Счастье целителя

Близился сезон Голых Деревьев. В лесу становилось холоднее, с каждым днем дичи было все меньше и меньше. Племена были взволнованы, решив, что в этот раз сезон Голых Деревьев пройдет труднее, чем обычно. Грозовое племя готовилось. Как ни старались Разбитолапка с Паутинником, заранее собрать запасы не удавалось — травы быстро сгнивали в сырой пещере и становились бесполезными, потому было решено оставшиеся кустики трав не обрывать, а оставить на потом, когда они будут очень нужны. Паутинник поспешно рассказывал своей ученице то, что не успел ранее — о зеленом и белом кашле, и других болезнях, появляющихся из-за холода и голода. При очередном обходе территории в поисках полезных трав, целителям у самой границы повезло наткнуться на пару кустиков мяты, которые пришлось поспешно прикрывать большими листьями лопуха и толстыми ветками — холода были беспощадны не только к котам, но и к лекарственным травам. Воины тоже сбивались с лап: все знали, что с наступлением морозов искать дичь будет намного сложнее, и Падающая Звезда приказала охотиться как можно больше, чтобы соплеменники могли наесться и гораздо спокойнее провести непростое время. Пока воины и ученики спешно готовились, Бобролап считал, что уже почти оправился и рвался помогать друзьям. — Мне уже стало лучше, честно! — заверял он хмурого Паутинника, который в очередной раз поймал прихрамывающего ученика при побеге из палатки целителя. — Бобролап, пойми, — устало вздохнув, говорил серебристый кот, — Мы не можем рисковать твоей лапой, особенно, когда она почти зажила. Скажи спасибо Звездному племени, что твоя травма оказалась не настолько страшной, как мы считали, иначе ты мог бы остаться калекой! Разбитолапка как никто понимала решительность своего рыжего друга, но не одобряла это. Кошечка была согласна с наставником — лечение обязательно нужно довести до конца, а не загружать себя работой! В итоге, после долгих уговоров со стороны больного и его поддержки — брата с сестрой, — ученику все же разрешили выходить в лагерь и выполнять небольшие поручения воинов. Конечно, Паутинник настоял на частых и тщательных осмотрах больной лапки, а также, предупредил предводительницу, что лично будет следить за тем, чтобы Бобролап не перетруждался. Рыжий ученик, стиснув зубы, соглашался — все же, к целителю стоит прислушиваться, если не хочешь сделать себе намного хуже.

***

Иногда, чтобы отвлечься от бесконечной племенной суеты, Разбитолапка прогуливалась по лесу, вслушиваясь в тихий шелест листьев, чудом уцелевших после участившихся дождей и сильного ветра. Больше всего ей нравилось в самой дальней части территории Грозового племени. Туда мало кто забредал: все были слишком заняты, чтобы долго гулять. Разбитолапка тоже старалась изо всех сил, но Паутинник пытался как можно чаще отпускать свою ученицу прогуляться и отдохнуть от непривычной нагрузки. А чтобы не мешать добывающим еду соплеменникам, она старалась ходить подальше от лагеря. Именно там кошка случайно наткнулась на знакомое место. Та самая поляна из сна. Когда Разбитолапка увидела это наяву, то застыла на месте, пораженно оглядывая его. Маленькая пещерка, с гнездами Двуногих с одной стороны, и деревьями — с другой. Она была точно такой же, как и во сне, вот только без ярко-алых капель крови на траве и опавших листьях. Постояв так несколько мгновений, кошка развернулась и рванула в сторону лагеря. «Бежать! Скорее, скорее!» — билось в ее голове. Перед глазами снова встала картина лисы с окровавленными зубами. От ужаса Разбитолапка едва соображала, несясь в одном направлении, без разбору, перепрыгивая через кустики и врезаясь в деревья. Камни больно впивались в нежные подушечки лап, а острые ветки били по мордочке и цеплялись за шерсть. Иногда приходилось огибать большие камни, поскальзываясь на редких листьях, сырых от частых дождей. Наконец, Разбитолапка выдохнулась и остановилась, оглядываясь. Она убежала далеко от полянки, но и к лагерю не приблизилась. — Мышиный помет! — выругалась сквозь зубы ученица, — Наверное, я сбилась с пути и пошла не в ту сторону. Немного потоптавшись на месте, кошка пошла в лагерь, теперь уже двигаясь намного спокойнее. Она решила, что позже обязательно вернется на поляну, когда все обдумает и наберется смелости. Все же, ей необходимо было разобраться, кто был в этом сне и как ему помочь. Весь путь обратно Разбитолапка провела в задумчивости и волнении, не заметив, как начала бормотать что-то вслух. — И все же… — она присела, уткнувшись взглядом в землю, — Возможно, стоит рассказать об этом Паутиннику?.. Внезапно над ухом раздался знакомый голос: — Возможно, давно пора. Разбитолапка подскочила на месте, больно стукнулась об кого-то головой и тихо пискнула, подняв взгляд. Рядом с ней стоял Паутинник. Кошка попятилась. — Паутинник? Что ты здесь делаешь? — Я искал тебя по всему лесу! А потом увидел, как ты в панике бежишь от чего-то и решил проверить, — он обеспокоенно заглянул ей в глаза, — Что у тебя случилось? Кошка застыла, глядя ему в глаза. Наставник смотрел со страхом — не за себя, за нее! — и выглядел так, будто пытается заглянуть в душу или прочитать ее мысли. Даже так, Разбитолапке не хотелось отводить взгляд. Кот моргнул и наваждение пропало. Маленькая целительница опустила голову. — Я жду, Разбитолапка, — нахмурившись, Паутинник остановил уже попытавшуюся, как обычно, отшутиться, ученицу. Та вздохнула. — Ладно…

