Незнакомец с красивыми глазами.

— Нет, — вслух отвечает Вальтер на свой вопрос. Он сидит на полу, заперевшись в ванной, уже второй час, и ведет переговоры сам с собой. Кафельная плитка холодит лапы, но ему это не сильно мешает. Ему сейчас главное — одиночество. — Валь! — в дверь настойчиво стучат, — Валь, открой! Ты два часа там сидишь! Что случилось? — спрашивает высокий женский голос. — Джи, я в порядке, — делая голос максимально веселым, отвечает Вальтер, — Просто нажрался херни какой-то, вот мне и плохо. — Вот вечно ты так! — раздраженно воскликнула Джиса, — Когда уже перестанешь есть одни чипсы? Думаешь, я не знаю? У тебя вся мусорка заполнена пустыми пакетиками! Вальтер вздохнул, вытягивая лапы. Когда твоя девушка повернута на здоровом питании, а ты души не чаешь во вредной еде — это плохо, если честно. — Джи, дай посидеть спокойно. — Сиди-сиди, — уже ласково ответила кошка, — Я тебе таблетку сейчас разведу. — Не надо. — Ну ладно, как хочешь. Едва различимая поступь мягких лап стихла в недрах коридора. — Я натурал, — твердо сказал Вальтер сам себе, — И тот поцелуй с Медом — это всего лишь случайность. Мысли кружат голову, и кот трет пальцами виски. Несколько дней назад Вальтер изменил Джисе. И ладно бы с какой-нибудь клубной проституткой… Нет же, с парнем! Да, вот такое шокирующее событие. Вальтер никогда себя не простит, даже если его простит Джиса. Она — девушка мечты, верная, активная, любящая, за три года отношений даже не посмотрела ни разу в сторону другого парня. А Вальтер? Он тоже ничего — веселый, уверенный в себе, всегда знает, чего хочет. И тоже верный. Точнее, был верным. «А вообще… С парнем — считается за измену?» — подумал кот, нервно теребя пальцами шерсть на кончике своего хвоста, — «И к тому же, это всего лишь поцелуй, ничего больше…» — Считается, — со вздохом ответил он сам себе. Стыд, сожаление, злость на самого себя, желание умереть, сгинуть, провалиться сквозь землю, лишь бы больше не видеть родных зеленых глаз любимой девушки. Глаза Джисы — необыкновенные. Как трава, как изумруды, как первые листочки на деревьях — они переливаются всеми оттенками зеленого и блестят лукавыми искорками. Джиса еще не знает об его измене. — Вальтер, ты глупец, — произносит парень, обращаясь к самому себе, — Ты изменил своей девушке. Девушке, которая тебя любит всем своим сердцем. Которая мечтала только о тебе одном, ночами плача в подушку. Девушке, чья любовь долго была безответной. Снова короткий, отрывистый вздох. Обычно так вздыхают перед плачем, но Вальтер реветь пока не собирался. — Ты идиот, Вальтер, — продолжал разговаривать сам с собой кот, — И-ди-от. Она любит тебя. Но и ты души в ней не чаешь. Так почему же, черт подери, ты не сопротивлялся тому ящеру, когда он целовал тебя? Кот прижимает уши и взъерошивает шерсть. Он так зол на самого себя, что просто словами не описать. Когти выпускаются сами собой, и Вальтер с силой обрушивает лапы на пол, скребет ими. На кафельной плитке остаются едва заметные царапины. — Джиса, прости меня, — тихо говорит Вальтер, — Я ужасный парень.

