Единственная ошибка

— Да, мам, я всё прекрасно поняла, — сказала девушка с пронзительными серыми глазами. — Ничего ты не поняла! То, что ты собираешься в Англию, — это ошибка, которой я не позволю случиться, — повысив голос, сказала женщина с кудрявыми каштановыми волосами и карими глазами. — Почему это ошибка?! Нет уж, я не намерена лишаться такой возможности в развитии только потому, что ты боишься, что твой муж узнает о моем существовании. И вообще, мне уже 18 лет, я самостоятельная девушка, ведь это ты прекрасно научила меня быть независимой, — зло выговорила она. — Тати, ты всё ещё моя дочь. Возможно твоим воспитанием и занималась тётя, но ты — моя дочь.       «Тати, ну почему ты все никак не можешь понять, что это для твоего же блага, что именно поэтому тебе нельзя в Англию? Там ты можешь встретить своего отца или его родственников, и тогда случится непоправимое: все узнают о тебе. Тогда уже разрушится не только моя семья, но и, возможно, твоя жизнь. Для тебя уж лучше быть маглороджённой, чем бастардом-полукровкой. Я буду молчать до последнего, потому что уверена, что лучше тебе не знать, кто твой отец» — такими мыслями была наполнена голова Гермионы, когда она говорила со своей младшей дочерью. — Мам, я туда поеду и точка. Я увижу своих брата и сестру, но обещаю, о том, кем я им прихожусь, они не узнают. Ты можешь остаться, мне тебя не хватает, — сказала девушка, обняв свою мать.       Гермиона с радостью осталась со своей дочерью, но так и не задержалась во Франции: ей пришлось поторопиться в Англию, к своей семье и мужу, который столь черств и холоден с ней. — Милая, я не могу надолго оставаться, мне и так в последнее время часто доводилось мотаться сюда. У Рона могут возникнуть ненужные вопросы. Прости меня.

***

Flashback (почти 19 лет назад)

      В кабинете врача сидела девушка лет 25-30 и, слегка дрожа от волнения, слушала колмедика. — Миссис Уизли, могу вас обрадовать. Ваше самочувствие ухудшается не из-за болезни, а из-за того, что вы беременны. — Какой срок? — Пять недель. Поздравляю вас, через 8 месяцев, вы подарите своему мужу малыша, — с улыбкой проговорила женщина.       Лицо молодой женщины, что сидела в кресле, побледнело. — Срок точный? — Да.       «Нет, только не это. Этот ребенок точно не от Рона, а это значит, что отец Малфой. Что делать, что делать?! Надо стереть память колмедику!»       Гермиона поднялась с кресла, выхватила палочку из кармана мантии, и, направив её на колмедика, произнесла стирающее заклятие: «Обливиэйт!».       Она направилась к единственному человеку, который мог помочь в данной ситуации: к её тете Элен Литье. Сестра матери всегда помогала Гермионе и не осудила бы её за измену мужу, поскольку была глубоко убежденной феминисткой, что, впрочем, не мешало ей быть замужем «счастливые» пять раз. Элен всегда была весела и разговорчива, но только ее близкие люди знали то, что в душе она хранит печаль о том, что так и не смогла стать матерью.

КОНЕЦ Flashback