***

— И вот, я наткнулась на то самое место… — Разбитолапка, раздвигая плечами кусты, провела за собой Паутинника. «И снова я здесь» — в мыслях буркнула она. Паутинник медленно обошел полянку, заглянул в пещеру и зачем-то полазил в кустах. Встал рядом с ученицей и оглядел все полностью. Вздохнул. — Так что ты думаешь насчет всего этого? — спросила Разбитолапка. — Понятия не имею, — озадаченно ответил он, — Понимаешь, в чем тут дело… За всю жизнь я только дважды получал знаки от Звездного племени, и могу сказать, что вот так прямо они мне ничего не говорили. А тебе сразу все показали, даже в подробностях, — наставник с жалостью посмотрел на нее, — Бедняжка, тебе еще рано видеть что-то подобное. Разбитолапка поежилась. — Ничего, я уже почти привыкла, — немного помолчала и продолжила, — Так, э-э, если мы точно ничего не знаем, что будем делать с этим? В смысле, мы ведь должны рассказать об этом Падающей Звезде? — Не думаю, — покачал головой Паутинник, — Сейчас нам это ничего не даст, только заставит всех паниковать. Племя и так очень напряжено в последнее время… Разбитолапка облегченно выдохнула. Разговаривать с Падающей Звездой не хотелось. Да, она прекрасный предводитель, но ученице рядом с ней как-то неспокойно — слишком у взрослой кошки был холодный, равнодушный взгляд. Это очень пугало. — Значит… Мы не будем ничего предпринимать? — в любом случае, бездействие молодой целительнице тоже не очень нравилось. Особенно, если под угрозой жизнь неизвестного кота, который за это время уже успел стать каким-то родным, что ли. Невозможно не привязаться к существу, если видишь его каждый раз в своих снах, когда посещаешь Лунное озеро, а после — несколько дней о нем думаешь. — Нет, оставлять это без внимания тоже нельзя. Давай сделаем так: внимательно следим за новостями о новых котах или котах другого племени, которые появлялись на нашей территории. И еще, постараемся почаще приходить сюда и проверять, все ли в порядке, — Паутинник осекся и посмотрел на ученицу, — Если хочешь, я могу сам сюда ходить, тебе наверняка будет страшно, после того, что ты видела. Мне совсем не трудно. У Разбитолапки потеплело в груди. Он такой… Надежный и заботливый! Рядом с ним становилось так спокойно и уютно. Ей никогда не надоест восхищаться своим наставником! Оторвавшись от своих мыслей и поняв, что он ждет ответа, ученица поспешно помотала головой. — Нет-нет, все в порядке, уверяю! Я уже привыкла, — отправлять сюда Паутинника одного? Ну уж нет, не дождетесь! — Да и вообще… Мне кажется, что с тобой будет совсем не страшно! — Ну, раз ты так уверена… — целитель поднял мордочку к темнеющему небу, — Уже поздно. Идем домой? — Да, — кошечка с удовольствием зажмурилась и кивнула, — Идем домой. Целители переглянулись, и, улыбаясь, пошли в сторону лагеря.