Destroy, save or love

Будь у него кожа, он бы давно покрылся мурашками, но увы, природа наделила его черными костями. Скелет усмехнулся, припоминая забавные диалоги с Инком. Нередко во время битв на все слова художника о том, что Эррор — такой же житель пустоты, как и другие, тот указывал на цвет своих костей, разводя руками. Смотри, Инк, даже мои кости не белоснежные, как у вас. Ответом часто служил разочарованный взгляд и больше они не говорили. От покалывающего мороза иногда вскакивали ошибки и скелету даже казалось, что он близок к очередной перезагрузке. Было бы не очень желательно глючить, находясь черт знает где. Чревато смертью. Эррор даже не двинулся с места с того момента, когда вообще сел под это сухое, безжизненное дерево. Было такое ощущение, что в голове прорвало плотину и мысли огромной волной хлынули в сознание. Что делать? Как быть? Куда идти? И что говорить, если встретит Инка? Последнее было пока не самым желательным — беседа с художником была последним, чем сейчас бы занялся скелет. Порой тот был настолько назойливым, что хотелось пробить голову, лишь бы не слышать этого мерзкого голоса. Разрушитель оглянулся, тихо вздыхая и поднялся с земли. На куртке осталась грязь, но кому до этого есть дело? Грязь не самая страшная вещь в мире лично для него. К счастью, голова перестала гудеть и на «память» осталась только небольшая трещина. Этому он был очень рад, так как быть вторым Хоррором не хотелось. С его-то дырой в голове… Царила мертвая тишина. Похоже, что в эту часть леса никто не забредал, да и делать тут действительно нечего. Тихо, мерзко, пустынно и чертовски холодно. Просто отвратительно… — Придурок, как же он задрал, — послышался издалека раздраженный, рычащий голос. И тут разрушитель уже немного напрягся, но назвать его напуганным было нельзя. Постепенно стали слышны громкие шаги, и, судя по всему, обладатель голоса был так сильно взбешён, что даже снег летел в стороны. Усмехнувшись, Эррор посмотрел в сторону, откуда шел неизвестный и выжидал его появления. Конечно, он прекрасно понимал, кто же этот недовольный, да и догадаться тут было несложно — этот низкий тон легко узнавался. Через несколько минут показался и сам монстр. В привычной черной, немного грязной куртке, с раздраженным видом и сверкающим золотым зубом. Судя по всему, он опять поссорился со своим братом, уснув на посту. Слегка потрепанный вид скелета был тому подтверждением, ведь одними только словами здешний Папайрус не очень любил ограничиваться. Если бы разрушитель не издавал тихих смешков, то собрат явно бы прошел мимо, не заметив незваного гостя. — ТЫ, черт возьми, что тут делаешь?! — воскликнул скелет, сразу увеличивая расстояние между ними и призывая бластер. На его лице мелькнул страх и ужас, но их сразу заменили злость и ярость. Иной реакции Эррор и не ожидал. Это даже показалось несколько ироничным, уж слишком часто его привыкли так встречать монстры. В особенности Сансы, или же Папайрус, как во вселенной маленького Блу. — Д-дА… — начал было он привычным, лагающим голосом, но решил немного помедлить. Собственный голос резал слух. — Давно хотел заглянуть… Не успел он толком договорить, как бластер выстрелил в его сторону, и от испепеления спас только ловкий уворот в сторону. Местный Санс оскалился, положив руку в карман и напряжённо смотрел на разрушителя. Ни для какой из вселенной визит сеющей хаос личности не был подарком. Увидев его, сразу становилось понятно, что сегодняшний день уже не удался и можно возвращаться в кровать в ожидании смерти. Или же попробовать задержать его, что чаще всего было бесполезным занятием, так как в любом случае ты умирал больно и мучительно. Не исключением был и острозубый, который, пусть и не знал того, что происходило совсем недавно вне его мира, был готов атаковать Эррора столько, сколько сможет. И настроился явно недоброжелательно. — Только тронь тут что-то, тварь, тебя даже этот художник не закрасит! — выкрикнул Санс, и его красный зрачок угрожающе сверкнул. Эррор всегда находил эту версию довольно забавной. Его раздражительность и черный юмор порой действительно смешили, а рвение показать, какой он сильный заставляли валяться на земле от смеха. Просто уморительно. Но и отступать некуда, да и не хотелось разрушителю заиметь репутацию слабака. Пусть он был ранен, растерян, даже, если бы у него руку там отрубило, он бы атаковал, не задумавшись. Тем более, что раньше Эррор никогда не был против вступить в бой именно против этого Санса. Может быть, он попросит казался ему более решительным по сравнению с другими, и «бои» были