Pretend you're mine

       Как ни странно, чем ближе приближался вечер, тем больше портилось настроение Бейна. То, что казалось отличной идеей еще утром, сейчас ощущалось, как большая ошибка. И дело было даже не в том, что он по сути толком и не знает Алека. Не в том, как нелепо произошло их знакомство или как неловко ощущалось прощание у автобуса. Как раз это мало волновало Магнуса. Однако, то, какие чувства этот парень в нем вызывает: то, что его сейчас практически выворачивает наизнанку от волнения перед грядущим или то, что в животе ленивой змеей завязывается узел беспокойства от того, что Алек все еще не позвонил — вот об этом действительно стоит переживать. В конце концов, он не просто так отказывался от серьезных отношений после того, как Камилла ушла от него. С таким усердием построенная за год стена служила не просто украшением. И стоит ли забывать обо всех данных самому себе правилах и обещаниях из-за одного лишь незнакомца? Пускай сердце и твердит, что это правильно, но не стоит забывать, что оно его не раз уже подводило.        Возможно, стоило бы позвонить Кэт. Дружеский совет ему бы не помешал. — Магнус, не уходишь еще? — Магнус отвлекся от своих мыслей, чтобы обнаружить в дверях одну из своих сотрудниц. Рыжеволосая и невысокая Клэри Фрей была единственной, помимо Рафаэля, кто не боялся обращаться к нему здесь на «ты». И это была всего лишь одна из причин, по которой он так ценил девушку. Неудивительно, что остальные работники этого предприятия так открыто недолюбливали её. Еще бы, любимицу начальника. Которую он сам же и устроил сюда, несмотря на юный возраст. — Нет, бисквитик. Посижу еще. Нужно заполнить пару бумаг, — растянул он губы в улыбке, практически не чувствуя вину за ложь. По крайней мере, это была не совсем неправда. Документ действительно необходимо было закончить до завтрашнего дня, вот только Бейн не собирался этого делать. Все равно сейчас он неспособен сосредоточиться на чем-либо.        Фрей покачала головой, даже не скрывая разочарования. — Магнус, твоя преданность делу, конечно, очень вдохновляет, но то, какие жертвы ты при этом приносишь... — Никаких жертв, милая, — перебил он её. Сейчас ему нужен был совет мудрой Катарины, а не нотации, пускай и такой же уважаемой и любимой, но все же пока еще молодой и наивной девочки. — Я делаю то, что мне нравится.        Клэри недовольно поджала губы, и Магнус видел, что она отчаянно желает возразить. Но к счастью, передумывает, ограничиваясь раздраженным фырканьем. — Как скажешь, — раздосадованно бормочет она себе под нос, а затем берет себя в руки и снова возвращает на лицо приветливую улыбку. Неумение долго держать обиду — очередная черта, которая привлекает Бейна в ней. — Если вдруг передумаешь и захочешь отдохнуть, я как обычно в нашем кафе.        Бейн кивнул. Небольшое, но уютное кафе «Лунный Свет», где обычно подрабатывает музыкантом этот болтливый друг его драгоценной Клэри, что еще вечно трется возле Рафаэля. Он там бывает редко, отшучиваясь, что предпочитает коротать время среди людей своего возраста, а не околачиваться около детишек, чем вызывал шутливые тычки под бок от рыжеволосой подруги. Но что бы Магнус ни говорил, ему нравилось засиживаться по вечерам в этом заведении — в атмосфере какого-то семейного тепла. И в любой другой день, он бы вероятно принял приглашение, но не сегодня. Сейчас он вряд ли сумеет расслабиться. Даже если очень этого захочет. — Спасибо, конечно, дорогая. Но сегодня я не в настроения слушать завывания Шеппарда, — мягко отказался Бейн.        Клэри закатила глаза. — Ты же прекрасно знаешь, что его зовут Саймон. И он отлично поет, — пожурила она его, но Магнус заметил плохо скрываемую улыбку на губах. — Как скажешь, дорогая. Как скажешь, — картинно пожал он плечами.        Клэри ушла, перед этим пожелав спокойной ночи, и вместе с собой унесла этот крошечный кусочек легкости, что не давал Бейну окончательно упасть духом. Все сомнения вернулись и атаковали мужчину снова, теперь только с удвоенной силой.        Магнус закусил губу: А может, и хорошо, если Александр не позвонит? Несмотря на то, что Бейн сам пригласил его на свидание, телефонный номер он у парня не взял, а лишь написал свой, давая тому возможность передумать. Ту возможность, что он не захотел дать с самого начала. Выйдя на свежий воздух, чтобы проводить парня, мужчина внезапно осознал, как это было глупо. Глупо, навязчиво, быстро. Если он хочет действительно начать что-то настоящее, то так вести себя точно не стоит. Вопрос в том, действительно ли он хочет ввязаться во все это снова?              Дерьмо.        Это, как долбанная игра в шахматы. Он свой ход сделал, следующий — за Александром. Но может быть игра не стоит свеч?

