Единственная ошибка

      «Думали ли вы когда-нибудь о том, как сложно лгать своим родным? Уверена, что вы об этом думали. Возможно, хоть один раз, но думали, а я думаю об этом уже почти девятнадцать лет. Каждый день просыпаюсь и говорю своему мужу: „Доброе утро“, и целую его. Я вру не только родным, но и себе в этот момент.         Нет, вы не подумайте, что я нашла себе любовника, это не так, всё намного сложнее. Я живу, зная о том, что мой муж мне изменяет, но не говорю ему ни слова и не скажу никогда. Меня терзают мои демоны, что имеют глубокие серые глаза.         Если бы меня сейчас распределяли в Хогвартсе, то шляпа наверняка отправила меня на Слизерин, так как я потеряла всю свою смелость, что у меня была, зато научилась плести сети лжи.         Надеюсь, Рон не проявит чудеса смекалки и не увидит в Тати черт Малфоев, хотя о чем это я, ему глубоко всё равно на моих родственников», — думала о будущей встрече Гермиона после разговора с матерью.       С таких мыслей началось утро Гермионы Грейнджер-Уизли. Рон вчера вечером не появился ночевать, сославшись на занятость в Аврорате. Гермиона сделала вид, что поверила, как и много раз до этого, но, когда он вернулся, утром она почуяла тонкий запах цветочных духов. Она никогда такими не пользовалась, как и Роза, но для неё привычнее просто промолчать и ответить на поцелуй мужа. — Милый, я приготовила овсянку и кофе, иди завтракать, — выкрикнула Гермиона, чтобы муж услышал её на втором этаже.       Роза уже спускалась по лестнице, Хьюго возился в своей комнате — обычное утро, одно из многих. Женщина решила отвлечься разговором с дочерью и поэтому обратилась к ней: — Роза, как у тебя дела? — Хорошо, мам. Несколько дней назад познакомилась со всеми, так называемыми, помощниками на турнире, — выпив сока, сказала девушка, посмотрев на свою мать. — Ну, и как они тебе? — Представители Дурсманга – чистокровные с суровыми нравами и пакостными характерами. Сразу показали, что настроены показать себя с наилучшей стороны. — Что и стояло ожидать, а как Шамбтон? — О, там все интересней. Одна из представительниц школы маглородженная по имени Тати, причём единственная из всех нас. Как раз на ней Дурсмангцы и показали свой нрав, но она удивила тем, что сразу предупредила о том, что все конфликты будет решать на магических дуэлях. Еще две девушки тоже незаурядные личности: некая Даниэла, явно фанатка квиддвича (и не только, но об этом вы узнаете попозже), и Лонрентайн, которая явно очень умна и начитана, тоже очень интересная личность.       «И это спокойное поведение, не привлекающее внимания. Ах, Тати, что тебе не понравилось в этих парнях, раз ты повела себя так опрометчиво? Нужно поговорить на днях с моей нерадивой младшей доченькой», — задумалась над словами дочери Гермиона, уйдя глубоко в себя, поэтому и не сразу услышала оклик Розы: — Мам. — Да, Роза. Я тебя слушаю, милая, — улыбнувшись, сказала женщина, выходя из своих тяжких мыслей и обращая внимание на свою старшую дочь. — Как дела на роботе? — Все вполне обычно Отдел Исполнения Магических Наказаний стоит на месте и плодотворно работает, благодаря моему четкому контролю.       Мистер Уизли спустился на завтрак, поцеловал жену и дочку, сел за стол, и как всегда набросился на еду. С набитым ртом он спросил: — А, где это Хьюго? — Он наверху что-то возится, — ответила Гермиона. — Хьюго, иди завтракать! Услышав крик матери, парень спустился к семье. — Доброе утро! — Доброе. Хью, ты чего там застрял? — спросила Роза, внимательно посмотрев на брата. — Досматривал сны, а что? — Ну, что это вы начинаете уже с утра. Давайте спокойно позавтракаем, — посмотрев на нерадивых детей, сказала миссис Грейнджер-Уизли.       « Наверное, сейчас лучшее время сказать о поездке к моим родителям. Да и Рон не скажет о своей загруженности на роботе, я заранее его предупредила, ему не отвертеться», — раздумывала мать семейства. — У меня для вас новость. Через одни выходные мы все вместе отправимся к моим родителям на семейный ужин. К моей матери приехала сестра с дочерью, и мать пригласила нас с ними познакомиться. — Что? Почему я никогда о них не слышал? — Рон, иногда нужно внимательнее меня слушать и чаще появляться дома, — немного вспылив, сказала жёстко женщина. — Они приехали из Франции. Тетушку зовут Элеонора Лямитье, а её дочь Тати. — Что? Мам, выходит, та девушка, о которой я тебе говорила, приходится мне… — Двоюродной тетей. — Я в шоке, но она же младше меня. Сколько ей там? — Скоро исполнится восемнадцать. — Роз, о ком это вы? — спросил Хьюго, оторвавшись от тарелки с овсянкой. — Об одной из представительниц Шамбтона, с которыми я вместе буду организовывать турнир. — Круто! Мы познакомимся с родственниками, что тут плохого, что она твоя родственница? — Ничего. Все нормально, просто я немного шокирована. — Так, все, прекращаем разговоры. Давайте кушать, об этом позже поговорим.       «Да, эмоциональный диапазон как у инфузории туфельки. Надо же, я ещё о чем-то волновалась. Рон даже и слова не сказал об этом». — Рон, ты будешь свободен тогда? — Не знаю, наверное, да, — ответил мужчина, посмотрев на жену, которая проявила настойчивость, столь не свойственную ей в последнее время. — Милый, уж постарайся. Ты и так часто пропускаешь такие семейные встречи с моими родителями. — Хорошо. Дорогая, мне нужно уже собираться на роботу. Пока, удачного дня. — Да, дорогой.       Попрощавшись с мужем, Гермиона убрала со стола и сама начала собираться на роботу. Дети тоже отправились по своим делам. Обычное утро, как и многие другие.