вашим отцом. Все они рассмеялись и сели за стол. Часы пробили шесть, отец прочитал молитву и все они в унисон сказали "Аминь", после чего принялись жевать рулет. Заку не очень хотелось есть, его очень мучал один вопрос, который он хотел задать после ужина, поэтому он хотел побыстрее расправиться с рулетом. Однако закончил он позже всех. Предпоследней была Элеонора. Когда она встала, чтобы отнести свою пустую тарелку, он поспешно встал и они стали наперегонки бежать до раковины. Выйграла Элеонора. -- Ха, -- тыкнула Элеонора. -- Я первая. Но Зака похоже это не очень волновало. Он положил пустую грязную тарелку и посмотрел на отца, который теперь один восседал за пустым круглым столом. -- Папа, а ты не планируешь написать книгу о своих рассказах? -- не зная как ещё об этом спросить, выдавил Зак. Мастер Стайн посмотрел на него так, как будто эта мысль никогда его не посещала. -- Возможно, сынок, все возможно, -- ответил он загадочным голосом. Зак посмотрел в пол. Он не знал, что ответить дальше, так как не хотел давить на отца, поэтому лишь молча поплелся за Элеонорой в их комнату, не дождавшись точного ответа, которого он ожидал. Когда мальчик лег на свою кровать, что находилась на первом ярусе их двухъярусной кровати он тихо прошептал Элеоноре: -- Как ты думаешь он напишет книгу? Элеонора видимо уже на половину спала. Её голос ТПК же тихо прозвучал со второго яруса. -- Не знаю... -- сонно пролепетала она. -- Может быть, хотя скорее всего нет... Зак перевернулся на бок к стене. Вот и все. Теперь он глаз не сомкнет из-за того, что не будет знать наверняка. Он спросит ещё завтра. Возможно.