Терпкий запах вишни

      Лютор вынырнула из своих раздумий, замечая на себе внимательный взгляд Дэнверс. Естественно, как только Лютор это заметила, девушка тут же перевела взгляд. И все же, она попалась. — Присаживайся. Надеюсь, мне удалось угадать с заказанной едой?! — Лютор села за стол, взглядом проследив за движениями репортера.       Они находились в малом конференц-зале, поэтому стол был небольшим. Он располагался рядом с огромным панорамным окном, которое, очевидно, было тонировано со стороны улицы, не давая наблюдать за происходящим внутри. Полезная функция.       Девушки расположились друг напротив друга, их разделяло небольшое расстояние, порядка двух мест. Стол был идеально сервирован, потому что Лютор ненавидела любые неточности. Неточности могли привести к катастрофе. — Да, вы угадали на все 100%. Я обожаю макароны с сыром и греческий салат, — Дэнверс выглядела смущенной и приятно удивленной. Брюнетке определенно нравилось это. — Давай на «ты»? — прямой вопрос. — Давай, — такой же прямой и уверенный ответ.       Они приступили к еде, некоторое время пребывая в уютном молчании, после чего Кара достала диктофон, расположив его рядом с собой, и заранее приготовленные вопросы. Ее блокнот был потертым, отчего Лене нестерпимо захотелось просмотреть его. Что там может быть? Наметки статьей? Рисунки, которые сами собой появлялись, когда интервью становилось нестерпимо скучным? Важные записи о встречах? Эти вопросы так и останутся незаданными. — Итак, интервью, — Лютор лишь кивает, заставляя Кару продолжить. — Я подготовила несколько вопросов… — Начинай. — Так. Мне все-таки придется обращаться к тебе официально, потому что это интервью под запись, — диктофон издал жалобный писк, оповещающий о начале работы. — Вы так молоды и уже владеете собственной компанией. Чему вы обязаны своим успехом? — Упорный труд и желание помогать людям — две неотъемлемые части успеха. Эта компания была основана еще при Лексе и была призвана упрощать жизни людей. Несмотря на дурную славу Лекса, деятельность L-Corp по-прежнему направлена на людей. Поначалу работать приходилось много, даже тогда, когда я только помогала Лексу. После случившегося, когда компания перешла в мои руки, пришлось много чего менять. Я буквально не спала ночами, тщательно работая с документацией. Мы сменили весь штат работников, каждый человек, работающий в L-Corp — профессионал своего дела. Наши научные сотрудники являются выходцами лучших учебных заведений мира. Мы все любим это место и делаем все, чтобы его улучшить. — Не могли бы вы поподробнее рассказать о своих последних разработках? — Кара держалась строго профессионально, лишь изредка цепляя на вилку кусочки салата. — Сейчас мы работаем над новым проектом. Это устройство, которое будет в автоматическом режиме определять степень опасности ситуации, в которую попадает человек. Оно будет портативным, мы стараемся сделать его максимально удобным, что-то вроде часов или галстука-бабочки, чтобы каждый мог носить его с собой. В дальнейшем мы надеемся передавать полученные данные Супергерл или, возможно, другим пришельцам, которые могли бы помочь тому, кто в этом действительно нуждается. — Весьма необычная технология. Надеюсь, вскоре мы увидим ее в продаже, — Кара была слегка смущена и удивлена тем, что рассказала Лютор.       Девушка никогда не задумывалась над тем, что же в действительности производит Лена. Конечно, ведь ее мысли были заняты совсем другим… — Несмотря на свою влиятельность и богатство, в сети нет информации о вашей личной жизни. Вы одиноки?       Кара прикусила губу, глядя на то, как Лютор поднимается со своего места и подходит к огромному окну, вглядываясь куда-то вдаль. «Возможно, это было грубо, Дэнверс. Тебе определенно стоит начать ДУМАТЬ, прежде чем ДЕЛАТЬ», — она разозлилась на себя, чуть сильнее сжимая в руках блокнот. — Когда ты становишься главой огромной компании, твое свободное время значительно уменьшается, — Лена выглядела серьезной, глядя на оживленный поток машин за окном. — Поначалу это было действительно нелегко, мне приходилось работать круглосуточно. Мне и по сей день иногда не хватает суток, чтобы разобраться со всеми делами. — Если свободное время все-таки есть, на что вы предпочитаете тратить его? — У меня есть много способов отдохнуть, мисс Дэнверс. Это не является проблемой, — на этих словах брюнетка развернулась, опираясь спиной на одну из перегородок между окнами. — Лилиан Лютор удочерила вас в возрасте 4 лет, — Дэнверс произнесла это с вопросительной интонацией, хотя прекрасно знала, что это является правдой. — Об этом можно узнать из официальных источников, — внимательный взгляд, от которого блондинке становиться неуютно. Этот взгляд казался слишком… интимным? — Простите. Вы и сейчас поддерживаете связь со своей семьей? — Нет, наши пути разминулись уже давно. Я уважаю их смелость принять меня в свою семью. И я, безусловно, обязана им своей жизнью. Но после всех этих событий я была вынуждена разорвать связь. Мне не нравится их выбор, я не принимаю те идеи, которыми они одержимы. Думаю, мой выбор можно понять.       