Тайное становится явным.

- Как вы догадались, что мы встречаемся? Этот вопрос очень интересовал Эмму и Регину. Мэри-Маргарет и Дэвид хитро улыбались и переглядывались друг с другом. Все четверо сидели за одним столом на кухне Бланшар. Генри был в школе, а маленький Нил крепко спал в своей кроватке. - Мы больше года скрывали свои отношения, – добавила Миллс к вопросу Эммы. – Разве вам не обидно? - Да, вы ни словом не обмолвились о своем романе, – ответила Снежка и сложила руки на груди. – И хорошо играли свои роли, но всякая игра не проходит без промахов. - Пару ошибок вы совершили, – добавил Нолан. - И какие же? – съязвила Регина, недовольно покосившись на блондинку. Она была уверена, что прокололась именно она. - На Дне Рождении Эммы вы ушли вместе, – вспомнила Белоснежка. – Я заметила, что моя дочь едва не разругалась с Робином, а потом увела тебя куда-то. Я последовала за вами, и увидела как вы целуетесь у запасного выхода. Эмма густо покраснела и отвела глаза в сторону. Регина от удивления открыла рот и не знала, что сказать в оправдание. Нолан понимающе хмыкнул и похлопал дочь по плечу и подмигнул Миллс. - Я была в таком же шоке, как вы сейчас, – фыркнула Мэри-Маргарет. – Но еще больше меня поразило то, что Руби была в курсе ваших отношений, и даже словом не обмолвилась, а посплетничать она любит. - Руби когда догадалась, пообещала молчать, – пояснила Свон, избегая смотреть матери в глаза. – Она понимала наше положение. - Дружба с Эммой для нее оказалось важнее, чем распространение сплетен, – добавила мадам мэр, с вызовом глядя на бывшую падчерицу. – Тебя задевает, что мисс Лукас молчала? - Обиднее было, что молчала моя собственная дочь, – ответила Белоснежка и посмотрела на Эмму. – Я думала, ты доверяешь нам, своим родителям. - Мы, конечно, не ожидали между вами романтических отношений, – вставил лепту Прекрасный. – И были шокированы открытием, но мы бы поняли и приняли ваши чувства друг к другу. К тому же, Эмма не каждому дарит дорогие подарки, Регина. - О чем ты? – нахмурилась Миллс. - Твое кольцо, – хмыкнул Дэвид, указывая пальцем на кольцо. – Я не поверил, что ты сама его купила. Это подарок Эммы, верно? И я рад, что у моей дочери отличный вкус. - Спасибо, пап, – пробубнила Свон, продолжая краснеть от смущения. – И простите, что не сказали правду раньше. Раз вы догадались, почему молчали? - Мы наблюдали, чтобы убедиться в своей правоте, – ответил Нолан. – Мы думали, что наши догадки неверны. - Да, – кинула Снежка. – Мы не хотели ставить вас обеих в неловкое положение. Но я стала замечать, что Эмма реже стала ночевать дома, особенно, когда Генри приходил к нам в гости. Мне казалось это странным, ведь она могла проводить время с сыном. - Знаешь, со стороны твои слова звучат как-то обвинительно, – проворчала Эмма. – Как будто я вообще не общаюсь с Генри и всячески его избегаю. Но это не так! - Успокойся, – попросила Миллс, взяв Свон за руку. – Не кипятись. Твоя мама ни в чем тебя не обвиняет. - Прости, я не хотела тебя обидеть, – виновато улыбнулась Мэри-Маргарет. – Я неправильно высказалась. - Но смысл тот же, – не унималась блондинка. – Я тебя поняла, мама. Это был мой косяк, что я плохая мать. - Давайте не будем ссориться, – попросил Нолан, чувствуя накаляющую обстановку. – Генри не так часто у нас ночевал, поэтому тут нет ничего плохого. Эмма, ты замечательная мама, и Генри тебя любит. - Он прав, – поддержала его Регина. – Ты много времени проводишь с Генри. И поверь, я лучше всех знаю, как сильно ты любишь нашего сына. Слова Миллс успокоили Эмму. Злость и обида на Мэри-Маргарет отошли на второй план. Эмма вспылила, ведь слова матери, пусть не специально, но больно задели ее за живое. Сам Генри никогда не обижался, когда родная мать не могла провести с ним вечер. Он спокойно относился к ее ночным дежурствам на работе и с удовольствием проводил время с бабушкой и дедушкой. - И очень сложно было не заметить, как вы смотрите друг на друга, – добавил Нолан в попытке вернуть беседу в прежнее русло. – С теплотой, с нежностью и