сплетни .

Тэхён тяжело вздыхает, когда Чонгук пишет купить чипсы и презервативы. - Сегодня.. - Суббота. Чонгук выглядит по-другому, по сравнению с другими днями, но эта разница настолько же неуловима, насколько привычна. Тэхён косится на соседнюю дверь, где обитает Чимин, на которого однажды свалилась необходимость присматривать за Чонгуком. Не то чтобы Чимин отлично справился, но Чонгуку было уже пятнадцать, и он был уже охуевшим. Чонгук странно хмыкает, затаскивает Тэхёна в квартиру и говорит: - Чимин слегка занят. Сокджином. Тэхён закатывает глаза на всё сразу, но в первую очередь потому, что Чимин снова и снова прыгает на одни и те же грабли. Единственным источником света в комнате служит плазма с поставленной на паузу игрой, и Тэхён бы посмеялся, но ему откровенно не до этого. Чонгук затыкает его рот своим и крепко держит за запястья. Тэхён закутывается в одеяло и прямо так выползает на балкон, в ночную прохладу. Он думает, что впору задаться вопросами экзистенциального кризиса, которого, у него, к сожалению нет. Но вот о том, что Чонгуку пора завести мужика, который будет знать, где эта мелюзга живёт, Тэхён как раз думает. О примыкающем балконе и том, что за ним, в квартире его лучшего друга - нет. Чонгук успевает сходить в душ и напялить на себя трусы и майку и только спустя минут десять присоединиться к нему. Чонгук наваливается на сидящего, укутавшись в одеяло, Тэхёна сзади. - Хоть бы трусы надел, жопу застудишь. Тэхёна сгибает под тяжестью не в меру взрослой туши, но он не может не съязвить. - Вероятность застудить здесь жопу такая же, как получить после тебя геморрой. Нулевая. Чонгук мстительно тычет пальцами ему под рёбра. Тэхён слышит скрип балконной двери и пихает Чонгука локтем, чтобы поднять голову. Его губы деревенеют в широкой улыбке, и он про себя называет эту неделю неделей столкновений. У Сокджина такое лицо, как будто его огрели чем-то тяжёлым. Тэхён думает о том, что за последние три года их беготни с Чимином друг от друга и обратно Сокджин был в этой самой квартире раз пять от силы. Тэхёну хочется рассмеяться. - Привет, хён. Тэхён испытывает мимолётное злорадство. А Чонгук за спиной молчит. Тэхён поднимается на ноги, нисколько не стесняясь распахнувшегося одеяла. Он прекрасно знает, что рядом с Сокджином у него нет шансов. Ни перед Чимином, ни перед Чонгуком. Но злое удовлетворение от победы хоть в чём-то всё равно греет душу. Чонгук остаётся на балконе. Возможно, они с Сокджином о чём-то говорят (и снова только оставшись без свидетелей), но Тэхён не знает точно, может, они молчали всё то время, пока он не вернулся проверить, не помер ли там Чонгук. Тэхён берётся за ручку, но не решается повернуть; Чонгук за стеклом поднимается так, словно не сидел всё это время в одной и той же позе. Тэхён мельком думает, что заебался уже за этими двоими (троими, но Чимина нет в поле его зрения) безмолвно наблюдать. Чонгук наклоняется вперёд, упирается руками в перила чужого балкона, тесно примыкающего к его. Тэхён вытягивает шею невольно, чтобы не упустить ничего в своём подглядывании. Он поджимает губы и молится, чтобы Чимин был где-нибудь далеко в квартире. Потому что Чимин не заслужил видеть, как Чонгук целует Сокджина, перегнувшись через перила обоих балконов. Тэхён отпрянывает назад, от застеклённой двери, ощущая себя слишком причастным, словно это он виноват в этом всём. Тэхён пишет Чимину в какао: "Как дела?" - и думает, что Сокджин определённо мудак и заслужил угодить в сети распутной малолетки.