***

       Алек ушел сразу после пар, оставляя Джейса с Саймоном, надеясь, что за дорогу сможет прояснить мысли. Новость о том, что его новый сексуальный знакомый на самом деле хочет от него лишь перепихона без обязательств — и надо же было тому познакомиться именно с девственником — словно вирус, засела в его голове. Теперь события утра рассматривались совершенно под другим углом, хотя некоторые моменты все равно оставались непонятными. Например, то, с какой нежностью Магнус смотрел на него — разве при отношениях без обязательств так и должно быть? Или он совсем идиот и нежность спутал с похотью? Или он настолько отстал от жизни?        Эти и другие вопросы наподобие броуновского движения кружили у него в голове, от того Лайтвуд не заметил, как добрался до дома. Рассеянно открывая дверь квартиры, он слишком поздно понял, что та не пустая.        Щеку обожгло звонкой пощечиной. — Какая же ты скотина! — Изабель замахнулась во второй раз, но Алек успел поймать её за запястье. — Иззи, прекрати! — попытался он вразумить сестру, но та лишь в раздражении вырвала руку, отпрянув. В глазах горел огонь, а волосы в ярости растрепались, делая её похожей на фурию.        Но Алек не мог её винить. Если честно, будь Лайтвуд на месте младшей сестры, разозлился бы еще сильнее. Его глупая и абсолютно детсадовская обида никому не принесла ничего хорошего. Ему внезапно стало противно от самого себя. — Ты хоть понимаешь, что я чувствовала? Понимаешь, что происходило в моей голове все это время? — прошипела девушка, вновь придвигаясь вперед, заставляя старшего брата, что почти вдвое выше неё отступить. — Да я чуть с ума не сошла! Я вернулась, тебя нигде нет! От бармена толку ноль, ты не берешь трубку. Дома никого нет, друзья ничего не знают... Я... Я чуть не умерла от страха.        В глазах сестры заблестели слезы, и сердце Алека неприятно сжалось. На одних лишь инстинктах, он, наплевав на все, сделал шаг вперед и утянул Изабель в объятия. Та пару раз упрямо дернулась в его руках, а потом, сдавшись, сильнее прижалась к брату. — Прости меня, прости, пожалуйста, — беспорядочно шептал он, уткнувшись в затылок сестры. Черт возьми, он не имеет права так с ней поступать. Только не с ней. — Обещай, что больше подобного не повторится. — Обещаю, — кивнул Алек, действительно имея это в виду.        Примерно полчаса спустя, когда Изабель наконец успокоилась и привела себя в порядок, поправив макияж, Лайтвуд уже во второй раз за день пересказал о том, что с ним произошло. Как и в случае с друзьями, он старался не заострять внимание на деталях. Некоторые вещи были слишком личные.        Они незаметно для самих себя перебрались на кухню — самую уютную часть съемной квартиры. Обычно здесь именно Изабель делилась проблемами своей личной жизни, пока оба Лайтвуда с чашкой такого невкусного для младшей сестры кофе сидели за круглым столом. Иногда к ним присоединялся Джейс, но гораздо чаще это были лишь они вдвоем. Вот и в этот раз Иззи выключала вскипятившийся чайник, когда Алек закончил историю. — То есть, ты хочешь сказать... — начала было девушка, присаживаясь за стол и придвигая к себе упаковку быстрорастворимого Egoiste*, но закончить не успела, когда её грубо прервали. — Я ничего не хочу сказать, Иззи, — холодно произнес Алек, чувствуя, как все больше распаляется. Лайтвуд изо всех сил старался мысленно успокоиться, ведь сестра тут ни в чем не виновата, но, как это обычно и бывает, когда он злится, остановить себя уже не мог. — Только то, что Вселенная, видимо, жутко веселится, делая из меня главного клоуна-неудачника. Ей нужен был козел отпущения — что ж, она его нашла.        «И хватит смотреть на меня с такой жалостью!» — хотел добавить Алек, но вовремя прикусил язык. Очередной ссоры ему не хватало. — Перестань, — девушка потянулась через стол и накрыла руку старшего брата своей, этим простым движением посылая парню невидимые импульсы поддержки. —Поверь мне, большой брат, на этом свете существует куча людей, кому не повезло в жизни гораздо больше, чем тебе.        Лайтвуд презрительно фыркнул. Заметив это, Изабель хитро улыбнулась. — Представь кучу этих бедняжек, кому не посчастливилось иметь в жизни такую прекрасную меня.        На этот раз смех Алека был более искренним. Тяжелый груз на плечах стал немножечко легче. По крайней мере, раздражительность ушла. Это не скрылось от зорких глаз младшей сестры, поэтому, убедившись, что брату стало немного лучше и он не собирается больше разгромить кухню, она убрала руку, вернув все внимание своему кофе. Они просидели в довольно-таки уютной тишине некоторое время, каждый размышляя о своем. Мысли Лайтвуда вновь вернулись к событиям утра, а потом уже и дня. К непонятному поведению Бейна, к счастливому Тому, обнимающему эту чертову блондинку. А потом вновь уперлись в слова Саймона. Которые по каким-то причинам до чертиков раздражали.        Единственным звуком было тихое позвякивание ложечки о стенки стакана, пока Иззи размешивала сахар. Свои неизменные три кусочка. — Но откуда Саймон вообще знает Магнуса? — наконец разрезал тишину голос Изабель. — Ну... — Алек внезапно почувствовал себя полным дураком. — Ты не спросил? — подняла она брови. — У меня как-то другим мысли были заняты, — уязвлено пробормотал Лайтвуд, придвигая к себе свой стакан с уже остывшим напитком. Чтобы хоть чем-то занять свои руки. — И чем же? — Нет, Алеку определенно почудилась легкая усмешка на губах сестры. Но прежде, чем он успел по-новой завестись и что-либо ответить, Изабель задала другой вопрос. Уже более серьезным голосом. — Так что ты решил?        Лайтвуд озадаченно вскинул брови. — Что я решил?        Иззи закатила глаза, как будто ей приходится объяснять элементарнейшие вещи. — Насчет свидания с Магнусом. Ты позвонишь ему? — Что? — Алек опешил, задохнувшись воздухом. — Ты вообще слышала, что я тебе говорил?!        Девушка пренебрежительно махнула рукой: — Да-да. Несерьезные отношения, бла-бла, никаких обязательств, бла-бла. Ну и что? По-моему, отличный вариант! Может быть, сейчас, когда ты отвлечешься на другого парня, ты забудешь, наконец, этого своего долбанного Уэлла. И будешь двигаться дальше. А там уж появится кто-нибудь другой... Настроенный на что-то серьезное.        Лайтвуд хмуро уставился на сестру, будто не уверенный в её здравии. — Ты ведь шутишь, не так ли? — наконец, выдавил он, а губы непроизвольно стали растягиваться в глупой улыбке. Ну, конечно, она шутит. Потому что даже его Изабель не может всерьез говорить о подобном. Ведь так?        Судя по всему, нет. Девушка тяжело вздохнула, и Алеку совершенно не понравилось то, каким терпеливым взглядом она его наградила. — Алек, — начала она таким тоном, каким они когда-то разговаривали с совсем еще маленьким Максом. — Я говорю серьезно. Это твой шанс пожить, наконец-таки, для себя, понимаешь? Судя по твоему рассказу, этот Магнус — неплохой человек. Может быть вы даже станете друзьями, я не знаю... Да даже, если и нет... В любом случае, везде сплошные плюсы — отношения, где никто никому не делает мозг, каждый получает из них лишь положительные эмоции. Поверь, я бы сама от таких не отказалась.        Да, что-то в этом определенно было.

