Муж и жена - одна сатана 2

      «Мой дорогой Клаус! Знаешь, я сбилась со счета дней. Прошел год, может два, а то и три. Я не знаю. Все дни, похожие друг на друга, слились воедино. Настолько однообразно, что мы умираем со скуки. Не было и дня, насколько ты знаешь, чтобы я не думала о тебе, не говорила. Ты, наверное, совсем одинок. Марсель только и жаждет твоих страданий. Потерпи… Скоро Хейли найдет лекарство… Черт… Я это уже говорила пару лет назад…», — я смахнула слезу со щеки и встала с плетеного кресла.       Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих — наш дом, в котором тепло и уютно, солнышко над головами, этот красивый пейзаж, созданный Фреей. Все одно и то же. С каждым днем я сильнее скучаю по Никлаусу, хоть стараюсь этого не показывать.       Элайджа каждый день говорит о Хейли, Хоуп. Он, как и все мы, жаждет скорей воссоединиться с ними. Но, по всей видимости, Хейли не удалось найти способ нас вернуть. Также он тоскует по Клаусу. И это заметно. Стоит мне упомянуть его имя, как Майклсон меняется в лице.       Кол, несмотря на все «неприятности», старается не унывать, и проводит каждый день с пользой. Правда, иногда подкалывает меня, намекая на чувства. Но все мы знаем, что это — шутка. Иначе, когда мы вернемся, Клаус рассердится на него. Ведь мы находимся в его разуме, как сказала Фрея, следовательно, как я думаю, он нас слышит.       Что касается Ребекки, — она до сих пор не может простить Марселя за происходящее. Как и все мы. Он был частью нашей семьи, делил одну постель с Беккой, а сам подло поступил. Он заслуживает наказание…       Фрея в любом мире рада семье, будь то настоящий, то созданный ею. Права, как и все, скучает по Клаусу, Хейли и Хоуп. Господи, ей уже где-то лет семь. Представляю лицо Ника, когда он увидит дочь. — Мэдисон! — донесся голос Кола из гостиной. — Ты мне не поможешь? Я хмыкнула, направляясь к первородному. Кол лежал на диване, закинув ногу на ногу, с журналом в руке. В правой — держал карандаш. Увидев меня, вампир расплылся в улыбке. — Женское белье, одиннадцать букв, первая «б», — растянув губы в улыбке, Кол сверкнул глазами, вглядываясь в мое лицо. — Да иди ты! — фыркнула я, направляясь к выходу. Но Майклсон резко поднялся с дивана и в долю секунды оказался передо мной, преграждая путь. — Да ладно тебе, — его взгляд скользил по моему телу, и вампир ни капли не скрывал этого. Я лишь отодвинула его руку, освобождая проход. — Не забывай, Кол: мы здесь благодаря твоему брату. Я вышла, оставляя его наедине.       «Знаешь, Клаус, сколько бы лет не прошло, я буду жалеть лишь об одном — упущенном времени. Мы с тобой могли наслаждаться друг другом эту тысячу лет. А вместо этого были ссоры и расставания. Похоже, мы так и остались глупыми, наивными людьми, полагая, раз вся жизнь впереди, то мы успеем. Мы ошибались. И я уверена, ты это понимаешь и абсолютно согласен со мной. Я простила тебя… Давно простила за все. Потому что люблю. И еще, я должна кое-что рассказать тебе. Надеюсь, ты слышишь меня, и все эти годы я не разговаривала сама с собой…» — я опустилась в кресло, вдыхая запах цветущей сирени — Фрея постаралась на славу. — Мэдисон, — сзади подошла Ребекка и опустила руки на мои плечи, заставляя меня вздрогнуть. Я настолько погрузилась в мысли, что даже не заметила ее. — Ты не видела Элайджу? — спросила она, обходя меня. — Он был в саду, — сухо ответила я, хоть Бекка ни в чем и не виновна. Просто я собиралась рассказать кое-что важное, а меня перебили. Блондинка кивнула, после чего поспешила удалиться.       Я уселась поудобней и прикрыла глаза, морщась от лучиков солнца, падающих на лицо.       «Когда мы жили в той деревне, где находится Мистик Фолс, где был наш дом, жили наши родители, Рози… Перед тем, как ты стал вампиром… Помнишь, мы часто проводили время вместе…», — я набрала воздух в легкие и потерла ладони, вспотевшие от страха. Мое тело пробила мелкая дрожь. Такое чувство, что Клаус стоял напротив. Мне было страшно рассказывать ему, ведь я обещала. Но сейчас я очень нуждаюсь в его поддержке, и именно сейчас — самое время. — «Я помню, как пришла в твой дом к Эстер просить о помощи. Но вместо этого твоя мать совершила ужасный поступок. Эстер заставила меня выпить снадобье, чтобы я потеряла ребенка… Нашего с тобой ребенка, Клаус… Она взяла обещание с меня, что я буду молчать. И я молчала. Но сейчас не могу… Прости, что не сказала раньше.», — я быстро поднялась с кресла и направилась в дом. Меня терзали сомнения о правильности моего поступка. Может, не стоило ничего говорить Нику? Да и вообще, слышит ли он? От отчаяния я смахнула столик в своей комнате, и все, что находилось на нем, с грохотом упало на пол. Я находилась в ужасе, пытаясь доказать себе то, что Клаус меня слышит. Но если бы это было так, он бы ответил. Схватившись руками за голову, я начала опускаться вниз. Почему я не умерла? Я не заслуживаю этой жизни… Дверь в мою комнату отворилась, и внутрь вбежала Фрея, оглядываясь по сторонам. Ведьма попыталась поднять меня с пола, но я лишь убрала ее руки. Тогда она сменила тактику — поставила столик на место и попыталась успокоить словами. Но я молчала. — Хейли обязательно найдет лекарство, — Майклсон провела рукой по моим волосам, но я лишь отодвинулась от нее. «Прости меня, Клаус. Но я устала. Не знаю, как быть дальше, как жить. Я хочу увидеть тебя, обнять… Хейли… Только от этого имени по телу пробегает разряд тока. Я вспоминаю о твоей измене… Я солгала… Я не могу простить… Не знаю… Я просто устала. Эта пытка — невыносима…», — я опустила голову на колени и заплакала. Фрея решила оставить меня одну, поэтому вышла из комнаты, прикрывая за собой дверь. Но на всякий случай оставила маленькую щель, чтобы наблюдать. Но я сидела неподвижно. Уже не хотелось ни перекидывать мебель, ни устраивать истерики… — Клаус, я… — начала я еле слышно. «Мэдисон?» — раздался голос первородного в моей голове, от чего я раскрыла глаза и судорожно вздрогнула.