I'm better off alone

В ночной тиши раздаётся тихий, но настойчивый стук в дверь. Гарри давно ждёт посетителя, который не приходил к нему больше двух недель. Целых две недели его постель пустовала, лишь смутно напоминая, что в ней когда-то кто-то бывает. Юноша немедленно бросается к двери, но, оказавшись в коридоре, сбавляет шаг, чтобы гость не догадался о том, как сильно его ждут. Хотя Снейп, конечно, и так это знает. Молча, Поттер открывает дверь, пропуская Северуса. Под пристальным взглядом хозяина тот неспешно разувается, снимает длинное пальто, шарф, перчатки. В кромешной темноте — таково одно из условий их свиданий — он нащупывает дверь в ванную. Педантичный профессор всегда моет руки после улицы. Всё это время Гарри, как верный пёс, стоит рядом, боясь спугнуть это ночное видение. Но видение не спешит покидать чужую квартиру, пока не получит то, зачем пришло. Северус выходит из ванной, мокрыми руками притягивая к себе Гарри и жадно целуя изголодавшиеся по любви губы. Для обоих этот поцелуй — как приятное начало чего-то прекрасного, чудесного, что скоро кончится, но пока об этом лучше не думать, просто наслаждаясь каждым движением. Ненадолго отрываясь, Северус ведёт юношу в спальню — они всегда занимаются этим на кровати, такова уж традиция. Указывая на постель, Снейп снимает с себя жилет. Но сегодня Поттер не так послушен, как обычно. Он мотает головой, убирая сильные руки. Сегодня он хочет раздеть его сам, хочет получить удовольствие ещё и от этого. Северус соглашается, давая юному любовнику свободу. Тяжело дыша, Гарри гладит драгоценное тело трясущимися от возбуждения руками. Возбуждения и немного радости, вызванной тем, что он имеет доступ к этому телу, пусть и не так часто, как хотелось бы. Поттер медленно раздевает профессора, попутно целуя открывающиеся участки кожи. Он хочет раствориться в ощущениях, которые сводят с ума, но пока он не даёт себе потерять рассудок. Профессор должен остаться доволен. Если Поттер сверху — секс получается грубым, животным. Потому что Северус любит пожёстче, он с готовностью принимает все новые телесные издевательства, которые придумывает для него бывший ученик. Если ведёт Северус, секс — страстный, но нежный, чувственный, как будто каждый раз профессор делает невольное признание в своей неприемлемой слабости и сентиментальности. Но, независимо от того, кто кого, всегда неизменным остаётся то, что каждый раз — как первый и последний, максимально нежный, максимально страстный. Оба хотят отдать друг другу всё, что накапливается, пока они не видятся, чтобы не осталось ничего. Только пустота, вызванная хотя бы физическим удовлетворением. Чаще всего побеждает второй вариант, но сегодня, кажется, очередь Поттера проявить жестокость. Ему тяжело это делать, потому что он бы с большим удовольствием отдал своё тело для насилия и побоев, желая искупать Северуса в своей безответной любви, но ему нравится, когда с ним обращаются грубо. Гарри закусывает губу, любуясь обнажённым Северусом. Он не любит своё тело, поэтому предпочитает не задерживаться в свете луны, перемещаясь на кровать. Поттер небрежно скидывает с себя одежду. Несмотря на то, что он хочет проявить нежность, хочет зацеловать Снейпа до смерти от умиления и ласки, он должен быть жесток. Ведь Северус любит это. Сегодня тюбик со смазкой, ожидающий своего звёздного часа каждую ночь, останется в стороне. А вот свечи, лежащие на той же полке, определённо пригодятся. Эта боль самая слабая, гуманная, потому что Гарри всё равно стремится быть заботливым. Северус, видя выбор своего партнёра, смотрит недовольно. В темноте Поттер не видит его взгляд, но он чувствует его кожей — холодный, кажется, даже осуждающий за малодушие. Чтобы не разочаровывать его, следом Гарри достаёт короткий хлыст — любимый атрибут их редких ночей. Этот вариант устраивает зельевара. Об этом говорит его дыхание, Поттер хорошо его знает, оно сбивается, только когда профессору хорошо. Сейчас ему хорошо от представления того, что будет дальше. Но Гарри ругает себя за то, что проявил инициативу. Он не сможет насладиться этим телом, потому что всё кончится быстрее, чем если бы он был снизу. Он вынужден пропустить прелюдии, сразу приступая к делу. Его движения резки, жестоки, грубы, но это ещё не всё, что он может дать своему гостю. Зажигая одну из свечей, юноша освещает тело под собой, но ненадолго, потому что свет тут — не главная функция, которую исполняет предмет в его руке. Наклоняя свечу, Гарри смотрит за тем, как воск капает на живот Северуса, оставляя небольшие восковые пятна. Потом на этих местах будут красные следы; бедный Северус. Впрочем, ему всё нравится. От каждой капли профессор вздрагивает, позволяя вырваться слабому стону удовольствия. Это лучшая похвала для Поттера. Он резко выходит, переворачивая профессора на живот. На простынях потом останется воск, но сейчас это так неважно. Оставаясь грубым, Гарри резво входит снова, раздирая спину короткими ногтями. Снейп выгибается, тяжело дыша в подушку. Затем его кожи снова касаются горячие капли, закрепляя красные полоски. Поттер тушит свечу, переходя к следующему предмету. Он всегда смущён той ролью, в которой оказывается, но каждый раз старается сделать своё выступление более запоминающимся, чем предыдущее. Он заносит руку, не останавливая своих поступательных движений. Ускоряя темп, он начинает бить профессора стеком, как можно сильнее, как можно жестче. Но, несмотря на непривычность ролей, его движения всегда точны; любовники отлично знают слабые места друг друга. Юноша чередует позы, предметы слабых пыток, физическую грубость, наслаждаясь реакцией. Тишина нарушается только сдавленными стонами, которые оба безуспешно пытаются скрыть друг от друга. Гарри — из-за стеснения, ему стыдно за то, насколько ему хорошо. А Северус… Просто не хочет показывать, что ему не всё равно. Но Гарри всегда может распознать, когда профессору особенно приятно, ведь он научился улавливать даже мельчайшие знаки, которые невольно выдаёт податливое тело. Гарри пытается оттянуть конец, но оба на пределе и, спустя час — волшебный час наслаждений — он всё-таки вынужден попрощаться со своим молчаливым посетителем. Кончив, Северус всегда сразу идёт в душ, будто желая смыть с себя позор, который он испытывает после каждой встречи. Но сегодня он пропускает этот этап, быстро одевается и идёт в коридор. Гарри спешит за своим беглецом, даже не потрудившись одеться. Это сделать можно и потом, а вот оказаться в компании Снейпа потом будет невозможно, потому что они никогда не общаются в обычной жизни. Снейп методично, так же, как час назад раздевался, теперь одевается. — Останься, — неожиданно даже для себя шепчет Гарри. Фигура замирает. Поттер никогда не просил не уходить, потому что знал, что это бесполезно. Гарри расценивает это промедление, как возможность, и пытается добить. — Хотя бы сегодня. Пожалуйста. Ему кажется, что им уже давно пора перейти на новый этап. Хотя бы просто… поговорить?.. Снейп не шевелится. — Северус… Но звук собственного имени мгновенно отрезвляет. Он, не закончив одеваться, быстро открывает дверь — он делал это уже так много раз — и уходит. Потому что продолжает верить, что ему лучше быть одному.