Обряд

      Дрогнула в тумане первая струна колдовского инструмента. До нее тихо было все вокруг. Низко висело небо, гуляли в нем облака, гонимые ветром, как горький черный дым, как рваные зловещие тени летели они, пересекая огромные пространства пустошей. Зеленые травы смирно стояли, утяжеленные холодной влагой, ни одна птица не пищала в серых предрассветных сумерках.       Дрогнула, вторя первой струне, вторая. Насторожилось все сущее, сгустился прозрачный мрак. Дребезжа, натянуто, напряглась третья металлическая нить и соскочила, противостоя своей вибрацией самой природе. Поддалась Мать всего живого, отступила, чтобы издали наблюдать над вершащимся.       И полились звуки, вкрадчивые колебания самого воздуха звучат то разрозненно, то сгущаются в короткий, но мелодичный виток. Далеко, во все стороны разлетается хрустальная мелодия, жестокие медные звуки.       Завороженно слушают травы, холодная земля, воздух, околдовал их волшебный инструмент, и они почтенно подчинились.       Тяжелым песчаным грузилом ударили по ритуальному барабану. Зазвучало, ответило обтянутое животной кожей дерево: разнесся гулкий, глухой удар до самых облаков, хмурые холмы отразили этот звук.       Ступила босая дева на холодные травы. Тяжела русая коса за плечами. И взлетел ее голос, вторя гулу. Чистый, резкий, мягкий. Грустная полилась песня, повесть о жизни рода людского, о его деяниях. Взывает к небесам дева, и с каждым ударом барабана все властнее становится ее голос, все громче звучит заклятье.       Струны продолжают свою песню, и вот уже вторят небеса, отзываются на мольбу, изливаемую из Ее груди. Но вдруг стихает могучий крик. Бог весть что в душе у молодой девы. Снова ее песнь чиста и тиха. Величественно пропевает она о том, чему никогда уже не быть. Недвижимое пространство слушает ее, позабыв свои заботы. Небесное светило не показывается из-за горизонта, слушая из своей колыбели серебряный голос юной невесты.       Но вот смычок снова ускоряет темп. Удары в барабан снова возносят ритуальную песню к небесам. Повинуясь ударам, сила Ее голоса снова возрастает. Набираясь решимости, волнами выплескивается вся ее мощь. Столько страсти, энергии исходит от девы, ее желания. Волнуются травы: отдав колдовству такие небывалые силы, Она может лишиться жизни.       Громче грома становятся удары барабана, разверзнулся обитель молний. Вольная стихия приходит с небес, пригибает травы, метает из стороны в сторону толстую русую косу. Зов услышан. Тот единственный, крылатый бес принял вызов.       Белые рукава девичьего одеяния развеваются на ветру. Она стоит, воздев руки к небу, с властной мольбой, проклиная все на свете. Беснуется природа. Всполох озаряет небосклон, грозный рев слышен из-за туч. Падает дева, сбитая с ног порывом ветра. И открывается ее взору бескрайнее море, черный камень высоких гор, нечто невиданное в степном краю. И чувствует она под собой не влажные ленты трав, а могучую стальную чешую.       Пропадает наваждение, снова поднимается дева. Она знает Его волю. Она отдастся Ему.       Снова срываются струны, так же страстно желая отдать Бесу все грехи и желания. Она уже шагнула за черту, назад пути нет. Огонь внутри нее разгорается все жарче. Теперь она отвержена, но принята Бесом. Она жертва, жаждущая свершения.       Величественная песня срывается на крик. Босые ступни больше не касаются земли.       Ураган еще бушует, но все уже закончено.