***

       Оставшуюся часть вечера они болтали на совершенно разные темы, решив пока оставить данный разговор до лучших времен. На часах было около восьми, когда сестра начала собираться к себе. Она все еще жила с родителями в другой части города, до куда на электричке нужно было добираться в течение где-то сорока минут. Тем не менее, девушка почти каждый день находила время заехать к брату, а иногда даже остаться у него ночевать. Особенно сейчас, когда её прошлые отношения канули в небытие. Алек её понимал: возвращаться каждый день к Роберту и Мариз Лайтвуд — то еще занятие. Как говорится, врагу не пожелаешь. А если те еще и прибывали в дурном расположении духа... В такие дни Изабель всегда теснила Алека с Джейсом в их и без того маленькой жилплощади. Впрочем, не то чтобы они были против.        Проводив сестру и закрыв за ней дверь, Лайтвуд задумчиво прислонился к ней спиной. С тихим щелчком замка Магнус вновь вернулся в его голову. Хотя, как будто Алек мог о нем не думать. Телефон неприятно жег карман джинс, не давая о себе забыть ни на секунду. Уже довольно поздно, стоит ли звонить? Или он исчерпал уже весь лимит ожидания, и Бейн нашел для себя кого-то другого? Более простого. Более опытного. На последнем слове парень недовольно поморщился.        Ну, нет. Раз Иззи не волновалась на этот счет, то и он не будет. Постарается этого не делать, по крайней мере.        Сотовый вдруг завибрировал, заставив Лайтвуда подскочить на месте. Чертыхнувшись, он достал телефон.

«Не тупи, большой брат, и позвони своему горячему парню».

       Алек закатил глаза. Возможно, в чем-то Иззи и была права. Но ей говорить легко. Она сменила уже ни одного парня и, будучи аромантиком, не особо большое значение придавала чувствам. В отношениях сестра всегда мыслит рационально, потому что её эмоции, как правило, не застилают банальную логику. Черт, как же он ей завидовал. Почему он просто не может выкинуть Тома из головы и позвонить Магнусу? Ситуация ведь такая простая, но гребанное и совершенно иррациональное чувство вины перед Уэллом не дает сделать правильный выбор.              Проклятие.        Перед глазами ни с того ни с сего предстала Кэйтлин Холл. Идеальная, мать её, Кэйтлин Холл. С её идеальными светлыми волосами и идеальными голубыми глазами, которыми она так по-идиотски любит хлопать. Словно гребанная Барби, что сошла с блядской картинки. Кэйтлин Холл и обнимающий её Том. Его Том. Ненависть появилась внезапно, обжигая своей силой.        Решение было принято.        Не давая себе времени передумать, Алек нашел нужный номер и нажал на кнопку вызова.              Гудок, второй, третий... — Да? — Магнус, эй, привет... Это Алек. Парень из клуба, помнишь? — на другой стороне тишина, и Лайтвуд решает продолжить. — Прости, что так поздно, я... Задержался на учебе. Ты... Наше свидание все еще в силе?