любовью. Это нельзя спрятать, как бы не старался. Я не особо наблюдателен, но даже я был ослеплен вашим внутренним светом. - А радугу над нашими головами не видел? – съязвила Миллс, смущенно фыркнув. Нолан рассмеялся, остальные его не поддержали. Снова возникло неловкое молчание. Эмма молчала, как и Мэри-Маргарет. Регина переводила встревоженный взгляд с мрачной блондинки на ее мать. Мэри-Маргарет напоминала провинившегося ребенка, готового разреветься. Мадам мэр знала характер обеих женщин. Она поняла, что матери и дочери нужно поговорить наедине и все высказать друг другу. - Дэвид, нам лучше оставить их наедине, – сказала Регина. Эмма вздрогнула и вопросительно посмотрела на свою девушку. Нолан согласно кивнул и встал из-за стола. Свон хотела было возразить, но стальной голос любимой остановил ее: - Вы остаетесь здесь. Обе. - Мы потом все обсудим, – добавил Чарминг. – Снежка, ты сможешь все объяснить Эмме. Эмма, пожалуйста, выслушай ее. Мне жаль, что вы недопоняли друг друга. - Идем, – сказала Миллс и покинула кухню вместе с Дэвидом. – Я не удивлена, что Снежка ляпнула такую глупость. - Оставим их наедине, – произнес Нолан. – Может, обсудим некоторые рабочие вопросы? - Давай, – согласилась Миллс. – Это лучше, чем просто ждать неизвестности. *** - Знаешь, когда я еще носила тебя под своим сердцем, – начала разговор Снежка после долгого молчания. Тишина давила на нее. – Я мечтала, чтобы ты встретила настоящую любовь. Мне хотелось, чтобы ты встретила достойного и заботливого человека, как твой отец. Чтобы тебя защищали, оберегали и любили от всего сердца. Я не ожидала, что этим человеком станет Регина. - Но именно с ней я и счастлива, – нехотя ответила Эмма, слушая мать. – Она лучшее, что случилось в моей жизни. - Я вижу, – Мэри-Маргарет вымученно и грустно улыбнулась. – В это было трудно поверить в первое время. Я знала, что она изменилась, благодаря тебе и Генри. Вы верили в нее, не считали злодейкой, как остальные. Благодаря вам, она стала той, кем была когда-то: доброй и самоотверженной женщиной. Любовь всегда творит чудеса, даже когда в это не веришь. - Ты осуждаешь мой выбор? – прямо спросила Эмма, глядя в глаза матери. – Ответь честно. Я все равно почувствую твою ложь. - Я никогда не осуждала твой выбор, – честно ответила Снежка. – Я видела, что тебе был безразличен Киллиан. Я не скрою, что была рада, что ты выбрала не его. На него нельзя положиться, и ты была бы несчастлива с ним. Знаешь, какой бы холодной и безразличной не казалась Регина при посторонних, в кругу семьи она самый трепетный, заботливый и надежный человек. Я рада, что мы с ней больше не враги, что ее ненависть отступила. Твоя любовь исцелила ее, залечила старые раны. Я вверяю Регине самое дорогое, что у меня есть – тебя, Эмма. Я желаю вам обеим счастья. Вы это заслужили после всего того, что пережили. И прости меня за необдуманные слова. Я не хотела тебя обидеть, даже мысли такой не было! - Возможно, я не права была. Свон виновато посмотрела на мать. Ее слова приятно тронули сердце дочери. Эмма чувствовала, что Снежка говорила от чистого сердца, не врала. Она была рада, что мама приняла ее выбор и не устроила скандал или истерику. Но слова, касательно Генри, все еще жгли сердце. - Когда я упомянула Генри, я неправильно высказала мысли, – добавила Бланшар. – Я знаю, что ты любишь Генри. Просто я заметила, что ты редко стала ночевать дома. И Генри тут вовсе не при чем! Я не считаю, что работа важнее сына. Даже когда Генри не ночевал у нас, ты часто пропадала ночью. Работа была твоей отмазкой в те дни, когда ты встречалась с Региной. Когда ты возвращалась домой, твоя одежда пахла ее духами. - Что? – растерялась Спасительница. – Духами? - Да, именно так, – хихикнула Белоснежка, глядя на растерянную дочь. – Я понимала, что вам хотелось провести время вдвоем, и вы ловили каждый удобный момент для этого. Вы подстраивались друг под друга. И знаешь, когда я видела вас втроем: тебя, Регину и Генри, вы были прям как семья. Вы были похожи на супружескую пару, которая вместе уже долгое