куда интереснее. — Я бы на твоём месте не был бы так самоуверен, — незаметно для противника, разрушитель провел пальцем по трещине, проверяя, не пошла ли она дальше. С ней, к счастью, было все в порядке, что не могло не радовать. — Не хочешь проверить своего братика, хах? Санс замер, широко раскрывая глазницы и мимолётно бросил взгляд в сторону, откуда пришел. Нет, Эррор точно не тронул Босса. Он бы просто не успел это сделать. Разрушитель с легкой ухмылкой наблюдал, как тот немного начал паниковать, не решаясь ни бросаться в атаку, ни бежать домой, чтобы проверить, живой ли там его младший брат. Ситуация казалась ему действительно забавной. Потрёпанный вид Эррора Санс явно списал на то, что тот уже хорошо постарался над другой вселенной, где, все же, немного получил по черепу. Порой он любил так делать — разрушать одну вселенную за другой так быстро, что Инк даже не успевал за ним угнаться. Такие дни были довольно редкими, но очень страшными для каждой вселенной. Ведь куда именно пойдет Эррор было известно лишь ему самому. А зная, что в любой момент он может выкинуть черт знает что, его слова о Боссе не казались ложью. Но давать врагу даже момент для того, чтобы поликовать острозубый не стал. Тихо рыкнув, Санс снова посмотрел на черного скелета, призывая ещё два бластера. — Не думай, что я такой тупой. — Какая жалость, мне в-Все-Е-егда т-Т-а-ак и каз-З-алось, — развел руками в стороны Эррор, на мгновение заглючив. Никаких костей и бластеров он призывать не стал, ведь тратить и так малые силы было бы глупо. Против обычных жителей обычно хватало любимых синей нитей, которые практически никогда его не подводили. С Инком же просто другая ситуация и одними нитями уже не обойтись. От первого выстрела скелет увернулся легко, а вот второй был явно направлен более точно, прямо в голову. Скачок влево — все же не задел, и на том хорошо. В ход шли не только парящие головы неизвестных существ, но и привычные для каждого Санса кости, которые впивались в землю рядом с разрушителем. С каждой минутой казалось, что обладатель золотого зуба начинает атаковать все более точно и злостно, не выкрикивая никаких оскорблений, как обычно. «Красный» был одним из немногих, кто, даже понимая всю свою беспомощность перед таким монстром, как Эррор, всегда сражался отчаяно и до конца. Было сложно понять, пытается ли он так отстоять свой мир, защитить своего «любимого» брата или просто показать, что не сдается. Какой-бы мрачной и гнетущей не была вселенная, Папайрусом он все же дорожил, и резко реагировал на любые слова в его адрес. Этим Эррор любил пользоваться, просто забавляясь реакцией. Продолжалось все это недолго, ибо Эррору уже наскучило скакать из стороны в сторону, и рядом с Сансом стали мелькать синие нити, которые были близки к тому, чтобы поймать его за душу и разорвать на мелкие. Всего лишь одно движение и можно будет спокойно сесть отдыхать дальше… Нити резко перерубили и оба скелета отлетели в стороны. С шипением от не очень мягкого приземления об землю Эррор встал на ноги, прожигая взглядом резко явившегося Инка. Тот выглядел сосредоточенным и быстрыми движениями убрал все следы этой быстрой драки, тенью мелькая рядом. Санс молчал, просто наблюдая за движениями кисточки и вздрогнул, когда художник оказался около него и посмотрел прямо в глазницы. — Иди домой, Санс, — тихо бросил он, поворачиваясь к Эррору и выставляя вперед кисть. Больше ни слова от него в адрес Санса не послышалось. Тот помолчал некоторое время, бешено посмотрев на хранителя вселенных и лишь призвал еще несколько костей. Похоже, отступать он не собирался, и присутствие здесь Инка его нисколько не успокоило. — Сам вали отсюда! — бросил Санс, и кости мгновенно полетели в сторону разрушителя, облетая художника. Но своей цели они не достигнули, потому что их, под удивленный взгляд обладателя, «стер» Инк, напряженно посмотрев на него. Это вызвало лишь бурный всплеск эмоций у последнего. Покачиваясь, он поднялся с земли, даря двум скелетам злостный взгляд. — С каких пор ты его защищаешь, Инк?! Или решил вместе с ним превращатьвсе в мусор? Инк скривился, покачав головой. — С чего вдруг ты так решил, что я предатель?! — А с каких пор ты защищаешь этого урода?! — Хватит! — воскликнул художник, взмахнув кистью. — Просто уходи домой, я разберусь сам! Но Санс отступать от своих слов не собирался, уже с долей недоверия смотря на собрата. — Убирайся в свою пустоту, я на куски его порублю. — Нет. За все время Эррор не проронил ни слова, лишь насмешливо за всем наблюдая. Нередко увидишь, как мирный Инк с кем-то переговаривается