***

Это случилось несколько дней назад. Вальтер шел в магазин за очередной партией чипсов и полторашкой колы — он не пил почти ничего, кроме нее. Март только начинался, с крыш свисали огромные сосульки. Некоторые дома были обнесены красно-белой полосатой лентой — не подходить, близко карниз. Вальтер шел по середине тротуара, где ни одна сосулька не могла на него упасть. Вдруг он заметил существо (с первого взгляда было трудно понять, что он за животное) с коробкой пиццы в руках. Оно шло по тротуару слишком близко к карнизу дома, не взирая на предупреждающую ленту. Вальтер крикнул:  — Эй, отойди от крыши! Но незнакомец его не услышал. Судя по его походке и покачиваниям головы, он слушал музыку в наушниках, причем слишком громко. Вальтер невольно стал его рассматривать. Бэйджик и кепка с надписью какой-то забегаловки — значит, курьер. Разносчик пиццы. Судя по темно-серым чешуйкам, длинным лапам и хвосту это был варан или другая большая ящерица. Единственное, что отличало его от рептилий — это длинная челка, скрывающая глаза. Интересно, он видит, куда идет? Внезапно огромный шмат льда затрещал и зашевелился на карнизе крыши, в нескольких метров от варана. Еще чуть-чуть — и он упадет ему на голову. А челкастый, даже не зная об опасности, преспокойно шел по тротуару. Поняв, что докричаться до него не получится, Вальтер решил действовать по-другому. Он подбежал к варану, схватил его за шкирку и оттащил на пару метров. Гигантская сосулька с грохотом упала на то место, где секунду назад стоял разносчик пиццы. Если бы Вальтер не успел, то от варана осталось бы мокрое место.  — Ты… спас меня… Голос незнакомца был тихий и хрипловатый. Варан ошарашенно пялился на Вальтера из-под длинной челки, сжимая в лапах коробку с пиццей и мелко дрожа, и вид у него был, мягко говоря, странный.  — Ерунда, — отмахнулся кот, — Впредь будь осторожнее.  — Нет, не ерунда, — внезапно ответил варан, — Я должен тебя отблагодарить.  — Ну, тогда… — Вальтер даже растерялся, — Да нет, чего ты, не стоит.  — Как тебя зовут? — тряхнув челкой, спросил курьер.  — Вальтер.  — Слушай сюда, Вальтер. Внезапно варан положил на землю коробку с пиццей, схватил кота за плечи и резко прижал к стене дома — они стояли на том месте, куда несколько минут назад упала сосулька. Удивительно, насколько крепкой была хватка такого слабого на вид существа.  — Ты чего делаешь? — Вальтер впервые в жизни не знал, как себя вести.  — Благодарю тебя, — прошелестел варан в самое ухо кота, — Я бы отдал тебе эту пиццу, но меня ждет заказчик. Ничего, дались ему лишние пять минут. На некоторое время повисла тишина.  — И если кто-нибудь об этом узнает, тебе конец, — прошептал курьер. Внезапно он притянул лицо Вальтера за подбородок и… поцеловал. Сначала робко лизнул в губы своим длинным варанским языком, а потом принялся делать это со всей страстью. Вальтер покраснел, лицо стало цвета его ирокеза. Надо ли отвечать? Неловко промычав что-то в губы незнакомца, Вальтер принялся шевелить языком в его рту, чувствуя себя полнейшим идиотом. С Джисой было проще — они целовались по-другому. Не так изощренно. А может, к Джисе Вальтер уже привык, а с этим вараном целовался первый раз. Внезапно Вальтер осознал, что не может отвести взгляда от глаз курьера, которые стали наконец заметными из-под всклокоченной челки. Они красивые, глубокие, немного похожи на женские, но такие привлекательные. Светло-желтые. Как солнечные лучи, как первый весенний цветок, как садовые сладкие яблоки. Закончив бешеный танец сплетенных языков, варан наконец отстранился и дал Вальтеру возможность отдышаться. Кот до сих пор смущался и не понимал, что только что произошло.  — Приятно было познакомиться. Меня зовут Мед. Только не Мёд, а Мед, почти как Медуза. До встречи. Приходи в пиццерию, — невозмутимым будничным тоном, как ведущая прогноза погоды, сказал курьер, протягивая Вальтеру визитку.  — Спасибо… наверное. Мед кивнул, и, подхватив коробку с пиццей, воткнул наушники в уши и зашагал по улице. А кот так и остался стоять с отвисшей челюстью и покрасневшим от смущения лицом.

***

Вальтер решил забыть это ужасное событие. Забыть глаза, смотрящие на него с благодарностью и даже любовью, забыть длинный узкий язык, забыть тот переулок, где весной с крыш падают сосульки, забыть абсолютно всё. Джиса ни о чем не узнает, а он через пару месяцев перестанет винить себя во всём. И отношения спасет, и не заставит любимую девушку страдать. Но иногда, одинокими темными ночами, когда Джиса давно спит - Вальтер садится на кровати и долго смотрит на луну, обхватив передними лапами согнутые в коленях ноги. И ему кажется, что большая светло-желтая луна - это глаза Меда. Такие же далекие, красивые и завораживающие. И их невозможно забыть, как бы ты ни старался.