время. Генри дополнял вас, делал вас единым целым. - Как бы мы не старались скрывать чувства, получалось все наоборот, – сделала вывод Эмма. – Один промах за другим. - Если не особо вглядываться, то было не особо заметно, что вы влюблены и тайно встречаетесь, – фыркнула Снежка. – Если бы я не увидела ваш поцелуй, то даже не догадалась бы о твоем романе с Региной. Это был ваш огромный и главный промах. Скажи, что вы теперь будете делать? - Прятаться больше нет смысла, – улыбнулась Эмма. Обида прошла, забылась. Мама сумела все ей объяснить. – Мы больше не боимся вашей реакции. Теперь все встало на свои места, от этого стало намного легче. - А ты думала о будущем? – с хитрой улыбкой спросила Снежка. - Что ты имеешь в виду? – не поняла Свон. - Может, я лезу не в свое дело, но какие у тебя намерения, касательно Регины? – спросила Бланшар с прищуренными глазами. – Я человек старых нравов, поэтому беспокоюсь о вашей репутации. - У меня серьезные намерения, – ответила шериф, поняв тонкий намек матери. – Я собираюсь жениться на Регине. Это пока секрет, даже Руби об этом не знает. Ты первая, кому я это сообщаю. - Я буду молчать, – Снежка была счастлива. Она встала и крепко обняла взрослую дочь. – А ты не затягивай с предложением. - Не беги впереди паровоза, – посоветовала Эмма. – Я не хочу спугнуть Регину. Когда придет время, она обязательно станет моей женой. - А мое согласие спросить не хочешь? Эмма застыла на месте, когда услышала за спиной ехидный голос Миллс. Она нервно сглотнула и повернулась к любимой. Снежка хитро улыбнулась и поспешила оставить их наедине. - Не так я представляла наш разговор, – произнесла шокированная Спасительница. – Я даже кольцо еще не успела тебе купить! - А это не считается? – спросила Миллс, подняв руку, на котором красовалось золотое кольцо с рубинами. - Нет! - покачала головой Эмма. – Это кольцо в честь нашей годовщины, а для предложения по традиции нужно обручальное. - Мне не нужно кольцо, – прошептала Регина, когда крепко прижалась к груди блондинки. – Я хочу услышать лишь один вопрос. Регина не думала возвращаться в квартиру, но любопытство было сильнее. Она переживала за Эмму и хотела посмотреть, как продвигается разговор. Но то, что она услышала, заставило ее остаться. Сердце радостно стучалось, когда Свон заявила о своих намерениях. Это сделало женщину счастливой, как никогда. Сейчас Миллс хотела услышать заветный вопрос, чтобы дать свой положительный ответ. - Я люблю тебя, Регина Миллс, – с нежной улыбкой заявила Эмма, глядя в бездонные карие глаза. – Ты делаешь мою жизнь более яркой, в ней появился смысл. Рядом с тобой я хочу просыпаться каждое утро и засыпать каждую ночь. Ты являешься неотъемлемой частью моей души, и я хочу, чтобы так было всегда. Я хочу разделить с тобой радости и печали, трудности и невзгоды. Пожалуйста, будь моей женой. Ты согласна? - Я никогда не думала, что найду счастье, что снова полюблю, – призналась королева. – И что моей избранницей станет дочь заклятых врагов. Знай я об этом раньше, что просто посмеялась бы. Но чем больше я узнавала тебя, тем сильнее влюблялась. Благодаря тебе, я снова стала живой и научилась радоваться жизни. Каждый день был наполнен счастьем, и я не хочу этого терять. Ты, как ураган, ворвалась в мой город и навсегда осталась в моем сердце. Я люблю тебя, Эмма Свон. Я согласна стать твоей женой. Сердце Эммы едва не выпрыгнуло из груди от осознания ответа. Регина согласилась стать ее женой! Счастье переполняло Свон. Она была готова кричать на весь мир о своей любви к этой сильной женщине. Эмма подалась вперед, соединяя губы в нежном поцелуе. Регина теснее прижалась к невесте, углубляя поцелуй. Неважно, что где-то недалеко Мэри-Маргарет. Значение имеет лишь счастье, которое Регина обрела, благодаря любви Эммы. У нее появилось будущее, семья, смысл жизни. Больше она не одна, уже не одна. Эмма заполнила пустоту в душе бывшей Злой королевы. Спасительница, что должна была уничтожить зло, спасла не только героев, но и саму злодейку. Любовь воистину умеет творить чудеса.