с таким тоном. — Санс, если ты не уйдешь, мне придется тебя заставить. Смешок. — Ага, попробуй! Я посмо- В следующий миг тупой конец кисти опустился на голову зубастого, оглушая, отчего тот упал на землю, хрипло выкрикнув. На некоторое время он не сможет ничего предпринять, но очухается довольно быстро. Потому терять время Инк не решился — быстро схватил Эррора за руку, открыв портал и исчез вместе со скелетом. — Санс?! — послышался высокий голос неподалеку. *** Сняв маску спокойствия, Инк обеспокоенно посмотрел на своего «друга». Так и билось желание подойти к нему и осмотреть со всех сторон на наличие ран, поговорить, попытаться понять, что тот вообще думает и что планирует. Но колючий взгляд Эррора так и говорил, что эти действия закончатся плачевно. Неизвестно, для кого именно, но точно плачевно. Эррор упорно ждал от художника хоть каких-то слов, уже готовясь в любой миг открыть портал и уйти подальше. Он не сделал этого сразу лишь потому, что надеялся на быстрый уход Инка восвояси. Мало ли, что ударит тому в голову — хранитель порой выдавал не менее удивительные вещи. Но что-то здесь было не так. Стоило разрушителю оглянуться и он смотрел на Инка уже не так смешливо, скорее, шокировано. Ведь это белоснежное, почти пустое пространство он никогда не посещал. Так же, как была закрыта от других пустота Эррора, «домой» к художнику можно было попасть, лишь имея разрешение. Так сюда мог приходить Дрим, Блу, но никак не Эррор. Фактически, хранитель привел разрушителя в свой дом по доброте душевной, даже не думая о возможных рисках. — Эррор, успокойся, — вздохнул Инк, переставая держать кисть перед собой. Это был знак разрушителю, что привел он сюда «друга» не для того, чтобы драться. Тот лишь фыркнул, закатив зрачки и готовясь к очередной речи о том, как важны вселенные и какой дурью он занимается, жестоко их разрушая. При желании Эррор мог нацепить шарф Инка и изображать его, наизусть зачитывая его речи. — Ты-Ы п-п-Прив-Вел меня сюда, ха-аХ? — кратко засмеялся он, во «все глаза» уставившись на художника. Стоило лишь отойти от шока, как его место занял приступ смеха. Это было так уморительно! На что, черт возьми, надеялся Инк? О кости, что у него в голове? Хах, да, ничего. Верно. — Да. Да, я привел тебя в свою пустоту, — подтвердил Инк, вздохнув. Тут он не сглупил и по своей воле привел сюда Эррора, прекрасно понимая, что здесь тот ничего рушить не станет. — И ты не боишься, что я все здесь разрушу? Сломаю? Убью тебя, в конце концов? Художник лишь слабо улыбнулся, качая головой в ответ. — Согласись, что ты не в том состоянии, чтобы убить меня. — Я могу превратить это место в руины. — А я верну все на свои места. Как думаешь, есть ли смысл в том, чтобы рушить все здесь? Здесь даже почти ничего нет. Эррор замолчал, тихо хмыкнув и отводя взгляд, мысленно признавая глупость этой идеи. Неловкая пауза. — И что ты от меня хочешь? — Просто спокойствия. И…поговорить, — только успел сказать Инк, как разрушитель издал мучительный стон, так и говорящий о том, как же его все достало. Художник к этому уже привык и ожидал именно этого, потому просто повторил то, что сказал мгновение назад. — Да, Эррор. Поговорить. Не говорить о вселенных, о другом. Это уже показалось черному скелету более заманчивой мыслью, потому что он прекратил усмехаться и ворчать себе под «нос» о том, как было бы хорошо уничтожить это мерзкое местечко, лишить Инка своего дома… Поговорить. О, о чем может говорить Инк, как не о своих любимых вселенных? О том, как они важны, как прекрасны? Какую ошибку совершает Эррор, разрушая их? Почему они должны быть дружны? — о-О чем-М? — Помнишь, как было раньше? — мягко улыбнулся Инк, посмотрев на разрушителя. — Когда мы были детьми и дружили. Гуляли по разным вселенным, узнавали много нового. Какими разными бывают миры: добрыми, злыми, загадочными и мрачными, светлыми и забавными… На мгновение он замолчал, а на лице застыла все та же печальная улыбка. — Когда мы еще не начали заниматься своей…работой. — Значит, ты признаешь, что я лишь выполняю то, что должен? — Я это не то, чтобы отрицаю, но мне кажется это неправильным, — качание головой. — Ты самый настоящий идиот. От меня ты что хочешь? — бросил Эррор, кривя рот. Искренние слова Инка его нисколько не растрогали, лишь немного раздражили. Потому что тот выглядел так, словно сейчас расплачется и зальет все своими слезами. А если он разрыдается, то Эррору будь просто чертовски невыносимо слушать его нытье. Мерзкий нытик. Инк замолчал, прожигая взглядом «пол». — Просто прогуляться. Хочешь посмотреть на звезды?