Кара видела, как девушке тяжело отвечать на подобные вопросы. Она видела это по мелочам: движения стали резче и скованней, губы были поджаты, а желваки не переставали нервно дергаться. И Лена опять сделала это. Она вновь скрестила руки на груди.       Дэнверс неожиданно для себя поднялась из-за стола, подходя к огромному окну и становясь рядом с Леной. Диктофон был выключен. Кара не знала, почему именно она это сделала, ведь вопросы в ее списке еще не закончились, но… ей ведь вполне хватит этого материала, чтобы написать статью, да? Она добавит что-нибудь от себя, верно? Лена не будет против. Она, кажется, доверяла блондинке.       Между ними воцарилась тишина. Но это не было чем-то неуютным. Им не нужны были разговоры, чтобы чувствовать себя комфортно рядом. Кара совсем не заметила, как погрузилась в собственные воспоминания.       Первая встреча с Лютор, кажется, перевернула всю ее жизнь. Она была такой… завораживающей. Дэнверс никогда ничего подобного не чувствовала. Она всегда считала себя сильной, всегда знала, чего хочет и что будет делать. Она была независимой. Никто никогда не смел указывать ей, что делать, хотя многие пытались. Но Лена…       Кара впервые почувствовала себя слабой перед кем-то. После Кэт эта брюнетка оказалась первым человеком, который был настолько силен. И одинок.       Девушка ведь не была глупой. Она знала, каких жертв требует такая работа. Она знала, какие жертвы пришлось понести этой женщине из-за ее приемной семьи.       Кара впервые почувствовала потребность защитить кого-то. Защищать — инстинкт, и только рядом с Лютор этот инстинкт превратился в желание.       Она хотела, чтобы Лена была в безопасности. Она хотела, чтобы Лене было комфортно.       Однажды Кара пообещала себе больше не скрывать ничего от себя, как делала это все детство. Она больше не запирает свои желания на множество замков. Она больше не скрывает от себя правду.       Правда в том, что Кара что-то почувствовала к этой девушке. Но Кара не была уверена, что это за чувство… — Чем ты увлекаешься? Кроме, естественно, работы репортера, — вот так просто. Она хочет знать эту девушку лучше, независимо от того, как это смотрится со стороны.       Кара внезапно вырвалась из своих воспоминаний, растерянно глядя на девушку. Что ей ответить? Под таким пристальным взглядом, в котором виден был неприкрытый интерес, смешанный с чем-то покрепче, Дэнверс неосознанно поежилась. — У меня не слишком-то интересная жизнь. Не уверена, что у меня найдется хоть одно интересное занятие, о котором можно рассказать.       Лютор нахмурилась, продолжая безмолвно настаивать на своем. Она хотела знать. Она хотела услышать что-то, что поможет ей перешагнуть очень важную черту. И сейчас, скользя взглядом по идеальному телу стоящей напротив Дэнверс, это было всем, о чем она, черт возьми, мечтала. — И все же? — небольшой шаг ближе, который был незаметным. Его заметили обе. — Я люблю помогать людям… не знаю, возможно, я люблю читать. Или проводить время за написанием статьей. В этом нет ничего интересного, правда.       Смущенный и растерянный взгляд столкнулся с серьезным и изучающим. — Кара, ты можешь, пожалуйста, снять очки?       Дэнверс была удивлена этой просьбой, которая в ее голове звучала, как приказ. Она не знала, что делать, ведь она не должна была снимать очки… она вообще не должна была чувствовать себя так. Так, словно она не может не послушать Лену. Так, словно она и не хочет ослушаться. — За… зачем? — слабое сопротивление, в ответ на которое Лена едва сдерживает усмешку. — Знаешь, люди очень часто видят только то, что они хотят видеть. Никогда не замечала? — еще один небольшой шаг вперед. — Люди вообще видят лишь то, что им выгодно. То, к чему они привыкли.       Сейчас она стояла буквально вплотную к блондинке, а теплая улыбка отказывалась сходить с ее губ. Кара не сопротивлялась. Кара даже не думала о том, чтобы сделать шаг назад. Она инстинктивно выпрямилась, жадно втягивая воздух в легкие. От этой близости низ живота приятно свело, хотя девушка была уверена, что это неправильно. Или все-таки правильно? Ведь она это чувствует, верно?       Одним осторожным, мягким движением Лена снимает с простого репортера очки, осознавая, что она действительно была права. И она улыбается. Улыбается так мягко и красиво, что Кара невольно краснеет и смущенно отводит взгляд. Лютор не может отказать себе, поэтому аккуратно наклоняется ближе, наблюдая за тем, как тело блондинки напрягается. Она буквально может чувствовать напряжение, которое возникло между ними сейчас. — Тебе нужна конспирация получше, Дэнверс, — горячее дыхание обжигает нежную кожу, заставляя мурашки целым табуном сбежать вниз по спине. — Или теперь мне лучше называть тебя Супергерл?       Кара буквально едва ли может дышать. Она совсем не заметила, как затаила дыхание. Все ее нервные окончания сейчас были подобны оголенным проводам. И это дыхание на ее шее… ох. — Оставь мне список вопросов, я отвечу на оставшиеся. И спасибо, что пообедала со мной, — мягкая улыбка вновь легла на эти пухлые губы, от которых Дэнверс еле оторвала взгляд.  — Да… хорошо, мисс Лютор.