Болен душой

Оказалось, Майкрофт очень любит собак. Джон сказал, что это, наверное, у Холмсов семейное. Он даже пару раз выводил Рика на прогулку и вызывал вертолеты, чтобы они, внимание, "немедленно купили маленькому пушистому комочку корм". Услышав приказ, изложенный в такой форме, Грэг таки прыснул со смеху. Джон сразу догадался обо всем, что творится в душе у полицейского. "С ними, с Холмсами, всегда так, ничего они не понимают!" – сказал он. С тех пор они стали чуть ли не лучшими друзьями и, прямо как подружки, время от времени собирались и сплетничали, советовались. Возможно, это было странно, но порой действительно помогало. Оказывается, Холмсы похожи друг на друга больше, чем сами считают. Но Лестрейд всё же решил проконсультироваться со специалистом по поводу приступа Майкрофта – беспокоился. Однако, какого же было его удивление, когда оказалось, что приступа после начала приёма новых препаратов не может быть как такового. Тут и Шерлоком Холмсом быть не надо, чтобы понять, что произошло. Джон с Грэгом вместе сами догадались, по такому вопросу они срочно условились о встрече: — И что они говорят? — Что у него в принципе не могло быть приступа. – ответил полицейский, все еще не понимая, что могло произойти. Может, исключение? Ватсон нахмурился, видимо, в его голове происходил сложный мыслительный процесс, после чего выдал: — Шерлок однажды рассказывал мне, что Майкрофт в юности участвовал в театральных постановках. – Грэг понял намёк: — Ты думаешь?.. — Да. Он притворился больным. Достаточно было одного раза. – уверенно произнес Джон. — Но зачем ему это? – удивленно и неверяще спросил Лестрейд. Доктор сделал паузу прежде чем ответить. — А ты возьми, и спроси у него. – затем, понизив голос. – Причем, сначала возьми, а потом уже спроси. — Джон! – засмеялся Грег, покраснев то ли от смеха, то ли от вышесказанного. – Я тогда побежал? Джон кивнул и крикнул ему вслед, когда он уже был у двери выхода из кафе: — Лети, лети на крыльях любви! Всё кафе покатилось со смеху, а до предела смущённый Лестрейд побежал прочь. Конечно, он не обиделся – он в принципе старался не держать ни на кого из своих знакомых зла. К тому же, сейчас было явно не до этого.

***

— Майкрофт. Тишина послужила ему ответом. Вышеупомянутый, не обратив никакого внимания на говорившего, продолжил лежать на боку и не спеша попивать кофе – крепкий аромат разлетался по всей комнате. Грег не нашёл в себе силы быть жёстче и конкретнее. Даже напомнить Холмсу, что ему не следовало бы сейчас пить кофе. И вообще, во многих статьях пишется, что кофе в принципе вредно... — Ты так и будешь стоять? – Майкрофт выжидающе смотрел на него. А чего он ждал? Оправданий? Может, доклада? Доклада о всех мыслях, или что? — Нам нужно серьёзно поговорить. – выдавил Грег из себя. — Подойди ближе. – просто сказал Холмс, поставив свой кофе на прикроватную тумбочку. Лестрейд, в свою очередь, подошёл и сел на кровать рядом с Майкрофтом. – О чем ты хочешь поговорить? — Мне нужна правда. – твёрдо сказал Грег. Возможно, слишком уж твёрдо, учитывая то, как дрогнула скула собеседника. – Врачи сказали, что у тебя больше не может быть приступов. К тому же, ты не должен помнить, когда они происходят. Только если ты не... — ...Не притворяюсь? Ты это хотел сказать?! – внезапно вспылил Майкрофт. – Да, так и есть! Я симулировал! — Но... Зачем? – удивлённо спросил Грег. — Сам не догадываешься? – лишь на миг задержав взгляд на полицейском, Холмс отвернулся. Откуда он может знать? Тем не менее, Лестрейд задумался. Судя по настрою Майкрофта, объяснять ничего он не собирался. Или это должно быть очевидно? Не сразу, но до Грега наконец дошло и он неуверенно спросил: — Ты... Ты что, хотел, чтобы я остался? — Поздравляю, Шерлок Холмс! – из уст брата упомянутого это звучало как-то комично. – А теперь можешь проваливать. Твоя карма и совесть чиста. — А если я не хочу никуда уходить? – Грег коснулся плеча Холмса, который сейчас походил на морского ежа – надувшийся и весьма колючий. – Если я хочу остаться по той же причине, что и ты хотел, чтобы я остался? — И по какой же? – между его бровей залегла складка и он обернулся к Лестейду. — Мм... А сам не догадываешься?

***

Приятный звонок в дверь – его сменили совсем недавно с того, что так раздражительно звенел. Дверь со скрипом отворяется и в дом вваливаются Шерлок и Джон – растрепанные, все в снегу, но невероятно счастливые. — С Рождеством! – бросается Джон обнимать Грега, которого одновременно и не прельщала перспектива оказаться в снегу и ему было в данном случае все равно. — Вот. – протянул Шерлок большой и яркий пакет Грегу. Тот хотел было в него заглянуть, но Холмс прикрикнул. – До Рождества не открывать! Все засмеялись, а Джон добавил: — Мы изначально хотели подарить вам с Майкрофтом кое-что другое, но такой подарок нам самим так понравился, что мы решили оставить его себе. — Проходите уже. – сказал Лестрейд, хихикая. – Снимайте обувь, а то я подумаю, что вы собираетесь сбежать в любой момент. Вскоре все трое прошли в гостиную, где стояла пока не украшенная ёлка. На столе красовался свежеиспеченный пирог и салат. — Все подарки под ёлку! – скомандовал Джон, подражая голосу строгого офицера. — Гениальная идея – сначала класть подарки под ёлку, а потом наряжать её, причём, все это за час до наступления непосредственно Нового года. – вставил свои пять копеек Шерлок. Грег достал коробку с шариками и гирляндами и они начали украшать ёлку, наплевав на всякую симметрию и расположившись с разных сторон. Так, треть ёлки была относительно нормальная, на другой расстояние между шариками можно было измерить линейкой и обнаружить, что оно всегда одно и то же, а на третей было множество гирлянд. Шерлок почти сразу же поинтересовался, где прохлаждается его брат, на что Лестрейд ответил, что его задерживают на работе и он просил начинать без него. — Надеюсь, он хоть успеет к двенадцати. – грустно икнул Грег после пары бокалов шампанского. — Да, потому что в двенадцать карета превратится в тыкву! – заявил не на шутку разбушевавшийся Шерлок, оккупировавший, к слову, бутылку вина. — Шерлок! – воскликнул Джон, пытаясь отобрать у мужа бутылку. — Ну а что? Уверен, Грег это и имел в виду! — Ты только когда пьян, помнишь моё имя! Примерно в этот момент, дверь распахнулась и на пороге оказался Майкрофт в шапке Санты Клауса и с бородой. В руках он держал множество аккуратно завернутых подарков. Увидеть полупьяных и дерущихся за бутылку брата, Ватсона и собственного мужа он явно не ожидал. В этот момент часы и начали бить двенадцать. А Майкрофт Холмс понял, что хотел бы проводить именно так каждое следующее Рождество. Не так уж и много нужно для счастья, и сейчас Майкрофт Холмс определенно счастлив.